Патриция Поттер - История одной страсти

— Это решать мне. — Роберт попытался пройти мимо нее, но женщина не пошевелилась. — Уйди с дороги, женщина, не то я разделаюсь с тобой!

— Как разделались с другими? — невозмутимо отозвалась она. — У нас достаточно денег, и вы и пальцем нас не тронете. Так что убирайтесь-ка подобру-поздорову. Мои сыновья могут приехать проведать меня в любую минуту.

В этот момент он вспомнил ее. Вдова Филипс. У нее было три могучих сына, которые всегда побеждали на ярмарочных боях.

Ему не хотелось связываться с этими драчунами, поэтому Роберт предпочел ретироваться, как бы унизительно это ни было. Он решил вернуться позже с людьми шерифа.

— Когда уехала миссис Марш? — спросил он.

— Я не слежу за ней, — последовал ответ. — Она приходит и уходит, когда ей вздумается. — С этими словами миссис Филипс величаво повернулась и захлопнула дверь перед носом у Роберта.

Повернувшись, Роберт заметил промелькнувшую на губах Исайи улыбку.

Куда же подевалась Фэнси? Может, она прячется в доме?

Подумав, Роберт отказался от этого предположения. Насколько он знал Фэнси, она не станет скрываться от него. Значит, она с шотландцем. В нем росла уверенность, что его невестка причастна к побегу Сазерленда.

Взобравшись в коляску, Роберт сказал Исайе:

— В Честертон, и побыстрее.

Это был ближайший порт. А Сазерленд, несомненно, стремится оказаться подальше от места, где за его голову обещана кругленькая сумма.

27.

Руфус терпеливо ждал, но его сердце забилось сильнее, когда он вновь услышал стук копыт и затем громовой голос Большого Тима:

— Отец Уинфри, я вернулся.

Радость затопила Руфуса при виде веревки, спустившейся к нему на колени.

— Вы можете обвязать веревку вокруг пояса? Лошадь вас вытащит.

— Хорошо, — прокричал он, удивившись, что голос вернулся.

Руфус сделал, как просил Большой Тим, и дернул веревку в знак готовности. В ту же секунду он почувствовал, что поднимается. Руфус попробовал отталкиваться от стенок колодца, но ноги не слушались его. Наконец он достиг верха, и Тим вытащил его с такой легкостью, словно он весил не больше ребенка. Тим поставил его на ноги, но от слабости Руфус не удержался и осел на землю.

— Как вы нашли меня? — спросил он, не делая попыток встать.

— Я везде искал вас. Ваша жена сказала, что вы слишком задерживаетесь, и я пошел по вашим следам. Бейкеры сообщили, что вы уехали от них три дня назад, поэтому я стал искать по сторонам от дороги. А потом я вспомнил об этой ферме. Это самое подходящее место, чтобы скрыть… — Тим запнулся.

Руфус, однако, мысленно закончил его фразу: «скрыть труп». Он почти стал им. Несмотря на все усилия, он не мог унять дрожь во всем теле.

— Должно быть, бог привел вас ко мне. Тим заметно смутился.

— Это миссис Сазерленд послала меня сюда. Она подозревала, что ее деверь замышляет недоброе. Похоже, она оказалась права. Вы не расскажете, что случилось?

— Во-первых, — начал священник, — у вас есть что-нибудь поесть?

Большой Тим спохватился, подошел к лошади и вынул из седельной сумки несколько лепешек.

— Вот, отец Уинфри, — он протянул их Руфусу. — Только не торопитесь.

Руфус взял лепешку и жадно откусил. Утолив голод, он наконец повернулся к Большому Тиму:

— Итак, вас интересует, как я оказался на дне колодца?

—Да.

— Это случилось три дня назад, средь бела дня. Я возвращался домой, когда на дороге меня остановил человек. Он сказал, что ждал меня, что его мать умирает и нуждается в отпущении грехов. Я пошел за ним сюда, но он вытащил пистолет. Он уже собрался выстрелить, но вмешалось провидение. Человек сказал, что не может стрелять в священника, и ударил меня по голове. Я очнулся в колодце.

Тим недоверчиво посмотрел на Руфуса.

— Он побоялся застрелить вас — но оставил умирать от жажды и голода?

— Странно, не правда ли? — согласился Руфус. — Но я вижу в этом перст Господень. Он привел вас сюда, и вы спасли меня.

Тим и не пытался скрыть свой скептицизм.

— Простите, святой отец, но ничего божественного я в этом не вижу. Вы знаете, почему этот человек хотел убить вас?

Священник покачал головой.

— Сначала я подумал, что ему нужна моя лошадь. Потом понял, что раз он знал мое имя, то специально дожидался меня с более гнусной целью, чем обыкновенная кража.

Большой Тим немного помолчал.

— Боюсь, что вы правы. Четыре дня назад Роберт Марш подослал кого-то поджечь табак Фэнси Сазерленд и украсть бумаги Йэна. Затем он объявил Йэна своей собственностью. Шериф сказал, что у Роберта новое завещание, по которому ему достается все имущество Джона.

— Это было за день до того, как на меня напали. — В мозгу Руфуса начала мерцать догадка. — А мистер Сазерленд?

— Марш захватил его. Фэнси будет бороться с Робертом, но она говорит, что, если ее деверь узнает о свадьбе с Йэном, он может убить его, или…

Внезапно ужас сковал Руфуса.

— Кто бы ни напал на меня, но он взял все мои бумаги, включая брачное свидетельство Сазерлендов.

— Вы сможете держаться в седле, отец Уинфри? — спросил Большой Тим.

Руфусу ничего так не хотелось, как поскорее оказаться дома. Его тело болело. Он был голоден. Он хотел увидеть свою жену. Но если Роберт Марш мог сжечь табак и подделать завещание, от него всего можно было ожидать. Он должен предупредить Фэнси и поехать к судье. Он кивнул.

— Мы поедем вдвоем на моей лошади. И сначала навестим вашу жену, чтобы она не волновалась, — сказал Тим. — Она с ума сходит от беспокойства.

Руфус чувствовал, как улыбка расплывается на его лице, впервые за последние дни.

Укрывшись в тени большого дома, Йэн прислонился к стене и терпеливо ждал, пока Фэнси не выйдет от адвоката.

Черт возьми, он чувствовал себя истощенным. Он едва держался на ногах и понимал, что если сядет, то уже не сможет встать. На долю секунды Йэн пожалел, что с ним нет Маленького Тима, но он сам отослал юношу к отцу. Тим возражал, но на Йэна его протесты не произвели впечатления, и молодой Уоллес был вынужден уступить.

Йэн ни на минуту не намеревался оставить Фэнси одну. Он хотел поспорить с ней у ручья, но, заглянув в ее глаза, понял, что может потерять в ссорах драгоценное время. Поэтому он согласился позволить ей делать то, что она считала нужным, и незаметно следовал за ней на протяжении всего пути. Он не собирался отсиживаться в укромном уголке, когда она все поставила на карту ради него.

Маленького Тима удалось убедить поехать за Фэнси, а не на заброшенную ферму. Ему тоже не нравилась, что она собралась в одиночку разъезжать по округе. Гораздо сложнее было убедить Тима оставить Йэна на подъезде к Честертону и отправиться на поиски отца. Хотя ему и не хотелось пугать Тима опасностями, которые могут подстерегать его отца, Йэн не хотел, чтобы юноша оказался с ним, если его поймают. На его совести было уже достаточно загубленных жизней.