Сандра Хилл - Опороченная (Карнавал соблазнов)

— Не выйдет. Сучка отправится со мной. Думаю, что ты не станешь рисковать ее жизнью, хотя мне и не терпится узнать, чего она стоит.

— Для меня она стоит дорого, — хрипло сказал Эйрик, со значением посмотрев на миг в глаза жены. Потом снова перевел взгляд на Стивена. — Но я убью тебя и избавлю ее от опасности, прежде чем позволю забрать ее из моего замка. Убери свои мерзкие руки от моей жены.

Невзирая на опасность, Стивен демонически расхохотался и прижал нож сильней, в другую руку фамильярно положил на ее грудь и стиснул. Идит застонала от боли и увидела, как руки Эйрика сжались в кулаки, — он изо всех сил пытался справиться с гневом.

Стивен стал пятиться, волоча ее за собой. Эйрик и его воины осторожно наступали.

— Я даю тебе свое слово, — сказал наконец Эйрик, когда они дошли до того места, где стоял привязанный к дереву конь Стивена, — что если ты освободишь Идит, я не стану гнаться за тобой, по крайней мере в ближайший час. Как и все мои люди.

Стивен заколебался, казалось, обдумывая слова Эйрика.

— Ты знаешь, что я дорожу своей честью, Стивен. Оставь Идит.

Наконец Стивен кивнул и вскочил в седло, яростно пнув ногой Идит, так что она почти без чувств упала на землю. Но не могла не услышать его зловещих слов, когда он поскакал прочь.

— Я еще вернусь, Идит.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Эйрик сам отнес ее в замок и поднялся по лестнице в их спальню, где осторожно вытер кровь с шеи и попытался завязать рану куском полотна, прогнав кудахтавшую Гирту.

— Я сам могу позаботиться о своей жене, — произнес он хриплым голосом. — Ступай к Бритте и присмотри за ней. А то она совсем потеряла рассудок.

Идит повторяла Эйрику, что это всего лишь глубокая царапина, и отказывалась от перевязки.

— Блаженная Беатрис! — вскричала она в конце концов, оттолкнув его дрожавшие руки. — Ты сделаешь меня похожей на Берту с ее слоновьей перевязкой. К тому же воздух залечивает порезы лучше всего.

— Полежи хоть чуточку спокойно, Идит. Нечего пытаться справиться со всем на свете, сегодня тебе и так досталось, — унимал он ее с мягкой улыбкой. Сидя на краю кровати рядом с ней, он откинул кудрявые пряди с ее лица, пока говорил, и поцеловал кончики пальцев. Идит не могла не заметить озабоченности в плотно сжатой челюсти и грозовых глазах. Его нежные хлопоты говорили о большем, чем простое выполнение супружеского долга, и она надеялась, что он привяжется к ней сильней, чем прежде.

— Тайкир и Сигурд готовят моих людей к отъезду, — продолжал он, — но мы должны поговорить после моего возвращения… о других делах. Когда я увидел, как Стивен держал сегодня нож у твоего горла, я… я… — Он замолк, явно пытаясь взять себя в руки.

«Он неравнодушен ко мне», — радостно подумала Идит.

— Ты собираешься гнаться за Стивеном?

Он кивнул:

— Я дал ему обещанный час, но ни минуты больше.

Идит почувствовала гордость за супруга, столь дорожащего своей честью, и, протянув руку, погладила его заросшую щеку сгибом пальцев. Он прожил в подземной комнате три дня и нуждался в купании, теплой пище и мягкой постели. Но времени для этого не было. Пока что не было.

— Ублюдок наверняка уже куда-нибудь скрылся, — проворчал он, резко поднимаясь с места.

— Ничего, придет его час.

— Наверняка, — проскрежетал он, и его глаза блеснули словно осколки голубого льда.

Поколебавшись, он ненадолго прилег возле нее, просто охватив руками, словно она была из тонкого стекла, а не той твердой скалой, какой пришлось ей быть в эти последние несколько лет. И душа ее наполнилась любовью и надеждой на счастливую жизнь, которая может у них получиться вместе.

Он нежно поцеловал ее, медля с уходом. Прижав к ее губам кончики пальцев, он остановил слова любви, которые вот-вот готовы были у нее вырваться. Теплые слезы сожаления наполнили ее глаза.

Когда он ушел, Идит на удивление быстро заснула. Проснулась лишь через несколько часов, услышав звон башенного колокола, возвещавшего о прибытии в замок гостей.

Торопливо расправив складки платья, она ополоснула лицо холодной водой. Не обращая внимания на мольбы Гирты, уговаривавшей ее остаться в постели, Идит надела под обруч мягкий белый плат, который спрятал тонкий кровавый шрам на горле.

Выйдя из большого зала на крутые каменные ступени, которые вели на крепостной двор, она увидела въезжавшего в ворота графа Орма со свитой, за ним показались Эйрик и его люди.

— Мы встретились по дороге, — спрыгнув с коня, объяснил Эйрик и неодобрительно поглядел на ее плат и обруч. Он ведь не раз ей говорил, что терпеть не может, когда она прячет свои красивые волосы.

— Так что, значит, я женился на монашке? — шепнул он ей на ухо.

— Разве вчера я походила на монашенку, когда обхватила тебя ногами за талию, супруг? — бойко парировала она.

Эйрик закатился хохотом и по-свойски обнял ее за плечи, что было бы немыслимо для Идит еще пару недель назад. Вместе со всей компанией они прошли в зал.

От Идит не укрылась озабоченность на лице у Эйрика и то, какой напряженной была его рука, когда он ее обнял. По дороге она остановилась и положила руку ему на грудь:

— Что произошло? Стивен сделал что-то еще? Ох, неужели не будет конца его злодеяниям?

Эйрик потряс головой:

— Дело не в Стивене. Граф Орм только что вернулся из Глостершира и принес нам… новости. Но лучше мы их обсудим с тобой отдельно.

Дрожь пробежала по ее коже, словно касание крылышек мотыльков, а сердце бешено застучало. «Глостершир? В Глостершире собирался витан. Неужели он принял какое-то решение насчет Джона? Ох, Пресвятая Мария, прошу… прошу, помоги нам».

Гирта прошла вслед за ними в отдельную комнату рядом с залом, неся несколько досок с хлебом, ломти холодного мяса и твердого сыра. Слуга принес кубки с медовой брагой.

Идит с волнением уселась рядом с Эйриком за стол, нервно теребя сложенные на коленях руки, а Орм, Тайкир и Вилфрид сели напротив. Даже Тайкир, не обходившийся без веселых поддразниваний, был зловеще молчалив.

Идит отказалась от питья, которое Эйрик поставил перед ней, а он не настаивал. Еще один зловещий знак.

Не тратя времени, Эйрик успокоил ее:

— Ты только не пугайся, Идит. Все не так плохо, как может показаться.

Она вопросительно взглянула на него, не в силах произнести ни слова.

— Витан потребовал, чтобы Джон присутствовал вместе со мной на похоронах Эдмунда в аббатстве Гластонбери. Затем Джон отправится в Винчестер, где король назначит ему временного опекуна.

— Опекуна! Ох, Матерь Божия. — Затем она выдавила из себя: — Временного?

— Пока новый витан не соберется в следующем месяце.