Катарина Фукс - Падение и величие прекрасной Эмбер. Книга 1

Старуха не могла не заметить, как я вздрогнула, но истолковала это на свой лад.

– А твой хозяин, – она низко наклонилась ко мне, обдавая зловонным дыханием, – он – важная персона. И жена его – из очень знатной семьи. Сейчас ты боишься мести хозяйки, вот и сбежала.

Я подумала, что даже эта выдумка лучше правды, и смиренно ответила чуть дрогнувшим голосом:

– Вы все правильно угадали, матушка. Но позвольте и мне удивиться: как это вы, при ваших таких способностях, и сидите здесь, у ворот, в грязи и нищете?

– Это я тебе, может, после расскажу, – загадочно ответила моя собеседница и вдруг принялась нервно оглядываться по сторонам.

– Вы кого-нибудь ждете? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более естественно.

– Жду, – бросила она коротко и придвинулась ко мне ближе.

Я заметила, что ее старческие руки еще сильны и жилисты. Неужели я в ловушке? Но кто она? Нет, главное – не терять присутствия духа. Пожалуй, пора идти. Но как уйти?

– Я бы могла тебе помочь, – шептала мне в самое ухо незваная помощница. – Такая красавица, как ты, не должна пропадать зазря в нищете да в грязи. Да, ты, конечно, не первой молодости, но за такую, как ты, понимающий кавалер даст больше, чем за иную девчонку-девственницу. Не смотри, что я здесь сижу оборванная, я могу тебе такого любовника устроить, какого у тебя в жизни не бывало! И тебе будет хорошо, и мне сытно!..

Так вот оно что! Я снова почувствовала огромное облегчение. Всего-то навсего! Обыкновенная сводня. Ну, теперь-то я ничего не боюсь и сумею выпутаться.

– Я бы рада, матушка, – ответила я спокойно, – но любовника-покровителя я уж себе завела. К нему-то я сейчас и пробираюсь. Так что ты уж прости меня. – Я чуть запрокинула голову, словно бы только что решила посмотреть, не начало ли палящее солнце склоняться к закату.

– Вот и жара спадает, – произнесла я, оправляя косынку Марике. – Пожалуй, мне пора.

Но я не успела подняться. Сильная жилистая рука словно клещами сжала своими жесткими пальцами мой локоть.

– Сиди! Убью! – прошипел щербатый рот, а угольки глаз будто сжечь меня хотели.

Будь я одна, я вырвалась бы и кинулась бежать. И что бы тогда случилось? Возможно, старуха подняла бы крик, и меня схватил бы кто-нибудь из ее помощников. Наверное, она здесь не одна.

Но с детьми я никуда бежать не могла. Дети сковывали меня. Тревожась за них, я даже испугалась и торопливо зашептала:

– Я не противлюсь вам, матушка. Чего же вы хотите от меня? Не пугайте детей, прошу вас!

Мой страх был совершенно искренним. Старуха довольно усмехнулась. Но ее страшные пальцы продолжали сжимать мою руку.

– То-то! – проговорила она. – Я ведь знаю, кто ты! От меня не спрячешься. Но если будешь слушаться, я спасу тебя.

Я обмерла. Значит, эта тварь – не что иное, как тайный агент местных властей; ее наняли, чтобы выслеживать меня. И сейчас у меня нет выхода. Я и дети – в руках этого жуткого существа. Придется последовать за ней. Я с ужасом и горечью подумала о Диего. Бедный мой мальчик! Он ждет нас. Что с ним будет? А Сесилья и Карлинхос? Неужели и их выследили? Но сейчас я должна держать себя в руках и поменьше говорить.

Глава восемьдесят седьмая

Марика, кажется, почувствовала обостренным чутьем одинокого ребенка, что что-то не так, и крепко прижалась ко мне. Старуха свободной рукой сдвинула чуть набок головной платок и почесала грязными ногтями белесую кожицу головы под редкими серыми волосами. Затем она, будто случайно, сдернула платок и встряхнула, но тотчас снова принялась прилаживать его на голову одной рукой. Я заметила, как два парня в надвинутых на глаза шляпах поднялись с земли и, не глядя друг на друга, двинулись прочь от ворот. Я догадалась, что это слуги или помощники старухи.

Что она собирается сделать со мной? Кажется, у нее два варианта. Она может выдать меня властям. Но, похоже, она предпочла бы продать меня. Кому? Я выдержу все! Только не впадать в панику.

– Сейчас ты поднимешься и пойдешь вон за тем парнем, – зашептала старуха. – И не советую тебе пытаться бежать. Это до добра не доведет.

– Хорошо, – шепнула я в ответ.

Она отпустила мою руку. Я осторожно поднялась, держа на руках Хуанито. С бьющимся отчаянно сердцем я отряхнула юбку и протянула руку, чтобы взять за ручку Марику. Девочка тоже встала и боязливо поглядывала на старуху.

– Девчонка останется со мной, – старуха ухватила меня за руку, чуть приподнявшись с земли.

– Я слушаюсь вас, матушка, – зашептала я с невольными слезами на глазах, – но я боюсь за свою дочь. Дети – мое единственное достояние, ради них я решилась на это опасное бегство… Я почувствовала, что говорю лишнее, и смолкла.

– Не бойся, – ободрила меня старуха, – с твоей дочкой ничего не случится. Я приведу ее к тебе. Сама посуди, не могу я тебя сейчас пустить без залога. И скажи ей, чтоб не плакала.

Что ж, старуха рассуждала достаточно логично.

– Останься с этой бабушкой, Марика; она отведет тебя ко мне. Будь послушной и не плачь, – я поцеловала девочку и быстро пошла с Хуанито на руках. Перед моим внутренним взором долго еще стояла малышка с огромными печальными глазами, горестно сжатыми губками, перепуганная и уже замкнувшаяся в себе. Сколько пришлось испытать этому ребенку! И сколько еще придется. Смогу ли я хотя бы отчасти заменить ей мать?..

Я быстро шла следом за одним из старухиных парней. Я чувствовала, что за мной кто-то идет. Мне было ясно, что это второй. О побеге нечего было и думать. Оба держались на некотором расстоянии от меня. Мы прошли какой-то улочкой, которая петляла как змея.

Я заметила, что мы направляемся не вглубь города, а, напротив, из города. Куда же меня ведут?

Между тем темнело. Я вдруг подумала о том, какое странное существо – человек. Вот хотя бы я. В сущности, я должна сейчас дрожать от страха и тревоги. Я окружена страшными тайнами. Я не знаю, где мои дети, где близкие мне люди. Я не могу защитить себя. Но страх у меня уже прошел. Я даже наслаждаюсь дуновениями прохладного ветерка после жаркого дня.

Мы вступили на проезжую дорогу и зашагали в тени оливковых деревьев. Дорога была безлюдна. Крестьяне, должно быть, уже кончили свои дневные труды и разошлись с полей и виноградников. Мои спутники теперь шли рядом со мной, по обеим сторонам. Оба молчали. Я даже не могла разглядеть их лица под низко надвинутыми шляпами. Впрочем, у меня не было особой возможности разглядывать их. Я шла, низко опустив голову.

Внезапно один из них крепко взял меня под руку. Это движение было резким, но в нем не было ничего похотливого. Я подчинилась покорно, только прижала к груди Хуанито. Мой второй спутник тоже теперь держался совсем близко от меня.