Пушистая Сырная Мышь - Причуды судьбы

В Лондон пришла осень, и многие вернулись из загородных поместий. Город наполнился ещё большим количеством балов, приёмов, в опере каждый вечер собирался высший свет, в общем, знать развлекалась, как могла. Выводились в свет свеженькие дебютантки, заключались выгодные браки, обсуждались чьи-то любовницы и любовники, всё как обычно. Пикантности придавала гуляющая по салонам слава Катерины, и я не без удовольствия слушала слухи про себя, послушно округляя глаза, когда кто-то рассказывал, как точны её предсказания. Все клялись, что знают её, но никто не мог похвастаться тем, что видел лицо Катерины. Мужчины снисходительно усмехались, слушая щебет дам, и считали эту особу обычной шарлатанкой, хорошо владеющей информацией, хотя кое-то из них тоже побывал у меня. В общем, в Лондоне мне не приходилось скучать. Однако родители думали иначе. Как-то вечером, за обедом, мама обронила:

— Лори, дорогая, ты уже третий сезон появляешься в обществе. Не думаешь ли, что пора подыскать себе подходящего мужа?

Я чуть не поперхнулась чаем.

— Почему ты об этом спрашиваешь, мама? — поинтересовалась я. — Тебе не терпится избавиться от меня?

— Лорелин, — папа нахмурился. — Следи за языком, дочь.

— Прошу прощения, — я смиренно наклонила голову. — Просто пока я ещё не увидела среди молодых джентльменов достойного. Вы же не хотите, чтобы я вышла замуж за охотника за приданым?

— Нет, конечно, Лори, — мама успокаивающе улыбнулась. — Но ты наша единственная дочь, нам некому передать наследство, случись что с нами. Твоим опекуном может стать какой-нибудь не очень хороший человек…

— Мама, — прервала я её. — Ну что с вами может случиться, скажи?

Она вздохнула.

— Ох, дорогая моя, мне всё-таки было бы спокойнее, если ты была под защитой мужа. Обещай, что до конца сезона подыщешь себе жениха.

Я растерянно уставилась на неё.

— Но мама…

— Дочка, пожалуйста, — мама положила ладонь мне на локоть.

— Лорелин, это не обсуждается, — добавил папа. — Или ты всё-таки выберешь кого-нибудь, или этим займёмся мы с матерью. В конце концов, это уже неприлично, третий год выходить в свет и оставаться незамужней. Останешься в старых девах.

Будто меня это беспокоит… Я не показала тревоги, про себя решив посоветоваться с Элис. Она лучше разбирается в вопросах мужчин и брака, уж она-то подскажет, что делать. Господи, как не вовремя, только назойливого жениха сейчас не хватало! Только я начала наслаждаться жизнью, как такая вот напасть. Конечно, рано или поздно пришлось бы выйти замуж, но я как-то не рассматривала такую возможность всерьёз в ближайшие годы. Ну не стремлюсь становиться степенной леди в девятнадцать лет!

— В общем, Лорелин, к тебе проявил интерес молодой Джеймс Стетсби, — огорошил меня папа. — Он и его отец вчера приходили ко мне, пока ты была на прогулке, — ага, пока Катерина гадала дочери графини Уайтчиз, — присмотрись к нему, на мой взгляд, вполне милый джентльмен.

— Угу, — буркнула я.

Напрягшись, вспомнила имя, которое назвал папа. Этот мистер Стетсби обладал учтивыми манерами, приятной, но какой-то расплывчатой внешностью, и дурной привычкой при разговоре держать собеседника или собеседницу за руку, проникновенно заглядывая в глаза. Я танцевала с ним два или три раза, но старалась избегать его общества, если мы оказывались на одном приёме.

— Если ты выберешь кого-нибудь другого, не менее достойного, мы не будем препятствовать, — поспешно добавила мама, покосившись на отца.

— Конечно, — пробормотал он, промокнув рот салфеткой. — Дамы, прошу простить, я удаляюсь в кабинет. Лорелин, подумай над нашими словами. Приятного вечера.

Только большим усилием воли мне удалось сохранить невозмутимое лицо, пока я вставала из-за стола и выходила из столовой. Убедившись, что в холле нет слуг, всхлипнула и почти бегом поднялась на второй этаж, в свою комнату. Не хочу сейчас никого видеть! Вдруг вспомнился Деймон, и лето, что мы провели в поместье. Господи, насколько всё было бы проще, не сбеги он тогда неизвестно куда! Я бы вышла за него замуж, и спокойно могла продолжать занятия с картами. Впервые за всё время неожиданно поняла, насколько привыкла к колоде. Я уже не мыслила жизни без неё, я настолько привыкла к чёрному бархатному мешочку и ощущению тепла, когда касалась их, что даже не представляла, как может быть иначе. Сволочь, ненавижу этого негодяя! Как он посмел сбежать, как посмел оставить меня одну, ведь я же ему нравилась!.. Вытирая катившиеся по лицу слёзы, я поглаживала карты, как делала всегда в минуты волнения. Что делать? Мне нельзя выходить замуж, просто нельзя, я это чувствовала. Остаток вечера я провела в бесплодных размышлениях, как выйти из ситуации, но ничего так и не придумала. Или придётся отказаться от карт и выполнить волю родителей, или… или поссориться с ними и уйти из дома. О первом не могло быть и речи, второе не укладывалось в голове. Готовясь ко сну, я с безнадёжностью подумала, что теперь не усну до утра, ещё и голова разболелась. Но ложась в постель, вдруг отчаянно захотела увидеть его, Учителя.

…На сей раз пришлось подниматься по длинной винтовой лестнице, потом идти по галерее, и наконец распахнуть дверь в комнату, похожую на кабинет и гостиную одновременно. Он сидел за массивным письменным столом и что-то писал, огонь в камине бросал красноватые отблески на стены; кроме стола в комнате стоял низенький диванчик, вдоль стен — полки с книгами, а в углу пряталась дверь в соседнюю комнату. Когда я, тяжело дыша, потому как бежала, остановилась на пороге, он поднял голову и с удивлением посмотрел на меня.

— Катерина? Ты хотела меня видеть?

— Учитель! — выпалила я — ну не звать же его "эй, мистер". — Я не знаю, что делать…

На его лице появилась улыбка, и он встал.

— Ты меня так называешь? Приятно, однако. Что случилось, милая?

Его бархатистый голос вызвал нежелательные воспоминания, и я уже почти пожалела, что поддалась порыву и пришла сюда сама. Но отступать поздно. Я вошла, закрыла дверь, и остановилась у камина.

— Меня заставляют выйти замуж, — сказала я просто.

Он остановился за спиной, и некоторое время молчал. Я остро чувствовала затылком его взгляд, но не решалась повернуться.

— А я не хочу, — добавила я на всякий случай, будто это было непонятно.

— Что, нет никого, кто бы тебе нравился? — он по-прежнему не делал попыток прикоснуться, чем нервировал ужасно. Я едва могла сдержать дрожь.

— Н-нет, — немного неуверенно ответила я.

Он внезапно схватил меня за руку и резко развернул к себе. Я испуганно охнула и уставилась ему в глаза. Они и на этот раз были карими. Знак?.. Хозяин замка прищурился и покачал головой.