Рут Лэнган - Владычица морей

– Факел! – Старик стал отчаянно забивать пламя, которое заплясало по деревянному настилу.

Кортни в ужасе смотрела, как огонь перекинулся на бочку с дорогими пряностями. Яркий рулон шелка начал тлеть, а затем вспыхнул.

– Уходи отсюда! – закричал старик.

– Отвяжи невольников, – приказала Кортни, стараясь перекричать грохот.

– Ты с ума сошла? – Бони схватил ее за локоть и потянул к лестнице.

Она оттолкнула его.

– Сейчас же освободи невольников!

Рори вместе с остальными наблюдал, как старик мучительно разрывался между преданностью Торнхиллу и чувством справедливости. Прежде чем он на что-либо решился, еще трое матросов спрыгнули в трюм, их шпаги сверкали в отблесках огня. Кортни встретила противника лицом к лицу, а старик повернул ключ в замке и отстегнул цепь, приковывающую узников. Рори Макларен стоял недвижимо среди криков и проклятий. Освобожденные люди карабкались вверх по лестнице вслед за старым Бони, стремясь поскорее уйти в безопасное место. Ни один из них не обратил внимания на то, что противники численно превосходили Кортни.

И снова Рори был вынужден выбирать между собственной свободой и необходимостью быть рядом с этой окаянной женщиной. Неужели он сошел с ума? Или она околдовала его? Подняв упавшую шпагу, Рори мгновенно сделал выбор. С ловкостью человека, всю жизнь проведшего в схватках, он подскочил к ней и принял на себя первого противника. Рядом он слышал лязг клинков – это Кортни дралась с детиной, превосходившим ее вдвое. В считанные минуты Рори пронзил клинком своего врага и обернулся на мучительный крик Кортни – противник ловко выбил шпагу из ее руки. С презрительной усмешкой он поднял клинок, чтобы прикончить ее.

– Кортни!

Услышав свое имя, она обернулась.

Рори кинул ей свою шпагу. Она подхватила ее, уклонилась от удара противника и проткнула своей шпагой его грудь. Закричав от боли, матрос упал рядом со своими сотоварищами на грязный пол трюма.

С торжествующей улыбкой она повернулась к Рори, но тут увидела, как другой матрос занес шпагу над его головой. Улыбка исчезла с ее губ.

– Оглянись!

Он повернулся и отскочил в сторону, затем нагнулся к упавшему матросу и поднял окровавленную шпагу. Противник кинулся в атаку, но Рори сделал прямой выпад, и тот, пронзенный клинком, закричал от боли и, спотыкаясь, стал падать назад.

Но битва еще не закончилась. Хотя сражаться шпагой было уже не с кем, их поджидал более серьезный противник – огонь. Пламя лизало деревянный пол и перекидывалось на рулоны материи, сложенные вдоль одной из стен. Огонь стремительно уничтожал все на своем пути.

Подняв крышку деревянной бочки, Кортни зачерпнула пригоршню бесценного запаса соли и раскидала ее, гася пламя.

Следуя ее примеру, Рори поднял крышку другой бочки и бросил все ее содержимое в огонь. Сельдь и маринованные пряности шипели в огне, который постепенно гас.

С трудом, переведя дух, Кортни прислушалась к жуткой тишине. Даже с палубы больше не доносились звуки битвы, не слышно было звона шпаг и ружейных выстрелов – гробовая тишина, прерываемая редким стоном.

– Вы – замечательная фехтовальщица, сударыня. – Рука Рори все еще сжимала окровавленную шпагу. – Клан Макларенов гордился бы вами.

– А ты – странный, – сказала она, подойдя к нему поближе.

– Почему? – Он следил за ее движениями, ощущая прилив жара, который не имел отношения к только что выигранной битве.

– Ты мог бы выбрать свободу, как другие. А ты остался, чтобы сражаться. – Она почти дотронулась до него, затем остановилась и пристально взглянула ему в лицо. – Ты спас мне жизнь.

– И, возможно, когда-нибудь я потребую плату. – Он смотрел ей прямо в глаза, чувствуя, что охвативший его жар превращается в адское пламя.

Неожиданно он схватил девушку за подбородок и, приподняв ее голову, стал покрывать ее губы неистовыми поцелуями.

Пораженная, Кортни стояла неподвижно, в то время как жар и холод попеременно пробегали у нее по спине. У нее перехватило дыхание, и она не могла пошевелиться. Она была в плену такого острого желания, какого ранее никогда не испытывала.

– Девочка, иди скорее! – Голос Бони, раздавшийся сверху, нарушил колдовские чары. – Капитан ранен.

Вскрикнув, она отпрянула и устремилась к лестнице. На нижней ступеньке она обернулась. Несмотря на лохмотья и окровавленную шпагу, Рори Макларен казался ей прекрасней любого принца.

– Я никогда не забуду, что ты для меня сделал, Рори Макларен. А когда отцу станет лучше, я поговорю с ним, чтобы он освободил тебя.

Сощурив глаза, он смотрел, как она взбирается по лестнице. Влажная малиновая рубашка облегала ее, обрисовывая упругую грудь. Затем его взгляд упал ниже: узкие штаны так обтягивали фигуру, что от ее движения вверх по лестнице у него пересохло в горле.

– Я также никогда не забуду вас, прекрасная владычица морей!

Кортни уставилась на результаты бойни. Английский корабль, пылающий, без признаков жизни, опускался ко дну по левому борту. Команда «Ястреба», хотя и одержавшая победу, толклась на палубе, израненная и в полном смятении. На их счету были десятки сражений с противниками из многих стран. Но никогда они не несли такого урона. И никогда прежде их капитан не получал ранения столь серьезного.

Быстро оценив ситуацию, Кортни взяла командование на себя.

– Бони! Сейчас же отнесите Торнхилла в его каюту.

– Вы, там, – закричал старик двум матросам, которые вроде уцелели, – отнесите капитана в его каюту.

– А где Симпсон? – Кортни вглядывалась в лица мертвых и раненых, лежавших вперемешку на палубе.

– Ранен, – крикнул кто-то. – Первый помощник потерял много крови.

– Займись им, – приказала Кортни долговязому парню, привалившемуся к поручням. – Все, кто в состоянии стоять, будут помогать раненым, – добавила она. – Раненых перевязать, а убитых зашить в холсты для погребения. Вот ты, там, – крикнула она, указывая на пирата, который все годы, что она его знала, носил повязку на пустой глазнице, – собери все оружие и отнеси в трюм.

– Есть, капитан, – ответил тот.

Его слова были встречены настороженным молчанием. Подобный ответ всегда давался только Торнхиллу, поэтому многие из команды с подозрением и беспокойством поглядывали на Кортни. Хоть она и капитанская дочка и доказала, что умелый матрос, но она – баба.

Кортни тут же почувствовала едва уловимое изменение в настроении команды. Они наблюдали за ней, прищурившись.

– Как мы дойдем до порта? – выкрикнул один из матросов. – Невольники выпрыгнули за борт.

– Где они и утонули, – обрезала его Кортни. Затем, видя вопросительные взгляды команды, твердо добавила: – Дует ветер, и мы поднимем паруса. И каждый на борту будет работать до седьмого пота. Мы изранены, но пока еще живы.