Лаура Кинсейл - Робкая магия

— Очень приятно познакомиться с вами, мисс Деламор, — промолвил граф, и Родди снова подпала под власть его пронзительных синих глаз.

Он поднес ее руку в перчатке к своим губам и поцеловал пальцы, не сводя с нее взгляда. У Родди перехватило дыхание. Идея, пришедшая ей в голову в Ньюмаркете, теперь казалась безумной. Неужели он действительно собирается ухаживать за ней? Его глаза смотрели на нее вопросительно, но Родди не могла прочитать его мысли. Зато Родди прекрасно чувствовала отношение остальных гостей к Иверагу. Все они с неодобрением наблюдали за этой сценой и считали, что граф слишком долго не выпускает руку Родди.

Родди рассердилась. Она не понимала, почему окружающие суют нос не в свое дело! И еще Родди не знала, что именно являлось причиной всеобщей неприязни к Иверагу. Вряд ли он сделал что-то столь же ужасное и постыдное, что могло бы сравниться с некоторыми тайными желаниями уважаемых местных матрон, о которых никто не догадывался.

Решив бросить вызов лицемерному обществу, Родди тепло улыбнулась Иверагу.

— О, мы с вами уже встречались! — воскликнула она. — Не так давно. Вы помните?

Испуганный ропот пробежал по комнате. Однако Родди не обратила на него никакого внимания, она пристально смотрела в лицо графа, продолжая улыбаться ему. В глубине синих холодных глаз Иверага промелькнуло выражение удивления. Он усмехнулся.

— Конечно, помню, — сказал Ивераг. — Как я мог это забыть, мисс Деламор! Но я решил, что вы не придали этой встрече никакого значения и уже запамятовали о ней.

— Нет, милорд, я же сказала вам тогда, что буду рада продолжению нашего знакомства.

Родди помимо воли сильно волновалась, произнося эти слова.

— Да, действительно, вы говорили мне об этом, — согласился граф и повернулся к лорду Кэшелу, который помогал жене подняться с кресла. — Спасибо, Джефф, за то, что представил меня всем. Ты прекрасно справляешься с обязанностями гостеприимного хозяина дома.

Джеффри кивнул и отошел вместе с женой к другим гостям.

Ивераг встал за спинкой кресла, в котором сидела Родди, и отвернулся к окну. Она потупила взор, теребя кружевной носовой платочек в руках. Молчание графа занимало ее больше, чем эмоции и мысли остальных гостей, находившихся в комнате.

— Вы удивляете меня, мисс Деламор. Неужели вы не боитесь общаться со мной? — тихо спросил граф, и Родди вздрогнула от неожиданности.

Бросив взгляд через плечо, она увидела, что граф все еще смотрит в окно.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — промолвила она.

— Неужели? А мне показалось, что вы заметили, с какой неприязнью относятся ко мне окружающие.

— Мне нет никакого дела до того, что они думают о вас, — возразила Родди.

— Конечно, какое вам до этого дело! — пробормотал Ивераг.

В его голосе слышалась горечь. Родди поняла, что он неправильно истолковал ее слова.

— Я хотела сказать, — спокойно заметила Родди, — что мнение этих людей не влияет на мое отношение к вам. Я сама умею наблюдать и делать выводы, милорд.

Граф помолчал, и Родди краем глаза заметила, что он сжал сцепленные за спиной кисти рук.

— Вы все еще хотите, чтобы я нанес визит вашему отцу? — резко спросил он.

Родди почувствовала, что краснеет. Однако чем больше она размышляла о своем плане, тем больше убеждалась в его реалистичности. Графу нужны были ее деньги, а ей самой — семья и свой домашний очаг. Она должна была вступить в брак по расчету с единственным на земле человеком, с которым могла прожить в мире и согласии до конца своих дней. Сжав в руках скомканный носовой платочек, Родди кивнула.

Ивераг глубоко вздохнул. Родди не знала, какие чувства им владели. Ощутил ли он облегчение или тревогу? Она почувствовала на себе его взгляд и подняла глаза.

— Я не могу понять, что вами движет, — задумчиво промолвил граф.

Родди невольно посмотрела туда, где стояли Джеффри и его супруга. Ивераг проследил за ее взглядом.

— Ах вот оно что, — промолвил он, и его губы скривились в усмешке. — Теперь мне все понятно.

— Родди, дорогая моя! — окликнула миссис Деламор дочь. — Нам пора.

Они пробыли в гостях полчаса, что было вполне достаточно для дневного визита. Родди встала и кивнула графу, что понравилось многим гостям, которые сочли ее прощание холодным.

Через два дня Ивераг нанес визит мистеру Деламору. Предлогом являлась продажа племенной кобылы. Чтобы подслушать, о чем они говорят, Родди с сильно бьющимся сердцем села на скамейку под открытым окном кабинета отца. Ее нельзя было увидеть из дома, так как она была скрыта живой изгородью. Стараясь справиться с волнением, Родди попыталась сосредоточиться. Она могла бы следить за ходом разговора, проникнув в мир мыслей и эмоций отца и став его глазами и ушами. Однако Родди очень сильно волновалась. Она понимала, что поступает дурно, подслушивая под окном, но ничего не могла с собой поделать. От этого разговора зависело слишком многое в ее жизни.

Сначала собеседники долго рассыпались друг перед другом в любезностях, ведя себя довольно церемонно. Но потом речь зашла о лошадях, и мистер Деламор заметно оживился, отбросив всякую официальность. Он разговаривал с графом доверительным тоном, что было частью его обычной тактики, с помощью которой он располагал к себе партнера. Опытный торговец лошадьми, мистер Деламор не понял, что Ивераг явился, чтобы заключить сделку совсем другого рода, и продолжал торговаться. В конце концов они сошлись в цене и ударили по рукам. Мистер Деламор был чрезвычайно доволен собой, так как приобрел пару породистых кобыл почти за бесценок.

— Не хотите ли пропустить стаканчик, милорд? — спросил мистер Деламор, пребывавший в прекрасном расположении духа. — У меня есть превосходный коньяк.

Ивераг согласился, и они стали болтать о том о сем. Ее имя ни разу не было упомянуто, и она уже разочарованно думала, что граф решил отложить разговор о главном до следующего визита. Родди прекрасно понимала, что дружелюбие ее отца — временное явление, вызванное заключением удачной сделки. Она боялась, что в следующий раз мистер Деламор вообще не пожелает принимать у себя Иверага.

Внезапно в кабинете установилась тишина. Собеседники, казалось, все обсудили, и темы для разговора были исчерпаны. Родди решила, что Ивераг сейчас откланяется и уйдет. Но он неожиданно произнес:

— Мистер Деламор, я прошу вашего разрешения начать ухаживать за вашей дочерью.

— Что вы сказали, сэр? — изумленно переспросил отец Родди, не веря своим ушам.

Граф усмехнулся.

— Я попросил разрешения начать официально ухаживать за вашей дочерью Родерикой.

— Но… — пробормотал отец Родди, лихорадочно подыскивая нужные слова. — Не кажется ли вам, что вы слишком спешите?