Джейн Арчер - Тайное желание

– Я бы с удовольствием провез вас в этом одеянии через всю страну, – сказал Корд. – Увы, тогда от вашей кожи ничего не останется.

Виктория села, прикрыв руками грудь, чтобы он мог видеть как можно меньше. К своему удивлению, она неожиданно отметила, что испытывает странное чувство. Это было какое-то непонятное возбуждение, зарождающееся глубоко внутри ее. Она покраснела, и краска смущения на ее лице делалась тем гуще, чем дольше он смотрел на нее. Бросив взгляд на картину, она вдруг подумала о его теле. Представила, как он выглядит без одежды. Она поспешно отвела глаза. Что с ней случилось? Прежде у нее никогда не возникало подобных мыслей. Ни один мужчина не действовал на нее так, как Корд. Сознавая пагубность его влияния, она в безысходности мысленно возвращалась к Красному Герцогу. Лучше бы она оказалась с ним, потому что в нем, как она считала, было больше от джентльмена, нежели в Корде.

– Так вы уходите или нет? – наконец спросила она, чувствуя, что у нее забегали мурашки вдоль позвоночника.

– Я думал, вы пригласите меня позавтракать вместе с вами.

– Обратитесь к Терезе или к кому-нибудь еще. Я уверена, вам никто не откажет. Наоборот, в этом доме вас с радостью обслужат.

Корд ухмыльнулся:

– До вас наконец дошло, что вы в борделе?

– Спустя какое-то время. Вряд ли это можно было не заметить.

– Виктория, ну не будьте вы такой недотрогой, – сказал Корд, широкими шагами пройдя через всю комнату и садясь на кровать рядом с ней. Его бедра прижались к ее, и тепло его тела начало проникать к ней через тонкий, как папиросная бумага, шелк пеньюара. Она отодвинулась. Тогда он положил руку ей на плечи и притянул ее к своей твердой груди. – Я должен признаться, что хочу вас. Хочу, невзирая на то что вы женщина Красного Герцога. Я готов заплатить, если все упирается только в это. Вы этого хотите?

– Не хочу я, чтобы мне платили.

– Нет? Тогда чего вы хотите?

Он провел рукой по ее длинным, в беспорядке рассыпавшимся волосам.

– Это моя мечта – посмотреть, как ваши волосы выглядят распущенными. Я хочу этого с первой минуты, как увидел вас. Мужчина может утонуть в ваших волосах. – Он зарылся лицом в ее длинные пряди, затем поднял голову и посмотрел на нее. – Вы пахнете, как пахнут розы.

Виктория резко вырвалась от него и встала. У нее учащенно забилось сердце. Он соблазнял ее. Хотел, чтобы она осталась с ним. Он предлагал ей узнать, что она будет чувствовать от его рук и губ, его тверди… Она прервала поток порочных мыслей.

– Я думаю, вам лучше уйти.

– Полагаю, что да. Стоит только начать то, что мы с вами затеяли, и этому не будет конца. Тогда мы не сделаем того, что должны сделать сегодня. Встретимся внизу, сразу как только вы оденетесь.

После ухода Корда Виктория села на кровать. От волнения у нее сильно стучало сердце. Он был опасным человеком, и ей следовало быть с ним более осторожной. Теперь она воочию убедилась, что вызывает в нем желание. Он хотел обладать ею. И это при том, что дом был полон других женщин – красивых, страстных, ненасытных. Странное дело – она была вынуждена признаться себе в этом, – но его посягательства льстили ее женскому началу, хотя в то же время вызывали страх. Ей не следовало попадать в зависимость от него, потому что он, не будучи джентльменом, не мог держать себя в узде. А Красный Герцог? Как бы он вел себя с ней? Так же или нет?

Будь сейчас ее воля, она бы снова легла в постель и уснула, чтобы забыть обо всем случившемся. Но она знала, что Корд все равно придет за ней и на этот раз будет не столь миролюбивым.

Виктория подошла к столику с подносом. Свежий апельсиновый сок и кофе вполне удовлетворяли ее вкусу, но, увидев рядом несколько тамале,[6] она сделала кислую мину. Первый раз ей дали попробовать это блюдо в Сан-Антонио, но она и не подозревала, что его едят на завтрак.

Едят они здесь или не едят тамале по утрам – так или иначе нужно чем-то наполнить желудок, подумала она. Выпив апельсиновый сок, она сняла кукурузный лист с еще не остывшего теста и отковырнула вилкой кусочек с начинкой. У тамале был удивительно нежный вкус. Она жадно съела все остальное и запила кофе. После вчерашней замечательной ванны, продолжительного ночного сна и этого завтрака она почувствовала себя человеком. Ей даже показалось, что она способна без страха смотреть на Корда и совершенно не волноваться по поводу того, что он может придумать для нее, если она не сможет ехать верхом. Просто она должна проявить твердость. Разумеется, находясь в положении его пленницы, нельзя с уверенностью рассчитывать на большую власть над ним. Но его, несомненно, влечет к ее телу. Так, может, в этом она найдет силу, которая даст ей возможность быть независимой? Может быть, она сумеет воспользоваться этой силой, чтобы выбраться отсюда живой и свободной? Конечно, потом тоже могут возникнуть трудности. С Красным Герцогом. Хоть он и провозгласил себя джентльменом, не исключено, что он не станет разводить церемонии и отнесется к ней как к шлюхе, доступной всем, кто пожелает. Но ведь в прошлый раз он отпустил ее, поэтому она не может знать, как он будет вести себя дальше. Зато Корд уже проявил себя, и теперь ей придется жить, постоянно думая о том, что за этим может последовать.

Она не стала звонить в колокольчик и вызывать Бетэнн, хотя была уверена, что ее горничная будет разочарована. Но она всегда одевалась без посторонней помощи, и сейчас ей тоже было проще и быстрее сделать это самой, тем более что она почти осязаемо чувствовала нетерпение ожидавшего ее Корда. А ей не хотелось навлекать на себя его гнев.

Виктория влезла в дорожный серый костюм и удивилась неожиданному открытию. Сколько же на ней всего надето! В изумлении она посмотрела в зеркало над туалетным столиком и укоризненно покачала головой. Да, пребывание с Кордом не прошло даром: она основательно изменилась. И быстрее, чем могла предположить. Она взяла щетку в серебряной оправе, расчесала свои густые длинные волосы и аккуратным пучком уложила на затылке.

Теперь она чувствовала себя как в броне. Защитилась от Корда как могла. Удовлетворенная, она вышла из комнаты и плотно закрыла за собой дверь, хоть и знала, что замок все равно не запирается. Она установила это еще накануне вечером, к ее большому неудовольствию.

Когда она направилась по коридору, следуя вчерашнему маршруту, ее поразила тишина, царившая в доме. Ничего похожего на то, что происходило в номерах предыдущим вечером. У нее запылало лицо от сознания своей наивности. Почему она сразу не догадалась? Потому что была дока по части книг, а не проституток!

– Мисс Виктория! – окликнула ее Бетэнн, устремившись к ней с противоположного конца коридора. – Что ж вы оделись без меня?