Анн Голон - Анжелика. Мученик Нотр-Дама

Ознакомительный фрагмент

— Изменники повсюду видят измену, — медленно проговорила Анжелика, и ее зеленые глаза заискрились от негодования, — и если Ваше Величество назовет мне имена тех, кто так оклеветал графа де Пейрака, я не сомневаюсь, что найду среди них лиц, которые в самом недавнем прошлом на самом деле посягали на власть и даже на жизнь Вашего Величества.

Хотя Людовик XIV остался бесстрастным, лицо его помрачнело.

— Вы берете на себя большую смелость, мадам, судить о том кому мне следует доверять. Дикие и злобные звери, если они укрощены и сидят на цепи, полезнее для меня, чем живущий в отдалении от двора гордый и свободный вассал, который того и гляди сделается моим соперником. Так пусть же судьба вашего мужа послужит уроком тем, кто вздумает слишком высоко поднимать голову. Вскоре мы увидим, сумеет ли он своим золотым голосом обворожить судей и явится ли дьявол к нему на помощь. Моя задача — ограждать народ от пагубного влияния тех вельмож, которые возомнили себя хозяевами тел и душ поданных, да и самого короля!

«Мне нужно упасть в слезах к его ногам», — подумала Анжелика.

Но она не смогла сделать этого. Она перестала воспринимать человека напротив, как короля. Перед Анжеликой стоял всего-навсего молодой мужчина, ее ровесник — двадцати двух лет, — и ей отчаянно захотелось вцепиться в кружевной воротник Людовика XIV и потрясти его, как сливовое дерево.

— Так вот каково правосудие короля, — произнесла она срывающимся голосом, который показался ей чужим. — Вас окружают напудренные убийцы, украшенные плюмажами бандиты, лгуны, расточающие вам самую низкую лесть. Фуке, Конде, разные Конти, Лонгвилли, Бофоры… А человек, которого я люблю, не способен на предательство. Он сумел преодолеть самые страшные несчастья, он пополнял королевскую казну золотом, которое добывал благодаря своему таланту, ценой невероятных усилий и неутомимых трудов, и он ничего ни у кого не просил. И именно этого ему не могут простить…

— Вы правы, именно этого ему не могут простить, — как эхо повторил король.

Он подошел к Анжелике и схватил ее за руку с силой, которая выдавала кипевшую в нем ярость, никак не отражавшуюся на его спокойном лице.

— Мадам, вы сейчас беспрепятственно покинете эту комнату, хотя я мог бы арестовать вас. Вспоминайте об этом в будущем, когда вам придет в голову сомневаться в великодушии короля. Но берегитесь! Я не желаю больше слышать о вас, иначе я буду безжалостен. Ваш муж — мой вассал. Да свершится королевское правосудие. Прощайте, мадам!

Глава 4

«Все пропало!.. Это моя вина! Я погубила Жоффрея», — повторяла Анжелика. В растерянности она бежала по коридорам Лувра. Найти Куасси-Ба!.. Повидаться с Великой Мадемуазель! В эту минуту, охваченная ужасом, она, как никогда, нуждалась в дружеской поддержке, но ждать помощи было неоткуда. Встречные казались слепыми и глухими, как будто это были не живые люди, а выходцы из другого мира.

Наступала ночь, и приближалась буря: ветер бил в оконные стекла, колебал пламя свечей, свистел под дверями и раздувал гардины.

Колоннады и маскароны, величественные сумрачные лестницы, позолоченные стенные панели, переходы и галереи, наборные полы, зеркала, картины на стенах… Анжелика блуждала по Лувру как по темному лесу, как по запутанному лабиринту, из которого нет выхода.

В поисках Куасси-Ба она спустилась вниз и оказалась в каком-то дворике. Но ливень и потоки воды из водосточных труб заставили ее отпрянуть назад.

Под лестницей, согреваясь у жаровни, пережидала непогоду труппа итальянских комедиантов, которые вечером должны были выступать перед королем. Красноватые блики от пылающих углей ложились на пестрые костюмы Арлекинов, на их черные маски, на белые одежды Панталоне и его клоунов.

Вернувшись на второй этаж, Анжелика увидела наконец знакомое лицо. Это был Бриенн. Он сообщил, что видел мессира де Префонтена у юной принцессы Генриетты Английской; вероятно, он сможет подсказать ей, где искать герцогиню де Монпансье.

В салоне принцессы Генриетты, залитом веселым теплым светом восковых свечей, шла крупная игра в карты. Анжелика заметила Андижоса, Пегилена, д'Юмьера и де Гиша. Они были целиком поглощены игрой или, может быть, просто притворялись, что не замечают вошедшую.

Мессир де Префонтен, потягивавший ликер у камина, сообщил ей, что мадемуазель де Монпансье направилась в покои Анны Австрийской, чтобы сыграть в карты с молодой королевой. Ее Величество Мария-Терезия устала; она застенчива, плохо знает французский язык и не любит проводить время в обществе молодых придворных, своими насмешками не щадящих даже королеву. Каждый вечер Мадемуазель навещает ее с тем, чтобы составить партию в карты. Мадемуазель, прибавил Префонтен, очень добра; но, поскольку молодая королева ложится спать довольно рано, весьма вероятно, что Мадемуазель вскоре зайдет к своей кузине Генриетте. В любом случае она пошлет мессиром де Префонтеном, так как перед тем, как лечь спать, она всякий раз проверяет вместе с ним свои счета.

Анжелика решила дождаться герцогиню, а пока подошла к столу, на котором слуги выставили холодные закуски и сладости. Она всегда стеснялась своего отличного аппетита, который не покидал ее даже в самых тяжелых жизненных ситуациях. Мессир де Префонтен подбодрил ее, так что Анжелика, решившись сесть за стол, подкрепилась крылышком цыпленка, двумя яйцами в желе, разными печеньями и вареньем. Затем она попросила у слуги кувшин с водой, чтобы ополоснуть пальцы, присоединилась к группе игроков и взяла карты. У Анжелики было с собой немного денег. Вскоре удача улыбнулась ей и она начала выигрывать. Это ее обрадовало. В конце концов, нынешний день будет не таким ужасным, если ей удастся подправить свое финансовое положение. Анжелика сосредоточилась на игре. Столбики экю перед ней постепенно вырастали. Один из сидевших рядом придворных — он проигрывал — полушутя сказал:

— Удивляться не приходится, ведь это маленькая колдунья. Анжелика твердой рукой сгребла его ставку, и лишь спустя несколько мгновений до нее дошел смысл намека. Итак, слух о том, что Жоффрей в опале, начал распространяться. Шептались, что он обвинен в колдовстве. Но Анжелика упорно продолжала сидеть за столом.

«Не брошу игры, пока не начну проигрывать. О! Если бы мне удалось разорить их всех и выиграть столько денег, чтобы подкупить судей!»

В тот момент, когда она снова открыла трех тузов, чья-то рука скользнула, обняв ее за талию, и ущипнула.

— Зачем вы вернулись в Лувр? — прошептал ей на ухо маркиз де Вард.

— Уж точно не для того, чтобы увидеть вас, — ответила Анжелика, не глядя на него.