Патриция Оливер - Бегство герцогини

— А вы умеете скакать, мисс Хаддерсфилд? — Джорджина обратилась к девушке, которая по-прежнему разглядывала ее с превеликим восхищением.

— О нет, мисс Беннет, — пробормотала Каролина, испуганно глянув на свою мамашу, все еще не пришедшую в себя. И добавила с жаром, повинуясь внутреннему импульсу: — Но я очень хочу!

Джорджина подбадривающе ей улыбнулась.

— Тогда, может быть, вы присоединитесь к нам в следующую среду, чтобы получить первоклассные инструкции? — сказала она. — Я уверена, что майор Хемптон будет только счастлив поделиться с нами обеими своим богатым опытом. — Она одарила этого джентльмена ласковым и кокетливым взглядом. — Не правда ли, майор?

Это научит его не втягивать ее в свои игры, когда маневры леди Хаддерсфилд столь очевидны, подумала Джорджина и заметила промелькнувшую тень раздражения на его лице, прежде чем он вежливо склонил голову.

— Это доставит мне громадное наслаждение, — ответил он.

— Но это, разумеется, если леди Хаддерсфилд согласится с таким планом, — добавила Джорджина.

Ей было забавно видеть, как на лице леди боролись разные эмоции. Победило, конечно, желание прямо отдать свою дочь в объятия этого превосходного джентльмена. И, несмотря на ее отношение к мисс Беннет, после долгой паузы, во время которой ее глаза перебегали с сияющего личика Каролины на загадочное лицо Джорджины, леди Хаддерсфилд тяжело вздохнула.

— Я не вижу ничего предосудительного в таком плане, если наш грум будет сопровождать тебя, моя дорогая, — произнесла она наконец. — И это очень мило с вашей стороны, майор, что вы предлагаете дать инструкции моей дочери.

Леди Хаддерсфилд улыбнулась, очевидно, забыв, что Джек Хемптон ничего подобного не предлагал.

— Верю, что вы позаботитесь о Каролине как следует, мой дорогой сэр, — многозначительно произнесла она.

В это время зазвучала музыка, и начались танцы. Чувствуя на себе пристальный изучающий взгляд хозяйки бала, Джорджина вместе с майором вышла на середину зала. Джек Хемптон положил руки Джорджине на талию и закружил ее в вальсе.

Для деревенского джентльмена майор Хемтон танцевал прекрасно, она этого от него не ожидала, и когда они сделали полный круг, Джорджина решила похвалить своего партнера.

Тот странно ухмыльнулся.

— А я ждал, что вы обрушите на меня свой гнев, мисс Беннет, за то, что я осмелился скомпрометировать вашу репутацию непревзойденной охотницы.

— Должна признаться, что я думала об этом. Но я решила вам отплатить в среду. Вы напрасно возомнили, будто мне есть хоть чему-нибудь у вас учиться.

— И вы в этом уверены, я полагаю?

Видя его ухмылку, она насторожилась. Он явно намекал на что-то другое. И Джорджина почувствовала, как покраснели у нее щеки под его настойчивым взглядом.

— Абсолютно уверена, сэр, — сказала она, надеясь, что ее холодный тон поставит на место этого деревенского нахала.

У Джека Хемптона было мало иллюзий относительно собственной персоны, а с годами и те, что еще оставались, здорово уменьшились.

Если не считать трех лет, проведенных в армии Веллингтона, Джек жил тихо и спокойно в поместье, которое он еще пятнадцатилетним юношей унаследовал от отца.

Женитьба на Мэри Гордон была самым значительным событием в его жизни. И когда жена неожиданно умерла при родах двумя годами позже, ему было двадцать семь лет и он считал, что теперь ему незачем жить на белом свете.

Затем он переборол себя и занялся делами, во многом благодаря его любимой тете Хестер, которая всегда любила и поддерживала его, и он это отлично знал.

Леди Бартлет, вдова сэра Джеймса Бартлета, была его другом, компаньонкой и помощницей в течение последних двадцати лет, с тех пор, как родители Джека погибли во время кораблекрушения у берегов Девона, буквально за неделю до его пятнадцатилетия.

Она также была ему и вместо матери, думал он, глядя, как тетя заботливо наливает ему вторую чашку чая и кивает лакею, чтобы тот снова наполнил доверху тарелку Джека.

— Ты хочешь, чтобы я стал таким толстым, как Данстон, тетя? — спросил Джек, глядя на полную тарелку перед собой.

— Нонсенс, Джек! Ты же вон какой здоровый, и тебе нужно поддерживать свои силы, — ответила она. — А теперь расскажи мне, кто был на балу у леди Хаддерсфилд прошлым вечером? Я с нетерпением жду от тебя подтверждения тому, что Амелия выполнила-таки свое обещание и поставила на уши всех соседей, разрешив у себя играть вальс.

— Да, она так и сделала, тетя, — засмеялся Джек. — Тебе надо было это самой видеть! Леди Хад не теряла понапрасну время и поймала меня вместе со своей младшей дочерью. Кажется, что и от нее не отвертеться. Как будто мало было мне той мышеловки, которую мне устроили три ее старшие дочери. Но мамаша поняла, что я не собираюсь сдаваться. Особенно прямо в Хаддерсфилде.

— Я бы все-таки желала, чтобы ты одумался, наконец, и женился, Джек, — вздохнула леди Бартлет. — Вряд ли у тебя появится наследник, если ты будешь и дальше упрямиться. И лучше девушки, чем Каролина Хаддерсфилд, трудно сыскать, позволь мне тебе заметить.

Джек передернул плечами в притворном ужасе.

— Что?! — вскричал он. — И чтобы леди Хад стала моей тещей? Может ли быть худшая судьба! Кроме того, в прелестной головке этой девчонки вряд ли найдется хоть одна собственная мысль.

— Ох! — воскликнула леди Бартлет. — Ты уж слишком требователен, как я посмотрю, если хочешь красивую и умную одновременно, мой дорогой. Любой мужчина был бы счастлив иметь жену-красавицу.

— Но я решил найти красивую и умную, и только ради моей любимой тети, так что, как видишь, я совершенно испорченный, — продолжал он, глядя, как леди Бартлет покраснела от удовольствия.

— А что кузина Летиции? Она тоже там была?

— Мисс Беннет? Да, она была. И так врезала леди Хад, что я давно не слышал ничего подобного. Старушка минут на пять дар речи потеряла.

Он засмеялся при этом воспоминании.

— Что ж, это хорошо. Пора было уже кому-нибудь это сделать, — сказала тетя. — Я боялась, что у меня не хватит смелости перечить Амелии.

Она внимательно посмотрела на своего племянника, и ее голубые глазки так и засверкали.

— И ты пригласил мисс Беннет на танец, Джек?

— Конечно, пригласил. Единственная приятная женщина во всем зале. Кроме Летти, понятно.

Он отрезал большой кусок ветчины и положил себе на тарелку, но знал, что этим простым жестом не усыпить тетино любопытство.

— Я бы хотела ее увидеть, — проговорила леди Бартлет. — Она действительно такая красивая, как о ней говорят?

— Это зависит от того, кто говорит, тетя, — улыбнулся Джек.