Дженис Беннет - Защитник прекрасной дамы

Адриан наклонил голову.

– Я буду исполнять ее с радостью.

– Какое редкое для нас удовольствие. – Дафна поднялась с места. – Пойдемте, мистер Карстейрс, я покажу вам вашу комнату, – предложила она, сухо улыбнувшись.

Адриан вышел следом за ней. Как только она закрыла дверь кабинета, он сказал:

– Я очень сожалею, мисс Селвуд.

– Этот снисходительный тон со мной ни к чему, – отрезала она. – Вы ни капли не сожалеете. Я видела ваше лицо. Вы просто с радостью предвкушаете предстоящие события.

– Ну, допустим, предвкушаю, – признался он. – А вы – нет?

– Я предвкушала раньше. – Она повернулась на каблуках и через холл проследовала к лестнице. – Они отводят вам комнату подальше от всякого шума.

– Вот замечательно.

Ее пальцы, сжимавшие перила, побелели.

– Я сильно опасаюсь, что кузина Элспет права. Все девочки постарше будут ходить за вами хвостом, куда вы ни повернете.

– О, только не те, у кого честолюбия побольше, – он весело улыбнулся. – Священник – не такая уж завидная добыча.

Дафна подозрительно покосилась на него, но от комментариев воздержалась.

Адриан не переставал наблюдать за ней; при всей скупости жестов гордость и независимость сквозили в каждом движении девушки.

– Вы уже обдумывали, что будете делать, если все наши усилия пойдут прахом? – отрывисто спросил он. – Если школу придется закрыть?

Она поджала губы.

– Буду подыскивать себе другую работу, конечно. Такую, чтобы там же могла учиться Джейн, и чтобы моего жалованья хватало для оплаты ее обучения. И не будьте похожи на дядю Тадеуса, – она твердо взглянула ему в лицо. – Я не стану просить помощи у Хлои.

Адриан нахмурился.

– Она вам неприятна?

Он и представить себе не мог человека, который без симпатии относился бы к кроткой дочери викария.

Дафна невольно улыбнулась, и снова ямочка появилась у нее на щеке.

– Я знаю, это очень эгоистично с моей стороны; так и дядя Тадеус твердит, особенно когда дело касается образования Джейн. Но я не могу – и не буду ставить себя в зависимость от чьей-то милости. И прежде чем вы соберетесь напомнить мне, что Джейн и я живем у дяди Тадеуса, когда не находимся здесь, в школе, позвольте мне заверить вас, что это совершенно другое дело.

– Я…

Дафна перебила его:

– Моя мать была его сестрой; после замужества Хлои она вела его хозяйство, пока не умерла… это было в прошлом году. И я делаю то же самое, когда не живу при пансионе.

– Я это очень хорошо осознаю, – заверил ее Адриан и после паузы продолжил: – Но вот вы не принимаете в расчет, что и мне пришлось в жизни столкнуться с подобной же проблемой.

Она недоверчиво взглянула на него.

– С подобной проблемой? Вам? Вы имеете в виду – из-за того, что ваша сестра вышла замуж за такого богача?

Адриан усмехнулся.

– Галлифорду, конечно, хотелось бы проявить широту натуры и щедрость, но я имел в виду времена до замужества сестры. Уверяю вас, что необходимость жить за чужой счет была и для Нелл, и для меня столь же невыносима, как и для вас.

Поднимаясь по следующему лестничному пролету, Дафна замедлила шаги.

– Но если вам понятны мои чувства, зачем же вы так упорно пытаетесь вмешаться в наши дела?

– Видите ли, мне пришлось убедиться, что бывают такие ситуации, когда следует подумать о чем-то более важном, чем собственная гордость, например, о благополучии или о душевном спокойствии кого-то другого. Неужели вы полагаете, что мистер Денверс может посвятить себя заботам своего прихода, когда его неотступно гнетут мысли о вашей безопасности?

Она слегка покраснела.

– Постарайтесь отнестись ко мне как к мелкой неприятности, – предложил он с почти бесстрастным лицом, – с которой приходится мириться ради него.

Дафна возвела глаза к небесам:

– Вы никогда не бываете серьезным?

– Ну, не так чтобы совсем никогда, но по возможности – пореже.

Она продолжила восхождение по лестнице, не снизойдя до продолжения диспута, но в ее осанке уже не было прежней чопорности. Как много в ней решимости, думал он, и при этом какая живость ума. Он остро ощущал, что его согласие выступить в качестве навязанного дядюшкой защитника – провинность, которая не скоро будет прощена.

Комната в мансарде, где она вскоре его оставила, оказалась крошечной, но безупречно чистой. Кровать, стол, платяной шкаф, умывальник – что еще могло ему понадобиться? Он раздвинул кружевные занавески на окне и окинул взглядом открывшийся ему ландшафт. Вокруг царили тишина и покой, которым недолго предстояло оставаться непотревоженными: в любой момент можно было ожидать возвращения юных леди в свои классы. Надо было насладиться этой мирной картиной, пока возможно.

Он распаковал скромный багаж, привезенный из замка, и с должным почтением упрятал свои наброски о Геродоте в один из ящиков стола. Немного поразмыслив, он переставил канделябр, чтобы освещение было более удобным. Если его время будет занято церковной службой и охотой за призраком, придется работать над трактатом урывками, когда удастся выкроить для этого время.

А вот охоту за призраком он мог бы начать хоть сейчас, прямо с этой минуты. Во всяком случае, мисс Дафна Селвуд предпочла бы видеть его как можно меньше. С этой вдохновляющей мыслью он обвел взглядом комнату, которая теперь приобрела обжитой вид, и вышел в коридор.

Адриан вернулся в маленький кабинет на первом этаже. Постучав и услышав приглашение войти, он распахнул дверь и, едва перешагнув порог, остановился. Общество старшей мисс Селвуд уже не разделяли ее сестры, но, тем не менее, она была не одна. Рядом с ней, в кресле, которое недавно занимала мисс Беатриса, восседал высокий худощавый джентльмен средних лет. Его лицо, обрамленное рыжевато-русыми волосами, подстриженными и завитыми по последней моде, было вполне заурядным. Однако завязанный замысловатым узлом шейный платок вздымался над плечами столь высоко, лацканы сюртука, туго затянутого в талии, достигали такой ширины, а все обличие в целом дышало такой ослепительной экстравагантностью, что любой обязан был признать в этом господине настоящего денди. Картину довершали несколько кармашков для часов и печаток, размещенные в складках широкого пояса и яркий блеск ботфортов.

Джентльмен поднял к лицу монокль и устремил на Адриана томный взгляд.

– Священник, дорогая моя Софрония? Что за новая причуда?

Старшая мисс Селвуд поспешно сдвинула в сторону беспорядочное скопище бумаг на своем столе и ответила собеседнику растерянной улыбкой; при этом Адриану невольно пришла на ум потревоженная курица.

Он вошел в комнату.

– Извините, что беспокою вас.