Ширли Басби - Моя единственная

— Лучше, если я пойду один, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Считаю, что пока тебе не стоит показывать, что ты меня поддерживаешь.

— Как скажешь, mon ami, — промолвил Джаспер с кроткой улыбкой. — Меня это вполне устраивает. Мы с друзьями как раз собирались посетить сегодня петушиные бои, если будет хорошая погода.

Хью, покачав головой, усмехнулся.

— А как же дела?

— Но ты же теперь здесь. Значит, беспокоиться не о чем, — последовал ответ, сопровождаемый лучезарной улыбкой.

Хью ушел, посмеиваясь и удивляясь тому, как при такой любви креолов к развлечениям в Новом Орлеане вообще хоть что-то делается. Солнце стояло в самом зените. Но из-за облаков на улице было не жарко, а легкий ветерок делал прогулку совсем приятной.

Контора “Галланд, Ланкастер и Дюпре” располагалась в одном из старинных французских строений, которым удалось уцелеть в досаждавших жителям Нового Орлеана пожарах. Длинное и приземистое, оно явно было недавно заново оштукатурено и выкрашено в желтый цвет. Войдя через массивные деревянные двери внутрь, Хью был приятно удивлен царившей там деловой атмосферой: многочисленные клерки и счетоводы сидели за конторками, уткнувшись в свои бумаги и гроссбухи. Главный бухгалтер — маленький суетливый француз Пьер Бриссон, подняв глаза на вошедшего, немедленно вскочил и поспешил навстречу.

— Мсье Ланкастер! Какой приятный сюрприз! Никто и не предупредил, что вы приедете в Новый Орлеан и осчастливите нас своим присутствием. Пожалуйста, проходите. Позвольте мне проводить вас в кабинет владельцев.

Хью, улыбнувшись, отрицательно взмахнул рукой.

— В этом нет необходимости, Бриссон. Я сам все посмотрю, если вы не возражаете. Боюсь, что и без того я доставлю вам массу хлопот. — Он оглянулся вокруг и заговорил громче, чтобы могли слышать все присутствующие. — Я переезжаю в Новый Орлеан и большую часть дня намерен проводить здесь.

Прошелестевший по комнате шепот свидетельствовал, что служащие компании поняли смысл сказанного. Однако особой тревоги никто не проявил. Хью с сарказмом подумал, что ничего иного и не следовало ожидать. Тот, кто пополняет свой бюджет за счет “Галланд, Ланкастер и Дюпре”, а в том, что такой имеется среди сотрудников компании, сомнений у него не было, должен быть очень умен и вряд ли попадется на такую простую наживку. И все-таки в глубине души Хью надеялся, что у негодяя при его появлении сдадут нервы и он каким-нибудь неосторожным жестом проявит себя. Надежда не оправдалась.

Он шел по заставленному столами помещению, приветствуя знакомых служащих и знакомясь с теми, кого не видел во время своего сентябрьского визита. Бриссон с чуть напряженным лицом суетливо крутился рядом, но это казалось вполне обычным желанием угодить начальнику. Они задержались около одного из столов, из-за которого поднялся молодой человек, представившийся как Этьен Грае. Хью вспомнил, что именно с ним пытался подружиться Джаспер. Этьен удивил его, сказав, что работает в компании уже три года. Почему же они не виделись раньше? Странно.

Будто угадав его мысли, Этьен улыбнулся и сказал:

— Давно мечтал о чести познакомиться с вами, мсье Ланкастер. Однако всякий раз, как вы приходили сюда, я был на складе, принимал и записывал доставленные грузы.

Хью кивнул.

— Ваша работа — учет вновь доставленных грузов?

— Да, помимо некоторых других обязанностей, — ответил Этьен, глядя ему в глаза.

Пообщавшись еще немного с молодым человеком и другими служащими, Хью наконец внял настойчивым намекам Бриссона и позволил проводить себя в кабинет владельцев. Оглядев просторное помещение, он хмыкнул. Такой кабинет мог бы оборудовать в своем доме скучающий богач. Для того, чтобы убивать в нем время. Но не для работы! Тяжелые до пола занавески на окне надежно защищали от яркого солнца, отбрасывая на пол приятные красновато-коричневые и зеленоватые тени, стулья были обиты дорогой коричневой кожей, изящный столик завален газетами и какими-то листками. Взяв первый попавшийся, Хью не смог сдержать усмешку — как он и ожидал, это было объявление о петушиных боях. Чтобы Дюпре читали в своем кабинете деловые бумаги — да упаси Господь( Продолжая осмотр, он обнаружил буфет красного дерева, набитый самыми разнообразными сосудами с горячительными напитками. Между ним и картиной с изображением охотничьей сцены висело большое зеркало в позолоченной раме. Похожие полотна украшали и другие стены. В дальнем углу комнаты — солидный письменный стол. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что Жан и Франсуа пользуются им крайне редко и отнюдь не для составления деловых писем. Обстановка приятная и располагает к отдыху. А он намерен работать здесь, а не отдыхать! Хью, оглядевшись, обнаружил в комнате еще две двери, ровно друг напротив друга. Насколько помнил Хью, они вели в совершенно одинаковые кабинеты. Несколько секунд он молча разглядывал их, о чем-то думая, затем резко обернулся к Пьеру.

— За этой дверью еще кабинет, не так ли? — Он подошел к одной из дверей.

— О да, мсье, — ] мгновенно ответил Бриссон. — Есть и еще один напротив. В них работали мсье Галланд и Дюпре… — он тяжело вздохнул, — пока они не покинули нас. Затем этими кабинетами пользовались только мсье Жан, иногда мсье Франсуа. Чаще тем, к которому вы подошли.

— Больше не будут, — решительно произнес Хью. — Найдите кузнеца. Пусть заменит все запоры. Ключи дадите только мне. — Он улыбнулся, увидев, как вытянулось лицо Бриссона. — Не бойтесь, я сам извещу совладельцев компании об этих изменениях.

— Значит, вы намерены бывать здесь регулярно, мсье? — робко спросил француз.

— Каждый день, — чеканя слова, ответил Хью. Желтоватое лицо Бриссона расплылось в улыбке.

— О, прекрасно, мсье! Честно говоря, я часто думал, что и другие… — Он запнулся, испугавшись непочтительных высказываний в адрес хозяев компании. — Я хочу сказать.., э-э.., что весьма целесообразно, чтобы один из совладельцев постоянно присутствовал в конторе.

Хью, довольный визитом в контору, насвистывая веселую мелодию, направился в дом Джаспера. Там он устроился в кабинете и написал несколько записок живущим в городе знакомым американцам, сообщив о своем прибытии. Одна из них, естественно, предназначалась отцу Алисы Саммерфилд. Вложив это послание в конверт, Хью задумался. На память вновь пришли слова Джаспера о холодности американок. Не ошибается ли он, связывая свои жизненные планы с Алисой? Ему, безусловно, нравилось проводить с ней время. Да, она всегда вела себя вежливо и сдержанно. Но он и не собирается жениться на вспыльчивой вертушке. Любой мужчина по достоинству оценит ее красоту. Она симпатичная девушка. Это бесспорно. Не вызывает в нем страсти? Но он уже не в том возрасте, чтобы трепетать и мгновенно загораться при виде красивой женщины. Алиса ему нравится. И по другим статьям она вполне подходит: из хорошей семьи, и собственных денег у нее не так много, значит, будет благодарна ему. А в том, что в нем ее привлекает не только состояние, Хью не сомневался. Алиса — умная и достойная девушка. Она станет хорошей хозяйкой дома, будет со спокойной грацией сидеть рядом с ним во главе стола и, даст Бог, родит красивых и здоровых наследников. Похоже, женившись на ней, он не ошибется. Но все эти рассуждения наталкивались на хитрую преграду: в памяти опять всплыли слова Джаспера, а вслед за ними образ Микаэлы Дюпре. Он ясно увидел ее лучистые глаза, чувственные губы, такие пленительные и зовущие. Хью вдруг захотелось прикоснуться к этой женщине, тело напряглось в страстном желании. Черт бы побрал Джаспера! Неподобающие мысли о Микаэле — его вина! Но нет, укрощать эту надменную девицу — слуга покорный. Лучше Хью Ланкастер будет ухаживать за Алисой Саммерфилд.