Хизер Гротхаус - Любовная ловушка

Элинор вскочила на ноги и убежала в свой загон.

– Вы… вы солгали мне! – запинаясь, произнесла Ивлин.

– Я еще и не на такое способен, – прорычал мужчина, хватая ее за руку и рывком поднимая на ноги. Он развернул ее к дверям, а когда заговорил, его шотландский акцент стал таким же заметным, как запах горящего торфа в хижине. – В моем доме нет места этой английской грязи, которая подличает, бьет из-за угла и крадет мой скот.

Продолжая крепко держать Ивлин, горец положил меч в ножны, а потом схватился за засов. Девушка поняла, что он решил выкинуть ее волкам на съедение.

– Вы не можете так поступить! – закричала она и замолотила кулаками по его груди, пока он старался поднять засов и в то же время удержать ее на месте. Ивлин не могла победить этого мужчину, как, впрочем, и волков снаружи. Она принялась лихорадочно думать. И только одна спасительная мысль родилась в ее воспаленном от страха мозгу: – Я… не англичанка, я шотландка!

Мужчина остановился и посмотрел на нее сверху вниз, саркастически приподняв одну бровь.

– Ах да, прости меня, я, похоже, совсем отупел, раз не заметил твоего нежного акцента и прекрасного высокогорного наряда. – Он встряхнул ее. – Ты все врешь.

– Нет, послушайте! – воскликнула Ивлин, продумывая детали своей легенды с такой скоростью, что они полились из нее как из рога изобилия. – Послушайте, – она сглотнула, – да, я родилась и выросла в Англии. Но моя мать… моя мать была шотландкой. Она родилась в этих краях.

– Так, что же ты тогда делаешь на земле моего клана? И где твои родичи? Ты ведь не собираешься убеждать меня в том, что в твоих жилах течет кровь Маккериков?

– Конечно, нет. – Ивлин попыталась рассмеяться. – Это было бы глупо. Я… сопровождала свою родственницу сюда, в ее любимые шотландские горы, где она хотела умереть, – Ивлин прочистила горло. – Да, мою двоюродную бабушку. Это было ее последнее желание. Я могу отвести вас к ее телу, если вам нужны доказательства.

Горец ухмыльнулся и ответил:

– Я сильно в этом сомневаюсь. Но прежде чем я вышвырну тебя отсюда, я, пожалуй, разрешу тебе потешить меня еще одной ложью. Скажи мне, кто возглавляет твой клан. Ты ведь можешь это сделать, не так ли?

– Конечно! – отчаянно кивая, ответила Ивлин.

– И кто же?

– Это… Бьюкенены, – пропищала Ивлин. – Мою родственницу звали Минерва Бьюкенен.

Лицо горца стало белым, как снег за порогом хижины. Он мгновенно отпустил руку Ивлин, будто она обожгла его, и попятился назад.

– Минерва Бьюкенен? – хриплым голосом повторил он.

Ивлин не знала, как это имя повлияет на ее ближайшее будущее, принесет ли оно ей добро или зло. Но она понимала, что у нее не было другого выбора, кроме как врать дальше:

– Да. Она сестра Ангуса Бьюкенена. – Ив облизнула губы и нахмурилась. – Вы знали ее?

Горец едва заметно покачал головой, глядя на нее так, будто перед ним стояло не человеческое существо, а один из тех лесных волков.

– Нет. Но ее знал мой дядя, Ронан Маккерик. Его уже нет на этом свете. – Мужчина обвел взглядом хижину. – Этот дом принадлежал ему.

Ивлин тут же вспомнила, как умирала старая целительница, как перед смертью она со стоном звала какого-то Ронана.

– Конечно, – сказала Ивлин, с облегчением переводя дух. – Она говорила о Ронане. Жаль, что он умер.

Прищурившись, горец спросил ее:

– А ты… когда-нибудь видела своего дядю Ангуса? Твой клан знает, что ты сейчас тут, на земле Маккериков?

– М-м-м… нет, – заикаясь, ответила Ивлин. – Боюсь, что перед смертью Минерва сбилась с пути, и я понятия не имею, где здесь земля Бьюкененов. Я ведь никогда тут не была. Она… далеко? – спросила она, молясь, чтобы это было действительно так и чтобы мужчина не смог тут же отвести ее туда и уличить во лжи.

– Это не селение, а целый город, – с отсутствующим видом ответил горец. – И это довольно далеко отсюда. Зимой ты туда не дойдешь. – Теперь мужчина говорил почти ласково, и ее сердце дрогнуло в отчаянной надежде. Похоже, она опять избежала смерти! Горец приложил одну из своих больших ладоней к груди. – Меня зовут Коналл Маккерик. Я племянник Ронана.

– А я Ивлин… Ивлин Бьюкенен Годвин, – сказала девушка, мысленно попросив прощение у Бога за эту наглую ложь.

Впервые искренняя, но немного смущенная улыбка появилась на лице горца. В его глазах вспыхнули янтарные искры. У Ивлин перехватило дух.

– Добро пожаловать домой, Ив, – сказал Коналл.

Глава 3

– Ладно. – Коналл ясно видел, что эта девушка была в крайнем замешательстве. Она открыла рот, будто собиралась еще что-то сказать, но передумала и принялась нервно теребить платье. Коналл не мог не признать, что она была очень привлекательной, особенно когда смущалась и пыталась собраться с мыслями.

– Действительно, ладно, – повторил Коналл. Его голова все еще кружилась оттого, что он узнал. Ему нужно было время, чтобы все обдумать и понять, что делать дальше.

– Ладно, – сказала Ивлин. Она казалась выше в своем поношенном платье, которое когда-то выглядело очень неплохо. – Большое спасибо за приветствие. – Она заглянула в его глаза, но тут же отвернулась. Ее взгляд заплясал по полу, потолку, загонам возле стен. – Что ж, тогда до свидания.

Коналл с улыбкой покачал головой, подошел к низкой двери хижины и прижался к ней одним ухом.

– Я никуда не ухожу, – произнес он.

– О, конечно, не сейчас, – с нервным смешком в голосе сказала Ивлин. – Я не думаю, что вы…

– Ш-ш-ш! – Коналл настороженно поднял ладонь. – Тише!

– …Что вы уйдете, пока там рыщут волки, – продолжила она шепотом. – Вы что-нибудь слышите?

Он отпрянул от дверей и бросил на нее сердитый взгляд. Ивлин поморщилась.

– Все, молчу, – шепнула она.

Коналл покачал головой и опять повернулся к дверям. Он положил руки на засов. Позади него зарычала Элинор.

– Угомони своего зверя, Ив, – кинул он через плечо и начал вытаскивать доску.

– Зачем? Что вы делаете? Вы же сказали, что пока не собираетесь уходить? – Ее взволнованный голос раздавался издалека, и Коналл понял, что она послушалась его и пошла к волчице. – Ко мне, моя хорошая, – позвала ее девушка. – Ко мне, Элинор.

– Я оставил на поляне перед домом свою заплечную сумку, – объяснил Коналл. – Там у меня всякие припасы, если, конечно, волки не растерзали ее на части. – Он вынул засов и, прижимая дверь плечом и бедром, поставил его к стене.

– Понятно. – Теперь голос Ивлин раздавался неподалеку от него. Коналл обернулся. Она стояла, сложив руки на груди, рядом с ней сидела черная волчица и смотрела на дверь, насторожив уши. – А что за припасы?

– Какой смысл говорить о них сейчас? Сначала надо убедиться в том, что они на месте. Без них мне будет очень трудно пережить зиму, – заметил Коналл. И когда она только перестанет задавать ему вопросы? – Я сказал, чтобы ты удерживала свою волчицу, а то вдруг она выпрыгнет наружу.