Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

Но уже через минуту, спускаясь по лестнице, она тихонько пробормотала:

— Наверное, можно и не дожидаться ответа. Ведь и так все ясно…

Аннабел нисколько не сомневалась: этот человек был решительно настроен против ее плана. И в этом не было ничего удивительного — ведь он даже не слышал о бедственном положении Ходжсона! Возможно, он подумал, что она все сильно преувеличивала, пытаясь добиться своей цели.

Но если он всё-таки поговорит со своей бабушкой, то тогда узнает…

Аннабел тяжко вздохнула. Это «если», в сущности, ничего ей не сулило.

Неподалеку от пивоварни она увидела ожидавших ее Сисси и Джорди. Сисси тотчас же подбежала к ней и, задыхаясь от волнения, выпалила:

— Ну как, что она сказала?! Говори же, не молчи! Что сказала тебе миссис Пламтри?!

Аннабел невольно отвела глаза.

— Не знаю, что она сказала бы. Я разговаривала не с ней, а с ее внуком.

— Ты встретилась с одним из них?.. С одним из Шалунов-Шарпов из Холстед-Холла? — Сисси еще больше оживилась. — Дорогая, говори же, рассказывай! С которым из них?!

— С лордом Джарретом… — Аннабел снова вздохнула.

— О, значит, с Игроком?! — Глава Сисси сверкали от возбуждения. — А он и вправду так хорош, как о нем говорят? И действительно ли производит впечатление… столь легкомысленного?

Аннабел пожала плечами:

— Если поразмыслить, то нет, пожалуй. — И это было довольно странно, если учесть многочисленные скандальные истории, которые о нем рассказывали (как он, например, играл однажды двое суток подряд, без сна или же как за час проиграл тысячу фунтов: и как постоянно менял женщин — точно перчатки). Ну… что касается женщин то ничeгo удивительного: с его-то глазами и обворожительной улыбкой можно повергнуть в трепет любую женщину. Но только не ее, разумеется. Еще чего не хватало! — У лорда, Джаррета вид мошенника, — заявила Аннабел и тут же отвела глаза.

— Но тогда почему же его бабушка поручила ему управление своей пивоварней? — удивилась Сисси..

— Ну… наверное, потому, что он мужчина. — Аннабел презрительно фыркнула. — И знаешь, он сказал, что едва ли бабушка заинтересуется моим предложением. Но он сказал, что поговорит с ней на эту тему. Обещал, во всяком случае.

— Думаешь, действительно поговорит?

— Не знаю. Он ужасно противный и высокомерный. Сомневаюсь, что ему можно хоть в чем-то доверять. А вел себя так… как будто я навязывалась.

— Это все потому, тетя Аннабел, что ты не должна была рассказывать ему, что он должен делать, — подал голос Джорди. — Отец всегда говорит, что женщинам….

— Да-да, знаю, что твердит твой отец! — проговорила Аннабел в раздражении. — Он заявляет, что женщинам не место на пивоварне. И что я… — Она умолкла и перевела дыхание. Ее братец говорил, что если она не прекратит таскаться на пивоварню, то скорее всего никто не женится на ней.

Аннабел очень хотелось, чтобы Хью не говорил подобных вещей в присутствии Джорди, — ведь брат прекрасно знал, почему она не выходила замуж. Потому что не хотела оставлять Джорди. Да и как могла она его оставить? Ведь он был ее сыном.

Джорди, разумеется, этого не знал. Не знал, что его отцом был Руперт, жених Аннабел, и что Аннабел родила его вскоре после того, как Руперт погиб в бою. Джорди рос, считая ее своей теткой. И она ничего не могла с этим поделать, если не хотела, чтобы к нему прилипло клеймо незаконнорожденного. Зато могла сделать так, чтобы он рос в любви и заботе, — пусть даже она не была той женщиной, которую он называл матерью. При мысли об этом у нее перехватило горло, и Аннабел с трудом удержалась от слез.

А ее сын рос очень быстро, и в один прекрасный день они с Сисси и Хью расскажут ему правду. Когда он был совсем маленьким они, все втроем, решили скрыть ее от него, опасаясь, как бы мальчик случайно не проболтался. Но в последнее время Сисси все чаще повторяла, что пора раскрыть ему тайну его рождения — мол, время настало.

Время и впрямь настало, только ей не хватало смелости сказать сыну правду. Она боялась, что он испытает шок, узнав, что вся его жизнь была в каком-то смысле ложью, и что его настоящий отец умер, а родная мать — беспутная женщина. И тогда он начнет винить во всем ее, и она, возможно, потеряет его навсегда. Аннабел не могла пойти на этот риск. Во всяком случае — сейчас. Сначала следовало уладить все дела с Хью и с пивоварней.

Но что же все-таки делать с братом Хью? С каждым днем он становился все более беспомощным и все больше пил и частенько напивался до бесчувствия. А положение дел его совершенно не беспокоило. Пока им удавалось это скрывать, но было ясно, что вскоре люди поймут, почему он уже давно не появлялся на пивоварне.

— Ты должна слушать, что говорит отец, — с важным видом заявил Джорди, которому недавно исполнилось двенадцать. — Ведь он старается помочь тебе выйти замуж, пока ты не слишком состарилась.

— Помолчи, Джорди! — одернула мальчика Сисси. — Не смей грубить!

— К тому же я вовсе не собираюсь замуж, — со вздохом сказала Аннабел.

Разумеется, это была чистейшая ложь. Ведь она, как и любая женщина, хотела иметь и мужа, и детей, и собственную семью. Но едва ли кто-то захочет жениться на ней, когда узнает, что она не целомудренна. И даже если найдется мужчина, который поймет ее девичью любовь к Руперту, — то вряд ли он пожелает принять ее незаконнорожденного сына. И ей пришлось бы оставить Джорди, но она бы этого не перенесла.

Снова вздохнув, Аннабел пробормотала:

— Так что же нам теперь делать, Сисси?

— Наверное, надо подождать до завтра и посмотреть, выполнит ли лорд Джаррет свое обещание.

— Да, наверное, — кивнула Аннабел. — Хотя я бы чувствовала себя гораздо лучше, если бы сама могла поговорить с миссис Пламтри.

— А почему бы и нет?! — оживилась Сисси. — Мы наверняка сможем выяснить, где она живет, не так ли?

Аннабел ненадолго задумалась, потом, покачав головой, проговорила:

— Я не уверена, что мы застанем ее дома. Лорд Джаррет сказал, что она вроде бы занята какими-то семейными проблемами. Возможно, ее сейчас нет в Лондоне.

— Но раз он собирается с ней советоваться, то обязательно поедет к ней, разве нет? И мы могли бы проследить за ним, — заявила Сисси.

Аннабел уставилась на нее в изумлении, потом, сжав в объятиях, воскликнула:

— Дорогая, ты умница! Именно так мы и поступим! Вернее — я… Потому что если мы последуем за ним все втроем, то он скорее всего нас заметит. А на одну женщину он вряд ли обратит внимание.

— Позвольте мне это сделать! — сказал Джорди, выпячивая грудь.

— Ни в коем случае! — вскричали в один голос женщины и тут же, переглянувшись, рассмеялись. Относительно Джорди они всегда были в полном согласии. О лучшей матери для своего сына Аннабел не могла и мечтать. У Сисси и Хью были также собственные дети, но в данный момент они находились у матери Сисси в Бертоне. Сама же Сисси никогда не делала разницы между ними и Джорди.