Джулия Гарвуд - Роковое сокровище

Ознакомительный фрагмент

Рамзи не смог равнодушно отмахнуться от их отчаянного призыва. Он хорошо знал, на какие крайности способны Босуэллы в попытке захватить чужие земли. Не один из их солдат не остановится перед тем, чтобы убить дите.

— Босуэллы — гнусные шакалы, — пробормотал он. Гидеон, хорошо знавший лэрда, уже понял, каким будет ответ.

— Рамзи, ты соберешь весь клан, чтобы сообщить им предложении Макферсонов?

— Нет. Подобные вещи не обсуждаются. Гидеон едва сумел сдержать свое раздражение.

— Но ты все обдумаешь, прежде чем решиться? Поняв, что командир пытается уговорить его подождать и хочет побеседовать с глазу на глаз до того, как он свяжет себя словом, Рамзи коротко кивнул, прежде чем вновь обратиться к Макферсонам.

— Друзья мои, я дам вам ответ через три часа. Согласны Отис наклонил голову и встал.

— С твоего разрешения, мы вернемся через три часа. Он направился было к выходу, но Брисбейн схватил приятеля за руку.

— Ты забыл сказать ему о состязании, — громком шепотом напомнил он.

— Какое еще состязание? — буркнул Гидеон. Отис залился краской.

— Мы думали… чтобы пощадить гордость наших солдат что ты согласишься участвовать в играх. Мы, разумеется, сумеем победить, но если нас жестоко побьют во всех состязаниях, будет легче принять имя Синклеров.

Гидеон шагнул вперед.

— А если вы выиграете?

— Не получится, — вздохнул Отис.

— А все же?

— Тогда Синклеры откажутся от своей фамилии. Ты пс прежнему будешь править, Рамзи, по отныне станешь Макферсоном, а того, кто положит тебя па лопатки, назначишь первым помощником и старшим над солдатами.

Гидеон окончательно вышел из себя, но Рамзи едва н рассмеялся, услышав столь абсурдное требование. Стараясь и улыбнуться, он строго нахмурил брови.

— У меня уже есть командир, которым я очень доволен, и не вижу нужды что-либо менять.

— Но, лэрд, мы только хотели… — начал Отис.

— Мой командир стоит перед вами, — оборвал его Рамзи, — И вы открыто оскорбляете его своим предложением.

— Но что, если ты посоветуешься с кланом? — не отступал Брисбейн. — Игры только начались, и у нас есть почти две недели. Ты можешь состязаться в самом конце.

— В таком случае я, подобно вам, пожелаю узнать, что думают обо всем этом мои люди, равно мужчины и женщины, поскольку далеко не все приехали на праздник, уверяю, пройдет не один месяц, прежде чем удастся их собрать. Если они и позволят мне состязаться на таких условиях, это случится не раньше будущей весны.

— Но мы не можем так долго ждать, — охнул Отис.

— Буду честным до конца, друзья мои, и открою вам, что ни в коем случае не стал бы говорить об этом с моими соплеменниками. Такие условия попросту неслыханны! Имя Синклеров священно. Однако, поскольку вы утверждаете, что хотите всего-навсего пощадить гордость ваших солдат, предлагаю, чтобы они состязались за должности в моем гарнизоне, под началом моего командира. Тех из Макферсонов, кто выкажет отвагу и мужество в поединках с моими воинами, будет обучать сам Гидеон. Отис покорно кивнул.

— Мы вернемся через три часа, чтобы выслушать твой ответ, — повторил он.

— Бог да направит тебя на верный путь, — пожелал Брисбейн, и старики торжественно удалились. Рамзи тихо засмеялся.

— Ну и плуты, — заметил он, восхищенно покачивая головой. — Бьюсь об заклад, Отис уверен, что Макферсоны легко нас побьют и тогда он получит нашу защиту и ухитрится при этом сохранить свое имя.

Но Гидеону было не до веселья.

— Ну и ну! Они являются к тебе с протянутой рукой, словно нищие, и в то же время набираются наглости ставить условия!

Что за негодяи!

— А ты что скажешь, Энтони? — обратился Рамзи к ближайшему соратнику Гидеона.

— Я против этого союза, — пробормотал богатырь с волосами соломенного цвета. — Любой человек, готовый добровольно отказаться от своей фамилии, мне отвратителен.

— Верно, — поддержал возмущенный Фодрон. Его узкое лицо с орлиным носом побагровело от гнева. — Брисбейн и Отис — презренные твари.

— Нет, скорее старые пройдохи, которые, однако, из кожи вон лезут, чтобы уберечь своих людей. Я уже давно проведал, с чем они собираются прийти ко мне, так что было время хорошенько все обдумать. Но ответь, Гидеон, ты за или против?

— Какое это имеет значение? Главное, что ты согласен. У тебя слишком мягкое сердце, лэрд, а это огромный недостаток для человека твоего положения. С этим союзом мы еще хлебнем бед.

— Ты прав, — развел руками Рамзи. — Но ведь и Отис верно сказал — им есть что предложить в обмен. И потом, неужели ты отвергнешь просьбу о помощи?

— Разумеется, нет, — сокрушенно пробормотал Гидеон. — Босуэллы не задумываясь расправятся с ними. Но меня больше тревожат Простер и его дружки.

— Рано или поздно им придется примириться с судьбой, — заверил Рамзи. — Ты слышал, что сказал Отис? Первый раз они голосовали четыре месяца назад. Кроме того, я сам стану приглядывать за ними.

— Значит, ты уже все решил, верно?

— Да, я буду рад такому прибавлению к нашему клану.

— Но что скажут воины…

Рамзи дружески хлопнул Гидеона по плечу.

— Их мы уговорим. И не смотри так уныло. Лучше давай на время позабудем обо всем и хорошенько повеселимся. Йен и Джудит Мейтленды здесь еще со вчерашнего дня, а я и словом с ними не перемолвился. Пойдем отыщем их.

— Не раньше, чем разберемся с неотложным делом, — уперся Гидеон.

Рамзи отпустил Энтони и Фодрона и всмотрелся в лицо командира.

— Судя по твоей ухмылке, тут что-то не так, — изрек он.

— Ошибаешься. Для твоего верного воина Дунстана Фор-бса это вопрос жизни и смерти. Но тебе лучше сесть, лэрд, ибо Дунстан просил позволения жениться на Бриджид Керк-Коннел.

— Еще один?! И которое это по счету предложение? — устало вздохнул Рамзи. — Сколько их всего было? Да говори же!

— Седьмое, включая мое, — расхохотался Гидеон, — но Дуглас клянется, что восьмое.

Рамзи сел и вытянул длинные ноги.

— А сама Бриджид знает о своей последней победе?

— Пока нет, но я взял на себя смелость послать за ней, — отозвался командир. — Она ждет снаружи, так что ты наконец встретишься с той занозой, что не дает тебе спать спокойно.

— Подумать только, Гидеон, ведь все это время я был уверен, что побил тебя в честном бою, когда решалось, кто из нас двоих будет лэрдом.

Гидеон, немедленно опомнившись, уставился на него:

— Но так оно и было!

— Уверен, что не поддался мне нарочно — лишь для того, чтобы никогда не связываться с Бриджид Керк-Коннел? Гидеон снова засмеялся.

— Может быть… может быть… Признаю, что мне правится бывать в ее обществе, потому что она не только красива, но и умна. Один ее вид вселяет радость в душу, но кроме того, у Бриджид сильный характер, каким наделены лишь немногие женщины. Отважна, смела, страстная натура… но при этом упряма, как Бьюкенены. Я рад, что она мне отказала, поскольку жизнь с таким неукротимым созданием отнюдь не легка.