Джудит Френч - Мой нежный завоеватель

— Вы слышали, что сказал царь. — Она махнула рукой ближайшему всаднику. — Приведи Ахиллеса! Мой господин поедет верхом.

Раз Александр вспомнил о царском достоинстве, значит, он был уже близок к выздоровлению. Солдаты быстро привели вороного жеребца и затем помогли царю взобраться в седло.

Александр с побелевшими губами взялся за поводья. Роксана понимала, какие усилия ему приходится предпринимать, чтобы удержаться на лошади.

— Давай хотя бы поедем шагом! — взмолилась она. — Гефестион получит слишком большое удовольствие, если ты свалишься в грязь на его глазах.

Александр улыбнулся, и колонна двинулась шагом.

На берегу реки стали собираться всадники и пешие воины. Разнесся слух о том, что великий царь победил смерть, и все видели, что это соответствует действительности.

— Александр! Александр! — кричали они.

Он салютовал им, и они приходили в дикий восторг, выражая его веселыми воплями и свистом.

— Держись, мой господин, — прошептала Роксана. — Еще несколько сотен футов, и мы окажемся на борту царской триремы. Тогда ты сможешь спать хоть целую неделю.

Она заморгала, стараясь сдержать слезы. Александр в очередной раз выиграл схватку с всадником смерти, но, сколько это еще могло продолжаться? Впрочем, не важно… Сегодня Александр жив и едет во главе своих сотоварищей.

Александр решил задержаться здесь надолго, чтобы восстановить силы и построить очередной город, названный Александрией. Он разделил вновь завоеванные области Индии на две сатрапии, одной из которых правил македонец, а другой — старый мудрый согдианец Оксиарт. Его корабли были отремонтированы и подготовлены к морскому плаванию. Он также принял решение отправить домой слонов вместе с большинством своих сотоварищей старшего возраста по проторенному пути на Сузы. Корабли под командованием Неарха должны были двигаться вдоль берега, а он собирался вести войско через пустыню.

— Будет лучше, если ты отправишься морем, — сказал Александр Роксане. — Или даже вместе со слонами. Лежащие впереди земли очень скудны припасами.

Роксана взглянула на него, оторвавшись от манускрипта, копированием которого занималась.

— Меня с тобой разлучит только смерть, мой господин. Я не могу оставить тебя одного, поскольку ты настоящий безумец и постоянно нуждаешься в няньке.

Птолемея охватил неудержимый приступ смеха.

— Если это объяснение в любви, то оно самое необычное из всех, что я слышал.

— А ты считаешь, что человек, находящийся в здравом уме, может броситься в одиночку в гущу вражеского войска?

Роксана была очень хороша в тунике цвета морской волны с золотым шитьем. На лбу у нее сверкал золотой обруч с изумрудом в оправе филигранной работы. Камень был размером с большой палец мужчины. Ее глаза и лицо были накрашены на египетский манер, а от вычурной прически слегка пахло ладаном и миррой. Птолемей знал, что Александр только прошлой ночью вернулся в постель своей госпожи, поэтому ничто не могло изменить благодушного настроения царя.

— Ты права, Роксана. Он еще юношей не отличался рассудительностью. Александр, ты помнишь тот налет на старого Гектора…

— Хватит! — Александр отослал жестом цирюльника, подстригавшего его волосы. Тот был глухонемым и не мог ничего разболтать, но эти двое позорили его в присутствии слуг. — Ни к чему сейчас выслушивать рассказы о моих детских шалостях. — Он положил руку на плечо Роксаны. — Нам придется прокладывать дорогу через пустыню. Я только хочу, чтобы ты знала, с чем придется столкнуться.

— Но почему? Ради чего ты должен идти через пустыню? Насколько мне известно, эта местность совершенно непроходима. Там только песок, зной и насекомые…

— Непроходима? Ты ничего не могла придумать лучше, чем сказать мне, что есть невозможное дело? Кир Великий пересек пустыню и остался в живых. Разве я не способен на это? Или я как полководец хуже него? Так вот, говорю тебе, что я это сделаю. — Он улыбнулся. — Кроме того, нам необходимо будет вырыть колодцы вдоль берега, чтобы снабдить флот Неарха свежей водой, а он обеспечит нас провиантом на границе пустыни. Я уже все тщательно обдумал. Я могу пересечь пустыню вместе с армией и сделаю это, а все скептики — просто старые дураки.

— И глупые женщины, мой господин. — Роксана улыбнулась ему, свернувшись на низком ложе. — Если ты говоришь, то совершишь это, никто не посмеет тебя остановить. Однако меня заботит другое. Ты сделал моего отца правителем этого… этого царства. — Она взмахнула рукой. — Большая часть моих людей остается с ним, и это правильно. Ему нужны войска, на которые он может рассчитывать при установлении нового режима правления.

— К чему ты клонишь, госпожа? — спросил Александр. — Не надейся, что я оставлю тебя здесь.

— Речь не о том, — сказала она. — Отец уже не нуждается во мне, поскольку взял в жены Сорайю. Теперь она будет заботиться о нем.

Они вступили в брак всего неделю назад, и, хотя Роксане ужасно не хватало и Сорайи, и отца, она вовсе не желала разрушать их счастье.

— Так чего же ты от меня хочешь? — недоумевал Александр.

— Я бы предпочла, чтобы мои женщины путешествовали на кораблях, но сама я вовсе не моряк. — Она бросила на него лукавый взгляд. — Держи меня рядом с собой, иначе я сбегу в свои родные горы.

Александр покачал головой и сказал, обращаясь к Птолемею:

— Ты слышал — всего две минуты назад она обещала мне быть верной до самой смерти, а теперь угрожает побегом. Да, женский ум воистину непостижим. Что же, отправляйся вместе со мной, если желаешь. — Он тихо засмеялся. — Я здесь всего-навсего великий царь, и мое мнение никого не интересует.

— Благодарю тебя, мой господин. Я знала, что ты не сможешь вынести разлуки со мной.

Птолемей осушил чашу с вином. Что же было такого в принцессе Роксане, что покорило Александра? Она была очень красива, но то же самое можно было сказать и о многих других женщинах. У нее был изощренный ум персидского военачальника, и Птолемей должен был признать, что восхищается Роксаной. Не то чтобы он жаждал обладать ею, но, оставаясь другом, испытывал к ней такие чувства, каких никогда раньше не испытывал по отношению к женщине. Он поставил чашу и прислушался к тому, что она говорила Александру.

— И ты обещал, мой господин, — продолжала она, — что мой отец лишь временно будет править здесь. Он вряд ли будет счастлив, находясь вдали от наших Двух Царств.

— Оксиарт обладает всеми необходимыми качествами, чтобы поддерживать здесь порядок после нашего отъезда. Через год или два я заменю его, и он станет править вашими царствами. — Александр принял кубок, поданный женой, и предложил тост: — За Оксиарта, мужчину среди мужчин!