Валери Шервуд - Песня ночи

Робин не верил ушам.

— Каролина Лайтфут! — воскликнул он.

— Жена капитана Келлза, — продолжала Пенни с улыбкой. — Мне кажется, Каролина имеет какое-то отношение к вашей женитьбе, не так ли, маркиз?

— К женитьбе? Да это хуже, чем тюремное заключение! — взорвался Робин. — По правде говоря, я предпочел бы оказаться в Ньюгейте! Эта ведьма, моя теща, она с ума меня сведет. И Реба с каждым днем становится все больше похожей на мать.

— Так, значит, вы от них сбежали, — подытожила Пенни. — А все остальное — выдумки!

Робин вздохнул.

— Что-то в этом роде, но не совсем так. Его величество однажды сказал, скорее в шутку… Сказал, что если мне удастся подписать с Испанией договор о мире, — имеется в виду Карибское море, — то он будет мне весьма признателен. Но официального поручения мне никто не давал. Я назвался посланником короля лишь для того, чтобы сохранить себе жизнь в этом проклятом городе. Я направлялся на Барбадос!

— Вот эта история больше похожа на правду, — сказала Пенни. — Но ее вы не станете, надеюсь, никому рассказывать. Кроме меня. Иначе вам придется отправиться в Эль-Морро, чтобы составить компанию остальным англичанам. Я бы тоже представилась посланником английского короля, окажись я на вашем месте. Но скажите, вы действительно в фаворе у короля?

— Да, пожалуй. Но чтобы достойно выглядеть при дворе, нужно иметь богатую жену.

— Ну и что, ведь у вас есть богатая жена?

— Вы себе не представляете, что это такое, моя дорогая, — с несчастной миной признался маркиз. — Я едва не свихнулся при своей богатой жене! Стоило мне не угодить жене или теще, как меня тут же стесняли в средствах! Моя жизнь превратилась в ад!

— Каролине было бы приятно об этом узнать, — со смехом сказала Пенни.

— Ах, я понимаю, что дурно обошелся с ней и с Келлзом, — признался Робин. — Но вы должны принять во внимание обстоятельства. Кстати, где Каролина?

— Откуда мне знать? — пожав плечами, сказала Пенни; она решила придержать маркиза при себе на какое-то время. — Каролина была в Порт-Рояле, когда там случилось землетрясение. Келлз, как я слышала, погиб.

— А Каролина?

— Наверное, и она умерла, — солгала Пенни.

От нее не укрылось, что сообщение о гибели Каролины несколько опечалило собеседника. Впрочем, он тотчас же снова оживился.

— И какие у нас шансы выбраться отсюда? — спросил маркиз неожиданно.

Теперь уже Пенни удивилась.

— Я понимаю, почему вы хотите отсюда выбраться, — насмешливо протянула она, — но что заставляет вас думать, что и мне не терпится покинуть Гавану?

— Вы что-то говорили об аукционе, — напомнил Робин.

— Да, но меня не продали. Я стала любовницей весьма важного господина.

— Но свободны ли вы в своих поступках?

— Я могу ходить, куда захочу, — пожав плечами, ответила Пенни.

— И из города вольны уехать? — продолжал допытываться маркиз.

— Вот в этом я не уверена, — криво усмехнулась Пенни.

— В таком случае вам хочется вырваться отсюда! — с улыбкой заявил Робин.

— Вы правы, — со вздохом призналась Пенни. — Я таки хочу покинуть Гавану. Очень.

И Пенни не лгала. Еще вчера все было иначе. Еще вчера она предпочла бы плыть по воле случая. Сегодня же, заглянув в серые глаза маркиза Солтенхэма, она поняла, что хочет вырваться с Кубы.

— Честно говоря, Карибы мне надоели. Но возможность упорхнуть пока не представилась.

— Быть может, мы смогли бы бежать вместе!

Будь Пенни понаивнее, она бы с восторгом приняла это предложение, но жизнь научила ее видеть суть проблемы.

— Чтобы нас вместе и убили? — усмехнулась она. — И вообще, советую вам быть осторожнее. Здесь вы можете доверять только мне. И, хочу подчеркнуть особо, не вздумайте откровенничать с губернаторской дочкой, хотя, поверьте мне, она в вас влюбилась с первого взгляда.

Робину, похоже, польстило это обстоятельство.

— И то, что она влюблена, может обернуться против вас, — предупредила Пенни.

Улыбка сползла с лица маркиза.

Он вздохнул, и взгляд его скользнул по ладной фигуре Руж.

— Тогда мне остается уповать на вашу благосклонность. Чудная ночь, не так ли? Не пора ли нам спать, моя дорогая?

— Робин, ни вы, ни я — мы спать не хотим. Не желаете прогуляться по ночной Гаване?

— Но разве мы…

— Можем, можем. Если, конечно, нам удастся выскользнуть из дома незамеченными. Но сначала я должна переодеться. Видите ли, испанки из высшего общества не ходят в таверны по ночам.

— Я подожду вас здесь, — с восхищением глядя на Пенни, сказал маркиз.

— Нет, так не пойдет. Марина может шпионить, и на всякий случай мы с вами поднимемся наверх, а потом вы пройдете в конец коридора и подождете меня там. Мы выйдем через черный ход.

— Но разве дом не заперт?

— Да, старый Санчо закрыл дверь, но ключ от двери черного хода он вешает на крюк, как раз в конце коридора. Мне не составит труда отпереть замок.

Маркиз сделал, как ему велели. Долго ждать не пришлось — вскоре появилась Пенни. Вместо изящного черного платья она надела платье с низким лифом и красную хлопчатобумажную юбку. Рыжие волосы скрывал желтый тюрбан. Под мышкой она несла шпагу, а в руках — туфли на высоких каблуках.

— Вы так изменились, — пробормотал маркиз.

— Конечно! Я же должна походить на уличную девку! Вчера я купила эти вещи на рынке на тот случай, если захочется побродить по городу ночью. Никто не удивится, увидев, что женщина в таком наряде выходит ночью из таверны. А это, — она указала на шпагу, — придется нести вам, может пригодиться, на улицах темно, знаете ли…

Маркиз на цыпочках прошел следом за Пенни к выходу, мимо каморки, где мирно спала кухарка. Они вышли во двор, а оттуда на улицу.

Пенни знала, куда поведет гостя. Она уже успела отметить для себя все злачные места. Они зашли в небольшую таверну с низким сводчатым потолком и закопченными стенами. Публику развлекали трое музыкантов. Пенни и маркиз сели за столик и заказали вина. Посетители хмелели, музыка становилась все громче. Неожиданно Пенни забралась на стол и, приподняв юбки, принялась отплясывать, срывая аплодисменты зрителей.

Маркиз тоже хлопал в ладоши. Затем, подхватив свою даму, усадил ее к себе на колени. Очень тихо, чтобы никто не услышал, он шепнул ей, что боится, как бы ее у него не выкрали. И заметил, что не стоило так распалять публику.

— Но мы пришли сюда, чтобы сумасбродствовать! — со смехом возразила Пенни.

Весьма довольная своим успехом, Пенни соскользнула с колен своего спутника и послала публике воздушный поцелуй.