Мэри Патни - Розы любви

Итак, прагматики на ее стороне. Клер хотела было спросить Уильямса, каково его личное мнение о ее нравственных устоях — или отсутствии таковых, — однако решила, что лучше ей об этом не знать.

Следующий день после возвращения она начала с осмотра того, что было сделано в доме в ее отсутствие. Рис Уильямс и остальные слуги славно потрудились над столовыми и гостиными: теперь эти комнаты стали чистыми и светлыми, и их больше не загромождала уродливая вычурная мебель. После того как доставят обои, краску и декоративные ткани, которые она заказала в Лондоне, дом очень скоро вновь обретет былую красоту.

Хотя работа шла превосходно, по мере того, как день клонился к вечеру, тревога Клер нарастала. Сегодня собиралась ее группа, и девушка не знала, как ее примут. За ужином Никлас заметил настроение Клер и спросил, в чем дело. Когда она объяснила, он заметил:

— Я бы пошел с вами, но уверен, что это только усугубило бы ваши проблемы. Полагаю, вам даже в голову, не пришло, что можно не явиться на собрание.

Она покачала головой.

— Это было бы трусостью. И даже хуже того — если я не пойду, то может показаться, будто теперь, сведя компанию со знатью, я начала воротить нос от своих прежних друзей. — Ее лицо напряглось. — Если они попросят меня уйти… Что ж, по крайней мере я буду знать, что обо мне здесь думают.

После ужина Клер поднялась к себе и облачилась в одно из своих прежних «долондонских» платьев, которое можно было надеть без посторонней помощи. Члены кружка были ее самыми близкими друзьями, людьми, которые скорее всего поверят в нее. Однако в глубине души Клер чувствовала, что заслуживает их порицания и даже того, чтобы ее выгнали. Хотя с чисто формальной точки зрения она, быть может, все еще оставалась девственницей, но, вне всяких сомнений, виновна в безнравственном поведении. И хуже всего было то, что Клер в этом не раскаивалась. Она была растерянна и несчастна, однако по-настоящему нисколько не сожалела о случившемся.

Клер остановила свою повозку возле дома Моррисов перед самым началом собрания. Когда она вошла, в комнате мгновенно воцарилась тишина, и одиннадцать пар глаз разом уставились на нее. Молчание нарушила Маргед — она подошла к подруге, обняла ее и сказала:

— Клер, как же я рада видеть тебя! Ты сможешь где-то на этих днях пойти со мной в школу? Дети скучают по тебе. — Она улыбнулась. — И еще им ужасно хочется поскорее увидеть пингвинов лорда Эбердэра.

Клер была рада, что лучшая подруга поддержала ее, по это вовсе не значило, что и остальные непременно последуют примеру Маргед. Клер с неуверенной улыбкой оглядела комнату. Несколько членов кружка улыбнулись в ответ, а юный Хью Ллойд даже подмигнул. Остановив взгляд на Эдит Уикс, которая по складу своего характера была, пожалуй, наиболее расположена ее осудить. Клер спросила:

— Меня еще рады здесь видеть или уже нет? Эдит хмыкнула.

— Ты очень неразумно вела себя, дитя мое. Половина людей, живущих в долине, убеждена, что ты шлюха.

— Я не любовница лорда Эбердэра, — ответила Клер, мысленно благодаря Бога за то, что может сказать это с чистой совестью.

— Надеюсь, что нет, — деловито проговорила Эдит. — Но есть в наших краях и такие, которые предпочитают думать о людях плохо, — такие, как миссис Илайес. — Эдит фыркнула. — Когда в Судный день Господь станет отделять овец от козлищ, он найдет на ней мало хорошей шерсти. Она заявила, что теперь, когда ты работаешь в большом доме, ты не снизойдешь до посещения собрания нашего кружка, но я-то знала, что это ерунда.

Чувствуя, что от великого облегчения ей хочется петь, Клер наклонилась и обняла Эдит.

— Да благословит тебя Бог за то, что веришь в меня. Не могу сказать, что мое поведение всегда было безупречно, но я не совершила ничего ужасного. Кстати, как идет учеба в воскресной школе?

Оуэн как староста кружка заметил с мягким укором:

— Дамы, поговорить вы можете потом, а сейчас пора начинать собрание. Давайте споем гимн Господу.

Клер с благодарностью расслабилась, отдавшись знакомому ритуалу, состоящему из пения общей молитвы и обсуждения. Когда подошла ее очередь говорить, она коротко сказала, что в Лондоне было много интересного и много искушений и что она рада вернуться домой.

Когда собрание завершилось, все остались, чтобы попить чаю с пирожными и послушать, как Клер рассказывает о своей поездке в Лондон. Попотчевав их рассказами о Тауэрс, механических монстрах и посещении первой молельни Джона Уэсли, она с сожалением встала.

— Мне пора идти.

Группа начала расходиться, и тут Оуэн вдруг сказал:

— Я провожу тебя в Эбердэр, Клер. Не хочу, чтобы ты так далеко ехала одна.

Клер посмотрела на него с легким удивлением — ведь в долине всегда было очень спокойно и безопасно, однако сразу же согласилась. Пока они ехали обратно в Эбердэр в ее повозке, он объяснил, что его главная цель — переговорить с Никласом. Нет, то что он собирается сказать, не представляет собой ничего важного, но может быть, лорду будет интересно это узнать.

Услышав, как открылась парадная дверь, Никлас вышел из библиотеки в вестибюль, как будто только и ждал возвращения Клер. Увидев Оуэна, он широко улыбнулся н крепко пожал ему руку.

— Какое удачное совпадение! У меня как раз возникло несколько вопросов, на которые я надеюсь найти у тебя ответ.

— У меня тоже имеется несколько вопросов, — сказал Оуэн.

— Мне уйти или остаться? — поинтересовалась Клер.

— Остаться, — ответил Никлас, ведя их обоих в библиотеку. — Оуэн, первая очередь твоя.

— Возможно, все это пустяки, но несколько дней назад я видел здесь неподалеку кое-что странное, — начал Оуэн, усевшись в одно из удобных, обитых кожей кресел.

И он рассказал про хижину, которую вместе с Хью видел в имении Кеньона.

— Интересно… — задумчиво произнес Никлас, когда Оуэн закончил. — У тебя есть какое-нибудь мнение насчет того, что все это может значить?

— Сдается мне, что хижину используют для переработки высококачественной металлической руды, — медленно проговорил Оуэн. — Может быть, содержащей золото, но скорее всего серебро.

— Разве это возможно? — изумленно спросил Никлас. — Я знаю, что время от времени в Уэльсе находят золото и серебро, но всегда понемногу и к тому же не в наших краях.

— Иногда очень чистое серебро находят в виде комков, которые называются проволочным серебром, — объяснил Оуэн. — Как-то раз я видел образчик, найденный неподалеку от долины Эббоу. Удивительная это была штука — не руда, а металл, да такой чистый. Для того чтобы делать из него слитки, достаточно было бы одной очень жаркой печи вроде той, которую я видел в хижине в лесу. Не думаю, что серебро встречается в угольных пластах, но помнишь тот заброшенный штрек, о котором я тебе говорил, что угольный пласт там сходит на нет и затем начинается другая порода? Не исключено, что в этой породе есть и серебро. Никлас сдвинул брови, задумавшись.