Лиз Карлайл - Никогда не влюбляйся в повесу

— С удовольствием, дорогая. — Взгляд Холбурна скользнул по комнате. — Знаешь, девочка, чего я до сих пор не понимаю… — задумчиво пробормотал он, — так это твоей страсти часами сидеть здесь и корпеть…

— Папа! — перебила она, усадив его на стул. — И вовсе не каждый день, а всего лишь дважды в неделю! И потом, уверяю тебя, мне действительно это нравится.

— Нет-нет, дорогая, — Холбурн любовно похлопал дочь по руке, — у меня и в мыслях не было тебя осуждать. Возможно, я и не понимаю, чем именно ты занимаешься, зато я вижу, что тебе это действительно по душе.

— Merci. — Камилла ответила отцу улыбкой, полной любви.

Взгляд Холбурна упал на карту, занимавшую почти всю противоположную стену комнаты.

— Просто в свое время я несколько по-другому представлял ту жизнь, которая тебя ждет, — извиняющимся тоном пробормотал он. — Жизнь, полную неги и роскоши. Конечно, теперь я понимаю, что такая жизнь не для тебя… Но твой музыкальный талант…

— Так я и веду такую жизнь! — рассмеялась Камилла. — Целых пять дней в неделю, честное слово!

— Ты ведь сама не веришь тому, что говоришь, — покачал головой старый граф. — Потому что оставшиеся дни ты проводишь, закопавшись в бумагах и счетах, которыми тебя регулярно заваливают стряпчие твоего покойного деда. В твоем кабинете на Беркли-сквер их целые горы! Не спорь, мое дорогое дитя, я видел их собственными глазами.

— Ну, в этом мне помогает Киран, — возразила она. — В конце концов, какая разница, что выращивать, — хлопок или сахарный тростник? Так ведь? Так что мы с ним учимся вместе.

Взгляд отца вернулся к ее лицу, и лицо старого графа сразу смягчилось.

— У тебя замечательный муж, дорогая, — с улыбкой сказал он. — Если бы мне выпала честь самому подыскивать тебе супруга, я бы и тогда не смог сделать лучшего выбора. Остается только радоваться, что ты прекрасно справилась с этой задачей, причем без моей помощи.

Камилла моргнула, стараясь, чтобы отец не заметил так некстати подступившие к глазам слезы. Ее отец, которого она совсем недавно обрела и которого так сильно полюбила, стал для нее еще одним неожиданным, но оттого не менее драгоценным подарком судьбы. А с того дня, когда на свет появилась Изабелла, с невольной иронией подумала Камилла, она превратилась в настоящую плаксу — и это она-то, привыкшая считать, что давно уже разучилась плакать!

За кофе отец с дочерью беззаботно болтали, обсуждая недавнюю поездку Холбурна в свое загородное поместье. Теперь старый граф большую часть года проводил в столице, даже иногда отваживался показаться в свете — исключительно для того, чтобы лишний раз доставить себе удовольствие появиться там под руку с дочерью. Сплетни, в которых фигурировал Валиньи и его внезапный отъезд, стихли очень скоро, а вместе с ними бесследно исчезла и глубокая печаль старого графа.

Холбурн как раз погрузился в обсуждение игрушечной лошадки-качалки, которую он уже приглядел для любимой внучки Изабеллы, когда, деликатно постучав, явился мистер Бейкли, сгибаясь под тяжестью утренней почты, которую он аккуратно распределил по трем письменным столам.

— Что ж, ладно, вижу, тебе есть чем заняться, Бейкли позаботился об этом, — вставая, улыбнулся Холбурн. — Так что пойду-ка я, пожалуй, к Изабелле. Надеюсь, ее няня позволит мне немного ей почитать?

— Ну что ты, у нее язык не повернется тебе отказать! — усмехнулась Камилла и, встав, поцеловала отца на прощание. Ее дочка, которой на днях исполнилось три месяца, естественно, мало интересовалась книгами, зато глубокий, звучный голос деда знала отлично. — Ты придешь в среду к обеду, как обычно?

Как только Холбурн, подтвердив, что явится непременно, скрылся за дверями детской, Камилла вновь вернулась к столу, намереваясь заняться счетами, однако вскоре ее опять прервали. Не прошло и нескольких минут, как в комнату вихрем ворвался ее муж — в руках у него была плетеная корзинка.

— Апельсины! — объявил он, бережно водрузив корзину на свой письменный стол. — Только что пришвартовалась «Королева Анна» — я набрал тебе самых лучших, вот, полюбуйся!

— Киран, любовь моя! — Выскочив из-за стола, Камилла бросилась мужу на шею и крепко поцеловала его в губы. — Как дела в порту?

— Все, слава Богу, по графику, как и обещала Ксантия. — Киран уставился на серый плащ, висевший на спинке стула. — Холбурн заезжал?

Камилла улыбнулась в ответ.

— Только что вернулся из поместья — сказал, что не мог дождаться, когда увидит Изабеллу.

— Свою маленькую принцессу, да? — спросил Киран, не сводя глаз с лица жены.

Она рассмеялась.

— Да, он действительно относится к ней как к принцессе!

Киран вновь поцеловал ее — нежно, но крепко.

— Думаю, кто-то должен увидеть принцессу в тебе, — задумчиво проговорил он. — Возможно, прямо сегодня.

Камилла прижалась к его груди.

— Я не против, особенно если это будешь ты, любовь моя, — проворковала она. — Только ведь никакая я не принцесса…

К ее удивлению, Киран закрыл ей рот ладонью.

— Конечно, принцесса! — уверенно возразил он. — Уверен, в глубине души ты и сама об этом догадывалась.

Она расхохоталась.

— О чем это ты?

— Помнишь ту сказку, которую ты сама когда-то придумала? О похищенной принцессе?

Она кивнула.

— Детские фантазии. Боюсь, одинокие девочки часто воображают себя принцессами.

Руки мужа легли ей на плечи.

— Но если подумать, эта сказка легко может оказаться правдой, Камилла, — сказал он, заглянув ей в глаза. — Тебя ведь действительно похитил злодей Валиньи. Украл тебя у отца.

— Да, только на самом деле меня спас от злодея не добрый отец-король, а прекрасный темноволосый принц на белом коне. Мой Принц.

— Нет, дорогая, на самом деле это ты спасаешь нас всех. Ты — центр нашего маленького мира, где мы все так счастливы.

Примечания

1

Черута — манильская сигара, сорт сигар с обрезанным концом.

2

Не так ли? (фр.)

3

Благодарю, мой друг (фр.).

4

Да уж, конечно (фр.).

5

В самом деле (фр.).

6

Это верно (фр.).

7

Аллегретто невинным (ит.).

8

Нет, это невозможно! (фр.)

9