Патриция Хэган - Рай в шалаше

Бретт крепко сжал руку Анджелы и шепнул ей на ухо:

– Прошу тебя, не вмешивайся. Я сам справлюсь.

– Прости, – пробормотала девушка, услышав приближающиеся голоса. Как и Бретт, она не хотела задерживаться здесь дольше необходимого.

Приосанившись, Коди выразительно посмотрел караульному в глаза и заявил:

– Или я буду говорить с офицером, или вообще не скажу ни слова.

Подумав немного, караульный наконец решился и повел их куда-то.

Анджела, казалось, чувствовала на себе любопытные взгляды солдат.

– Поговори со мной, – взмолилась она. – Скажи, что происходит?

Бретт стал описывать ей лагерь – целое море палаток. Вокруг них сидели военные: одни чистили ружья, другие приводили в порядок одежду. Лошади жевали сено.

Рядом с санитарной палаткой лежал умерший. Бретт не стал рассказывать девушке о том, что видит целую гору ампутированных конечностей, ожидающих захоронения. Похоже, гангрена не щадила раненных в битве при Коринфе.

Наконец они добрались до командного поста. Это тоже была палатка, отличавшаяся от других большими размерами. Над ней реял огромный флаг конфедератов. У командного поста дежурили двое солдат, которые преградили путь пришедшим ружьями. Караульный нерешительно передал им слова Анджелы, и те обменялись скептическими взглядами. Бретт уже начал терять самообладание, как вдруг полог палатки поднялся.

Из нее вышел генерал Джон Пембертон: двойной ряд медных пуговиц сверкал на его сером мундире, на плечах красовались огромные эполеты.

– В чем дело? – раздраженно спросил он. – Что здесь происходит? Что эти штатские делают в моем лагере? Почему вы не в форме? – рявкнул он, обращаясь к Бретту.

Повторив выдумку о слепой жене и о том, что откупился от службы в армии, Бретт приступил к делу:

– Мы можем поговорить наедине? У нас есть для вас важное сообщение.

– Нет, – отрезал генерал. – Поговорите с одним из моих офицеров. Я занят. Сержант Креншоу! – позвал он, щелкнув пальцами.

Бретт увидел, как из толпы военных выступил человечек с огромным брюхом.

Генерал небрежно махнул рукой в сторону Бретта и Анджелы.

– Отведите их куда-нибудь и узнайте, чего они хотят. – Затем, повернувшись к караульному, который привел их, генерал процедил сквозь зубы: – И не вздумайте больше приводить сюда штатских, ясно? – С этими словами он исчез в палатке.

Креншоу кивнул Бретту, приглашая его последовать в соседнюю со штабной палатку. Когда они сели, он лениво спросил:

– Ну, что там у вас?

– Ваш генерал груб, – не удержавшись, выпалила Анджела. – К тому же, – добавила она сокрушенно, – у него северный акцент.

Не обращая внимания на нахмурившегося сержанта, Бретт объяснил ей:

– Дело в том, что генерал с севера, он янки по рождению. Этим и объясняется его акцент. Я слышал, что он из Пенсильвании, а жена его южанка. Кажется, из Виргинии. Пембертон – выходец из Вест-Пойнта, но поддерживает Конфедерацию. Вот почему… – Коди выразительно посмотрел на сержанта. – …многие не доверяют ему. Признаться, я и сам не очень-то доверяю ему теперь, ведь он отказался выслушать нас.

– Он занятой человек, – заметил Креншоу. – И я тоже. Так что, если у вас есть что сказать, говорите. – Сержант нетерпеливо заерзал.

Бретт поведал ему о событиях прошлой ночи.

Креншоу внимательно выслушал его, причем интерес его возрастал с каждым словом Бретта. В то же время он не до конца доверял этому оборванцу.

– Так вы говорите, что остановились в пустом особняке? – переспросил он. – А что вы там делали?

– Мы искали убежище, – пояснил Бретт. – Нам некуда было пойти, потому что мы лишились дома. – Он с горечью подумал о том, что это было чистой правдой.

– Что ж, посмотрим… – Откинувшись назад, сержант Креншоу уставился в потолок палатки. – Мы слышали, что генерал Грант направляется в Ла-Грандж. Этот проклятый тип сел на поезд в Холли-Спрингз. Да, – продолжал он, разговаривая вслух с самим собой, – Грант вполне мог послать сюда кого-нибудь, чтобы выяснить, в каком состоянии наши войска, и… Черт возьми… – Резко повернувшись к Анджеле с Бреттом, он заорал: – А что может быть лучше, чем подослать сюда парочку штатских, которые выведают, какова численность нашей армии? Шпионы янки!

Бретт испугался, что сержант вот-вот позовет караульных и упрячет их в тюрьму.

– Секундочку, сержант, – торопливо заговорил он, – вы все перепутали.

Настала очередь Креншоу почувствовать себя неуютно. Так или иначе, перед ним сидел человек, который мог быть весьма опасен.

– Послушайте… – заговорил толстяк, приподнимаясь со стула.

– Нет, это вы послушайте, – перебил его Коди, наклоняясь к сержанту. Глаза его загорелись, на щеках вздулись желваки.

У Анджелы перехватило дыхание – она испугалась, что может произойти нечто ужасное. Может, Бретт был прав, и им не стоило приходить сюда?

– Так вот, – продолжал Коди, – мы здесь, чтобы оказать конфедератам услугу и сообщить, что в разграбленном особняке янки хотят устроить место встречи разведчиков. И если вас это не интересует, то мне и подавно наплевать, черт побери!

Креншоу с трудом сглотнул. Возможно, подумал он, этот человек говорит правду. Сержант взял перо и бумагу.

– Ну хорошо. Скажите точно, где этот особняк?

– Да пошел ты! – Вскочив так резко, что табуретка, на которой он сидел, перевернулась, Бретт схватил Анджелу за руку и потащил из палатки.

– Погодите! – всполошился сержант, бросившись вслед за ними. – Мы могли бы поехать туда и осмотреть все. Мы можем даже оставить там засаду, и если они вернутся, то…

– …мы спугнем их, так?! – перебил его Коди. Он не верил своим ушам.

– Дело в том, что я сомневаюсь…

– Да ладно, – бросил Бретт. – Если мы еще раз их увидим, то непременно сообщим вам, – солгал он. Больше всего ему захотелось поскорее убраться из лагеря и вообще из Виксбурга.

Ночью он стал уговаривать Анджелу уехать.

– Но куда мы направимся? – спросила она.

– Это не важно, – пожал плечами Бретт. – Просто мне кажется, что здесь тебе находиться небезопасно.

– Мы нигде не сможем чувствовать себя в безопасности, – заспорила девушка. – Дело в том, что ты настоящий дезертир, который не смог выполнить задание своего командования и не доставил меня к конфедератам. Зато сейчас у нас появился шанс хоть чем-то помочь Югу.

– Хотел бы я знать чем, – усмехнулся Бретт. – Ты же слышала, как они с нами разговаривали. Все, чего хотел этот толстый сержант, так это схватить нескольких янки, чтобы выслужиться перед генералом Пембертоном. Он даже не подумал о том, что за ними можно было бы следить и… – Он поймал себя на том, что почти кричит от негодования. Господи, он же был офицером федеральной армии! Что приключилось с ним?