Карен Монинг - Поцелуй горца

-О, дорогая, что это? Ты смотришь на меня так, словно у тебя есть собственные проблемы, – забеспокоилась она.

Гвен заложила за ухо челку и отвела взгляд. – Да ничего, – торопливо сказала она.

-Не пытайся оттолкнуть меня, – упрекнула она. – Берти сказал бы тебе, что в этом нет смысла. Я могу помочь разобраться. Не только моя проблема с Берти заставила тебя плакать.

-Да нет, – запротестовала она. – У вас и так много проблем…

-Да забудь ты хоть на минутку о моих проблемах, если можешь, – нажала Беатрис. – Разделенное горе, не большое горе. Что случилось с тобой сегодня? Ты нашла своего … сладкого соблазнителя? – Голубые глаза Беатрис немного сверкнули, и Гвен задивилась, что пожилая женщина все еще искрится в такие моменты.

Она нашла своего сладкого соблазнителя? Она боролась с бьющим ключом практически истерическим смехом. Как она скажет Беатрисе, что она прожила практически месяц за один день? Или, по крайней мере, она думала, что прожила.

Было так странно, спускаться с предгорья, что бы обнаружить, что не пришло никакого времени. Она начала боятся за свое здравомыслие.

Все же Беатрис была права: разделенное горе, не большое горе. Она хотела поговорить о нем. Ей нужно было поговорить о нем. Но как она могла доверить ей свою боль… если…

-Действительно ничего не случилось, – слабо солгала она. – А что если я вам расскажу взамен сказку, что бы отвлечь вас от происходящего?

-Сказку? – брови Беатрис исчезли под ее серебристыми локонами.

-Да, Я подумывала попытать свои силы в писательстве, – сказала Гвен, – и я обдумывала сказку, но меня поставило в тупик окончание.

Глаза Беатрис глубокомысленно сузились. – Сказку говоришь. Да, я бы с удовольствием послушала ее, и может ты и я сообразим как она должна заканчиваться.

Гвен глубоко вздохнула и начала: Хорошо. Героиня – девушка, которая пошла на прогулку в горы Шотландии, и нашла зачарованного Горца, который спал в пещере над озером Лох Несс… довольно необычно, да?

*****

Час спустя Гвен наблюдала, как Беатрис открыла и закрывала рот несколько раз, потом снова закрывала. Она нервно теребила свои локоны, вертела шляпу в руках, потом разглядила свой розовый свитер.

-В начале я думала, что ты собираешься рассказать мне, что с тобой случилось сегодня, что ты не хотела честно признаваться. Беатрис покачала головой. – Но, Гвен, я пониятия не имела, что у тебя такое воображение. Ты действительно отвлекла меня от проблем на какое-то время. Ценное качество, – воскликнула она, помахивая пластиковым контейнером, – достаточно долго, что бы я поела, когда я была уверенна, что не смогу заставить и откусить кусочек. Дорогуша, ты обязана закончить свою сказку. Ты не можешь просто оставить героя и героиню в подвешенном состоянии, как сейчас. Я не могу понять этого. Расскажи мне конец.

-А что если у нее нет конца, Беа? Что если это все? Что если ее выбросила назад в ее время, а он умер и это и есть конец? – оцепенело сказала она.

-Ты не можешь написать такую сказку. Найди способ провести его через камни.

-Он не может, – не выразительно сказала она. – Никогда. Даже если она жив…

-Клятвы становятся сбором чепухи, когда на ставке любовь, – настаивала Гвен. – Нарушь правила. Просто перепиши это правило.

-Не могу. Это часть сказки. Он станет темным Друидом, если сделает это. И Гвен поняла, сильнее чем когда-либо, будет лучше если он никогда этого не сделает. – Никто из его клана никогда не нарушал клятву. Они не должны! И по правде, я боюсь, что думала бы о нем хуже, если бы он это сделал.

Беатриса выгнула бровь. – Ты? Ты бы думала о нем хуже?

Гвен застенчиво кивнула, – Я имела в виду, моя героиня из сказки. Она могла бы подумать о нем хуже. Он был идеален таким, каким он был. Он человек чести, который знает свои обязанности, и это была одна из черт, за которые она полюбила его. Если он нарушит клятвы и использует камни по личным причинам, он бы развратил силу в нутрии себя. Нигде не говорится, каким злом он мог бы стать. Нет. Если он выжил – относительно чего я очень сомневаюсь – он никогда не пройдет сквозь камни ради нее.

-Ты рассказчик. Не позволь ему умереть, – запротестовала Беатрис. – Исправь эту сказку, Гвен, – твердо сказала она. – Как отважилась ты рассказать мне такую грустную сказку?

Гвен спокойно встретила ее взгляд. – Что если это не просто сказка? – мягко сказала она.

Беатрис изучала ее мгновение, потом пристально посмотрела в окно внутрь сумрака. Ее взгляд прошел с лева на право, над протянувшимся озером Лох Несс. Потом она слабо улыбнулась. – В этих холмах есть магия. Я чувствую ее с того момента, как мы приехали сюда. Словно естественные законы вселенной совершенно не имеют никакого отношения к этой стране. – она замолчала и посмотрела на Гвен. – Когда моему Берти станет лучше, я наверно просто заберу его в горы, под непосредственным наблюдением врача, конечно. Мы арендуем маленький коттедж доживать свой век. Может немного магии просочится в его старые кости.

Гвен грустно улыбнулась. – Говоря о Берти, Я пойду с вами в больницу. Посмотрим, что может нам сказать доктор. И если вам надо будет по плакать, я поговорю с ним сама. Хотя Беатрис протестующее взмахнула, Гвен не пропустила облегчение и признательность в ее глазах.

Гвен тоже стало легче, потому что она подозревала, что могла не перенести одиночества в течении некоторого времени.

Гвен провела остаток выходных в деревне у глубокого зеркального озера вместе с Беатрис, ни разу не подняв взгляд на горы, ни разу не осмеливашись посмотреть дальше деревни, ни разу не позволив себе даже подумать, можно ли сходить и посмотреть стоит ли все еще Замок Кельтар.

Она все еще кровоточила, боль была слишком свежей. Пока Беатрис навещала Берти в больнице, Гвен съеживалась под одеялами, чувствую лихорадочную боль. Перспектива, возвратится домой к ее пустой маленькой квартирке в Сата Фе, была больше чем она перенести думать.

Когда Беатрис возвратилась вечером, истощенная своими тревогами, они утешили друг друга, заставили поесть чего-нибудь здорового, и вышли на медленную прогулку около огромного серебристо-зеркального озера и понаблюдать, как закат окрашивает серебристую поверхность темно-красным и светло лиловый цвета.

И под диком небом Шотландии, Гвен и Беатрис сблизились как мать и дочь. Они больше чем один раз затронули ее - сказку . Беатрис убеждала Гвен закончить ее, обернуть ее в исторический роман и отправить в издательство.

Гвен возражала. Он никогда не будет опубликован. Слишком оригинальный.

Это не правильно, спорила Беатрис. Я прочитала этим летом роман о вампире, который я обожаю. Вампир, из всего многообразия! Миру надо больше камней любви. Что ты думаешь, я читала, когда сидела в больнице, выжидая, сможет ли мой Берти когда-нибудь снова говорить? Не какой-то роман ужасов…