Джейн Фэйзер - Алмазный башмачок

— Четырнадцать, синьор.

Она почти одного возраста с супругой наследника, отметил про себя Кристиан. Но Клотильда выглядит намного моложе и невиннее…

В аванзале, примыкающем к музыкальному салону, послышался шум. Кристиан встал, приветствуя супругу наследника престола, вошедшую в комнату под руку с мужем в окружении небольшого числа приближенных. Он сделал общий поклон, Клотильда присела в реверансе, супруга наследника ответила наклоном головы, а

потом опустилась в кресло, стоявшее в центре первого ряда.

Корделия, в платье оранжевого шелка, с эффектным топазовым ожерельем, под руку с мужем вошла вслед за ними, позади них робко шли две маленькие девочки с глазенками, горевшими восторгом при виде окружающей их красоты.

Тойнет поманила к себе Корделию, позвав ее высоким, звонким голосом:

— Будь добра, сядь рядом со мной, Корделия. И дети пусть тоже сядут.

Корделия взглянула на мужа. С лица его еще не сошел землистый оттенок, на лбу выступила испарина от слабости, но взгляд бесцветных глаз был так же холоден, как и всегда.

— С вашего позволения, милорд, — вежливо произнесла она, вставая, чтобы подвести Амелию И Сильвию к подруге.

Михаэль устроился двумя рядами кресел дальше королевской четы. Прямо перед его глазами маячил затылок жены — темная масса локонов, венчающих изящную белоснежную шею. Бросив пристальный взгляд на музыканта, он узнал в нем того самого молодого человека, которого Корделия представила ему как друга детства. Губы его презрительно скривились. Необходимо в ближайшие дни удалить Корделию из Версаля, но он чувствовал себя чертовски слабым, чтобы продумать во всех деталях соответствующий план. Но, вне зависимости от состояния, он не спустит с нее глаз. Сложив на груди руки, князь угрюмо уставился прямо перед собой.

Спустя несколько минут в музыкальный салон вошел Лео.

Остановившись на пороге, он оглядел присутствующих. Отметив, что Корделия сидит рядом с супругой наследника, а не с Михаэлем, он невольно испытал некоторое облегчение, хотя и знал, что, находясь в обществе, Корделия могла не бояться своего мужа.

— Я решила, что тебе будет приятно сесть отдельно от твоего супруга, — вполголоса сказала ей Тойнет.

— Подзови синьора Перкоцци, — тоже шепотом ответила ей Корделия. — Я хочу кое-что сообщить ему, но муж запретил мне с ним разговаривать.

Тойнет повиновалась без малейшего колебания. Она прекрасно знала, что Кристиан и Корделия были друзьями еще по Шенбрунну.

Кристиан приблизился и склонился перед ними в поклоне.

— Ваше высочество, вы оказываете мне слишком большую честь.

— Отнюдь, — с улыбкой ответила Тойнет. — Мы всегда рады поддержать нашего друга прошлых дней. — Она повернулась к своему мужу:

— Ваше высочество, я хотела бы представить вам Кристиана Перкоцци. Он был самым выдающимся протеже моей матушки.

Кристиан покраснел от удовольствия. Наследник престола приветствовал его кратким кивком головы и движением губ, которое лишь при большом желании можно было истолковать как улыбку. Кристиан повернулся и склонился перед Корделией.

Она улыбнулась ему и, прикрываясь веером, протянула руку. Целуя ее, Кристиан почувствовал в ладони сложенную бумажку и со всеми предосторожностями опытного конспиратора спрятал записку между пальцами, чтобы потом опустить в карман. Затем он вернулся к клавикордам.

Зрители, рассаживающиеся в креслах, напомнили ему стайку ярких птиц, облепившую куст. В почтительных выражениях Кристиан приветствовал их и представил балерину.

Тепло улыбнувшись, он заставил смущенную девушку выйти вперед, чтобы она продемонстрировала изящный реверанс.

— Клотильда несколько смущается, мадам и месье, — произнес он. — Но я уверен, что вы по достоинству оцените ее искусство.

Он заиграл, и мелодия сразу же захватила его. Он играл только для девушки, которая танцевала под исполняемую им музыку. Звуки зачарованно лились из-под пальцев, да и он сам растворялся в колдовской мелодии. Первый раз в жизни он играл не просто для себя или Корделии, которая многократно слышала, как он разучивал и сам создавал мелодии.

Сейчас мелодия сама собой возникала на кончиках его пальцев, отражалась в его сияющих глазах, и слушатели завороженно внимали ей, а танцовщица, казалось, взлетала в воздух вместе с каждой нотой, рожденной им к жизни.

На какое-то время Корделия смогла забыть даже про Михаэля, не спускавшего взгляда с ее затылка. И только когда пальцы Кристиана окончательно затихли на клавишах, к ней вернулось ощущение опасности. Она чувствовала, что Михаэль в очередной раз задумал что-то недоброе против нее. Но все, что она могла сделать в данный момент, — это сохранять спокойствие. Сейчас еще не время бежать. Хотя она кое-что уже придумала, но каждая деталь этой операции должна быть тщательно отработана, чтобы им не пришлось испытать на себе весь ужас нового пленения.

Внезапно она кожей ощутила, что Михаэль приблизился к ней, и напряглась, инстинктивно положив руки на плечи девочек, которые по-прежнему сидели у ее ног.

— Думаю, представление понравилось вам, мадам, — с холодным равнодушием в голосе произнес Михаэль.

— Да, весьма, — кротко ответила она, поднимаясь с кресла.

— Их высочества дочери короля выразили желание познакомиться с моими детьми, — сообщил ей князь. — Вам следует проводить девочек и представить их.

Втянув понюшку табаку, он бесстрастно взглянул на дочерей, которые при его приближении поспешно встали и теперь смотрели на него, держась за руки.

— Как бы я ни был настроен против присутствия детей в обществе взрослых, полагаю, что королевская воля должна быть исполнена.

Корделия присела в несколько ироничном реверансе, взяла детей за руки и направилась с ними в ту часть салона, где мадам де Франс и незамужние дочери короля стояли перед окном, потягивая шампанское и заедая его маленькими кусочками вкуснейшего торта с подноса, который держал в руках неподвижный слуга. Когда Корделия с детьми подошла ближе, они одновременно повернулись к ней.

— Какие милые! — произнесла принцесса Аделаида. — Просто две совершенно одинаковые куколки. Попробуйте засахаренный миндаль, крошки.

Она взяла из вазы два орешка и положила их прямо в детские ротики. Сильвия и Амелия удивленно взглянули на нее, но благодарно кивнули головами.

— Боже мой, но как же их различают? — воскликнула принцесса Софи, в изумлении всплескивая руками.

— С большим трудом, — ответил на вопрос с легкой улыбкой Лео и повернулся к Корделии.

— Супруга наследника желает говорить с вами, княгиня.

Позвольте мне проводить вас.