Ширл Хенке - Возвращение в рай

Рудольфе пожал плечами.

— Если индеец взбунтуется, его разрешено продать в рабство. Слову испанца верят больше.

— Мне не нравится, что дон Эстебан разговаривает с Кристобальдом. Мальчик еще так неопытен и впечатлителен, — сказала Мириам, кусая губы.

Рудольфе помрачнел.

— Если этот негодяй обидит его…

— Пойду-ка я выясню, в чем там дело, — решительно сказала Мириам.

— Осторожно, Мириам, — сказал Рудольфе, поклонившись и выводя ее из круга танцующих. — Эльзоро очень хитер.

Мириам направилась к Эльзоро и Кристобальду, прикрываясь пальмами, расставленными в кадках по всему залу.

— Тогда решено. Увидимся утром, Кристобальд.

— Что решено? Этот молодой человек, кажется, забыл, что отец не позволяет ему покидать форт без разрешения, — вмешалась в разговор Мириам, одаривая Эльзоро своей самой очаровательной улыбкой.

— А, донна Мириам! Я только пригласил нашего юного друга посмотреть недавно родившегося жеребенка. На прошлой неделе я получил из Испании несколько породистых кобыл и одного чудного жеребца.

— Странно, что корабль с таким ценным грузом не подвергся нападению пиратов, — сказал Аарон, внезапно появляясь из-за колонны. Он внимательно наблюдал за реакцией Эльзоро на свои слова. Тот изобразил крайнее сочувствие и заинтересованность.

— Да, Аарон, мне очень повезло, что я получил этот груз нетронутым, хотя мне кажется, что штормы сейчас более опасны, чем пираты. Я пригласил твоего сына посмотреть на новорожденных жеребят.

— Можно мне поехать, папа? Я всегда хотел иметь жеребца, такого же черного и быстрого, как Пелигро. Дон Эстебан пригласил меня приехать к нему завтра утром. — Зеленые, как у матери, глаза мальчика были чисты и невинны. Он так был рад приглашению, что потерял всякую рассудительность.

Аарон колебался. Тогда Мириам пришла ему на помощь.

— Думаю, осмотр лошадей не займет слишком много времени. Я тоже не отказалась бы прогуляться, — она выжидающе посмотрела на Эльзоро.

— Конечно, донна Мириам. Я с удовольствием приглашаю и вас. Аарон, может, и ты окажешь мне честь и присоединишься к нам?

— Спасибо, Эстебан, но я вынужден отказаться. Думаю, что это замечательная идея, но в нынешнее тревожное время нам надо быть очень осторожными, разве не так? Наверное, будет лучше отложить визит.

— Ну что ж, как скажешь, Аарон. — «Он все знает. Надо действовать незамедлительно».

— Не понимаю, почему мы не можем съездить к дону Эстебану? — Самолюбие Кристобальда было задето. — Неужели ты думаешь, что в случае чего я не смогу защитить Мириам?

— Уверен, что для Мириам не найти лучшего защитника, чем ты, Кристобальд. Но не сейчас. Лучше пригласи ее на танец.

Мириам подала Кристобальду руку и, одарив всех обворожительной улыбкой, повела в круг танцующих.

С противоположного конца зала отец Бартоломео наблюдал за беседой Эльзоро и Торресов. Если подозрения Риго верны, то Мириам сейчас избавила Кристобальда от смертельной опасности. Мило улыбаясь, Бартоломео подошел к плантатору, который стоял в одиночестве и нервно теребил бороду.

— Дон Эстебан, наконец-то я вас нашел! Плантатор вежливо поклонился, проклиная про себя появившегося так некстати священника.

— Отец Бартоломео, давненько мы с вам не виделись.

— Я очень рад, что крещение Диего позволило мне покинуть на некоторое время стены монастыря и навестить гостеприимный дом Торресов.

— А заодно и своих подопечных индейцев? — Эльзоро не мог сдержать злорадства, хотя ему прекрасно было известно, что отец Бартоломео является официальным опекуном индейцев.

Лас Кассас рассмеялся.

— И это тоже. Но я хотел бы поговорить с вами о другом, дон Эстебан. Ваше поместье лежит как раз на пути отсюда в Санто-Доминго. Вы не будете против, если я остановлюсь у вас на ночь?

— Я почту за честь принять вас, отец Бартоломео. Но хочу вас предупредить: я держу рабов, а они не такие покладистые, как тайно. Так что вы должны мне пообещать, что будете держаться от них подальше, чтобы они не сделали вам ничего плохого. — «Глупец, неужели ты думал, что я позволю тебе волновать моих рабов?»

Понимающе кивнув, Лас Кассас улыбнулся и ответил:

— Уверяю вас, дон Эстебан, я не собираюсь критиковать вас за то, как вы обращаетесь с рабами. — «Но зато я увижу, что происходит в вашем доме».

Риго внимательно наблюдал за беседой Бартоломео и Рейнарда — Эстебана. «Скоро твоим злодеяниям придет конец, коварная лисица». Но тут же он забыл об Эстебане, увидя жену. «Сегодня!» Он ринулся через весь зал к Мириам, как только закончился танец. Чуть было не оттолкнув Кристобальда, он взял ее за руку.

— Не слишком ли ты бесцеремонен со своим братом, мой господин? — спросила Мириам с довольной улыбкой.

— Пойдем, отдохнем немного от танцев и от толпы. Я хочу, чтобы ты побыла немного со мной.

В тени огромного дуба Риго обнял Мириам.

— В сравнении с твоими глазами луна всего лишь никчемный фонарь.

— А по-моему, в моих серых глазах нет ничего особенного.

Он положил рук на ее грудь, чувствуя, как сосок твердеет под его пальцами.

Мириам обвила руками шею Риго, откинула назад голову и отдалась его восхитительным теплым и нежным губам. Его рот и язык проложили огненную дорожку от подбородка до ложбинки между грудями. Осторожно он спустил с ее плеч платье, и она вспомнила другую ночь, полную разрушительной страсти, в залитом лунным саду в Марселе. Когда он обнажил ее сосок и прикоснулся к нему губами, где-то рядом закричала ночная птица, Риго чувствовал как Мириам дрожит. Она тихо произнесла его имя, и он ощутил прилив невероятного желания и любви.

Когда они уже почти не помнили себя от страсти и не замечали ничего вокруг, рядом раздался знакомый голос:

— Веро, ради Бога, стой! — Из-за дуба вышел человек, преследующий волка. Он остановился, увидев Мириам и Риго.

— Кажется, я всегда мешаю вам, — натянуто улыбнувшись, сказал Бенджамин.

Глава 27

Риго встал, закрывая Мириам своим телом.

— У тебя не очень безобидное домашнее животное.

— Веро не сделает вам ничего плохого, — ответил Бенджамин.

Риго еще раз с опаской посмотрел на волка. Тот спокойно сидел рядом с Бенджамином, разглядывая новых знакомых внимательными глазами.

— Я рад, что ты вернулся домой, Бенджамин. Отец и Магдалена будут рады тебя видеть.

Риго вдруг подумал, что его брат очень изменился. Из открытого и доверчивого человека он превратился в сурового и замкнутого мужчину. «Это я виноват в этом».

Лицо Бенджамина по-прежнему не выражало никаких эмоций.

— Я тоже рад, что вернулся в Эспаньолу. Но я не собираюсь жить в одном доме со своей семьей. Кстати, где отец? Я хотел бы поговорить с ним обо всем.