Лавирль Спенсер - Прощение

Нет, это был далеко не полет. Это тяжелый путь через трясину запретов и разрешений, робости и смелости, замкнутости и открытости, много лет назад заложенных в ее душу отцом, добрым христианином. Он водил ее в церковь каждое воскресенье и так уважал церковные установления, что соблюдал до самой смерти клятву верности, данную при своем бракосочетании, несмотря на побег жены из его дома.

Саре так хотелось, чтобы отец оказался сейчас рядом с ней. Как хорошо было бы сидеть с ним в одной комнате, поделиться своими мыслями и чувствами. Вместо этого она пошла к себе в комнату и стала писать письмо миссис Смит.

«Дедвуд, Дакота Рождество, 1876 г. Дорогая миссис Смит,

Пришел святой праздник и излил свое благословение на Дедвудское ущелье».

Она стала описывать праздник и далее продолжала:

«Интересно самой непосредственно участвовать в развитии Дедвуда. „Кроникл“ не просто пользуется успехом, она процветает. Сейчас в газете до шести полос, и их нетрудно заполнять свежими сообщениями. Теперь к нам наконец пришел телеграф. Когда мистер Хейс и мистер Уилер будут присягать на должность в следующем месяце, я буду сообщать об их инаугурационных речах тогда же, когда все люди нашей страны будут читать их. Представляете?!

У Адди все хорошо. Я вижусь с ней ежедневно, хотя мы не живем вместе. Я все еще проживаю в пансионе миссис Раундтри, хотя понимаю, что пора уже купить собственный дом, так как я знаю, что останусь в Дедвуде надолго».

Откуда она взяла это? Она не помнит, чтобы принимала подобное решение, но если уж она так написала, то, перечитав написанное, нашла такую идею замечательной. Собственный дом с обстановкой по своему вкусу, а не только общий зал, в котором ты находишься среди множества людей, или своя маленькая комнатка. Она остановилась и помечтала. Настроение ее улучшилось, и она продолжала:

«Боюсь, что должна заканчивать письмо. Дело в том что меня пригласили к себе друзья — семейство Докинсов — на рождественский обед.

Дорогая миссис Смит, надеюсь, вы здоровы и бодры. Я часто вспоминаю о вас с самыми теплыми чувствами. Пожалуйста, напишите мне поскорее, чтобы мы знали, что вы счастливы и у вас все в порядке, что вы такая же, какой мы вас помним.

Любящая вас Сара».

Перечитав письмо, Сара нашла, что описание рождественской программы годится для публикации с небольшими поправками и дополнениями. Она сделала их, переписала для Патрика и стала считывать окончательный вариант, когда в дверь постучали. Она открыла и увидела миссис Раундтри. Она выглядела так, будто все ее мышцы сжались в судороге.

— К вам гости, они внизу.

— Гости? — Сара удивилась.

— Я бы предпочла, чтобы они больше сюда не приходили, — проговорила хозяйка с кислой миной. — Вы могли бы сами это им заявить. Не ему, нет, — ей. Имейте в виду, у меня вполне уважаемое заведение.

— Да кто там, миссис Раундтри?

— Мистер Бейсинджер и одна из этих, из тех мест, судя по ее виду. Вошла в мой дом, не моргнув глазом. Что подумают живущие у меня мужчины?!

Сердце Сары затрепетало.

— Скажите им, я сейчас же сойду.

— Я не разговариваю с подобными особами, избавьте меня. А если вы хотите иметь с ними дело, есть другие места, кроме моего дома.

— Очень хорошо! — резко бросила Сара, возмущенная ее поведением. — Я так и сделаю. Благодарю вас за вашу доброту, миссис Раундтри, в особенности в этот праздник любви и всепрощения.

Миссис Раундтри отшатнулась, еще больше раздражаясь от сознания собственной правоты. Сара схватила пальто и шляпу и поспешила вниз. Возбуждение ее росло.

Роберт и Адди стояли в зале у двери, по обеим сторонам таращили на них глаза мужчины с лицами цвета ошпаренной свинины. Роберт выглядел удивительно непринужденным, слегка поддерживая Адди за локоть. Адди же, как будто окаменев, устремила свой взор на спускавшуюся по лестнице Сару.

Сара подошла к ней, протягивая руки и широко улыбаясь.

— Адди, дорогая, с Рождеством тебя! — Она сжала руки Адди и добавила: — Пошли, — хотя и не знала куда. На улице светило солнце. Сара крепко обняла сестру.

— О-о-о, Адди, ты пришла наконец! Теперь я вполне счастлива. — Потом она повернулась к Роберту, многолетнему другу, и тоже обняла его. — Роберт, это ты привел ее. Я всегда любила тебя, и теперь я знаю, почему. Спасибо, спасибо тебе от всего сердца!

— Я думал, что вам, сестрам, нужно быть вместе в этот праздник.

— Конечно. И вместе с тобой наша компания полностью укомплектована.

Адди сказала:

— Твоей хозяйке не понравилось, что я вошла в ее дом.

— У моей хозяйки сидит червяк в заднице, прошу прощения за грубость. В особенности сегодня. Ее высокомерие раздражает меня до бесконечности.

— Сара! — воскликнула Адди с удивлением. Роберт громко рассмеялся. А Адди продолжала:

— Никогда не слышала, чтобы ты так выражалась.

— Не слышала?! — Сара, натягивая перчатки, шла впереди вниз по дорожке. — Я ведь жуткая смутьянка. Приходится быть такой, когда занимаешься газетой, если она хоть чего-нибудь стоит. Что вы собираетесь делать сегодня?

— Ничего. Мы просто пришли повидать тебя, — ответил Роберт, замыкающий шествие.

— Прекрасно. Могу предложить вам по чашечке кофе в редакции нашей газеты.

— Отлично, — согласился он.

Сара почувствовала, что Роберт уговорил Адди уйти от Розы, но та сдалась неохотно. Между Сарой и Робертом установилось хорошее взаимопонимание; они вырвут Адди оттуда. У подножия длинной лестницы они взяли Адди под руки и пошли рядом.

— Адди переночевала в моей гостинице.

— Правда? — Сара в изумлении остановилась. — Значит, ты совсем ушла от Розы?

Адди и Роберт ответили одновременно.

— Не знаю.

— Да.

Когда они опять двинулись, заговорил Роберт.

— Я сказал ей, что не хочу, чтобы она туда возвращалась. Думаю, она бы хотела, чтобы мы что-нибудь придумали.

Вмешалась Адди:

— А я ответила Роберту, что он не представляет себе, как ужасно видеть людей, переходящих на другую сторону, когда ты к ним приближаешься. Кроме того, я ничего не знаю и не умею. Что я буду делать?

— Ты будешь жить со мной, — заявила Сара.

— У миссис Раундтри? Не говори глупостей. Ты видела, как она вела себя сегодня.

— Не у миссис Раундтри. Мы найдем другое место. Как раз сегодня утром я думала, что пора мне обзавестись собственным жильем. Я даже написала об этом миссис Смит.

А Роберт добавил:

— Я буду доплачивать тебе за штопку моих носков. Ты хорошо штопаешь носки, Адди?

— Никогда в жизни не заштопала ни одного носка, и ты знаешь это, — улыбнулась Адди.

— Да, это правда. Подобные вещи делала миссис Смит, верно? Ты хорошо готовишь? Я буду тебе щедро платить за домашнюю пищу.