Джо Гудмэн - Муки обольщения

— Похоже, ты очень занята, — ринулся к матери Ной, появившись из-за угла дома. Запрыгнув на веранду, он буквально выхватил Гедеона из ее рук. Малыш радостно лепетал. — Толстый, как поросенок. Ты его успела откормить. — Ной взглянул па мать. — Что-нибудь скажешь нам? Такое впечатление, словно тебя разбил паралич.

— Кортни, уведи Гарланд в детскую. То, что я собираюсь сейчас сказать, нельзя слышать детям.

Одарив Ноя любящей улыбкой, Кортни скрылась в доме вместе с Гарланд.

— Тебе можно было и не выгонять ее отсюда, — за

Метил Ной, щекоча Гедеону животик. — Джесси все равно

Здесь нет, она наверху. Полагаю, ты собралась бранить нас?

Она вошла в дом через переднюю дверь. Ей необходимо

Побыть одной. Я же пришел прямо сюда, потому что Эшли

Сказала, что Гедеон здесь. — Услышав свое имя, малыш вытаращил глаза. — Правильно, тебя зовут Гедеон? Ты сможешь повторить за мной? Да? Черити чуть побледнела.

— А можно осмелиться спросить, почему Джесси так захотелось побыть в одиночестве?

— Конечно, можно, — непринужденно ответил Ной. — Во-первых, ей немного боязно встречаться с вами после всего того, что она натворила. Во-вторых, ей нужно

Переодеться, поскольку прежняя одежда несколько… помялась. И в-третьих, час тому назад я признался ей в любви, и теперь она не знает, что с этим делать. — Ной поцеловал мать в сморщенный лоб и унес Гедеона прежде, чем она успела что-либо спросить у него.

Вечером за ужином Джесси чувствовала себя неловко, как и ожидала. Однако если даже Маклелланы и сгорали от любопытства узнать, что же все-таки произошло между ней и Ноем, они вели себя тактично и проявляли благоразумие. Даже когда Черити предложила перейти в танцевальный зал и что-нибудь выпить, никто не осмелился, улучив момент, отвести Джесси в сторонку и выпытать все до конца.

Джесси устроилась на маленьком диванчике и прислонилась к Ною. Он обнял ее за плечи. Интересно, был ли он на самом деле счастлив или только притворялся, пряча свои издерганные нервы, как и она? Короткие, отрывистые звуки клавесина сопровождали мысли Джесси о Ное. Она полностью была поглощена им. Его прикосновения, запах тела, голос — все завораживало ее. Постепенно она становилась оаскованнее, но не столько от выпитого вина, сколько от пришедшего к ней вдруг спокойствия.

Когда Эшли перестала играть, Черити повернулась в сторону сына:

— Тебе действительно нужно завтра уезжать?

— Боюсь, что да. Поездка займет больше времени, так как со мной будут Джесси, Гедеон и Кэм, если, конечно, он захочет отправиться вместе с нами.

— Ты мог бы воспользоваться «Клэрионом», — предложил Салем. — В ближайшее время на нем никто не собирается снова пересекать Атлантику.

Ной замахал руками:

— Нет уж, спасибо. Отец дает мне свой самый лучший экипаж. Управлять им будет Генри. Помимо всего прочего я забираю с собой и Генерала.

— Возьми еще и Ивушку, — сказал Роберт. — Ты не единственный, кому время от времени доставляет наслаждение верховая езда, а я не рискнул бы посадить Джес

— си на Генерала из-за его норова.

Джесси вспыхнула от удовольствия при мысли, что у нее будет собственная лошадь.

— Вы очень любезны. Мне бы этого хотелось больше всего. — Она робко взглянула на Ноя. — Если только ты не возражаешь.

Рэй не дала возможности ответить брату. Поняв по-своему неуверенные слова Джесси, она спросила в упор:

— Он что, бил вас сегодня утром?

— Рэй!

— Рахиль!

— Рыжая!

Решительно выпрямившись, она отмахнулась от осуждающих выкриков родных. Выдержав изумленный взгляд Джесси, Рэй продолжила:

— Знаю, что мои манеры оставляют желать лучшего, но никто больше не осмелится спросить, хотя им всем так же интересно, как и мне. Ной притащил вас обратно силой

— или вы вернулись по своему желанию?

— Джесси, вы не обязаны отвечать на подобные вопросы, — промолвил Иерихон, метнув на жену недобрый взгляд.

— Нет, все в порядке, — спокойно ответила Джесси. — Вообще-то меня удивило, почему до гих пор никто не спросил об этом. Я была словно на иголках, ожидая этой минуты. Мне даже показалось, что Ной успел что-то объяснить.

— У него весь день рот на замке, — заметила Рэй, — к тому же с ним было невозможно общаться.

— Потому что тебя это не касается, — ласково возразил Ной.

Джесси еле заметно толкнула его в бок, чтобы он прекратил пререкаться с сестрой.

— Я понимаю тревогу Рэй. По правде говоря, никто не принуждал меня возвращаться сюд^а. Я сделала это по своей воле. Хотя не знаю, что бы Ной предпринял, если бы

Я отказалась с ним идти. Нам удалось уладить некоторые наши… разногласия. Я остаюсь здесь.

Предвидя, что Рэй не успокоится, пока не задаст следующего вопроса, Ной остановил ее жестом:

— Только не спрашивай, что это были за разногласия, Рэй. Достаточно сказать, что вы были правы сегодня утром, когда упрекали меня в том, что Джесси ушла из дома. Боюсь, моя вина слишком очевидна. Больше вы ничего не узнаете. Придется удовлетвориться услышанным.

— Мы удовлетворены, — сказал Иерихон, положив руку на плечо жены. — Не так ли, Рэй?

— Полаг… — Рэй ощутила, как муж крепче надавил на ее плечо, и весело улыбнулась:

— О да, нас вполне устраивает такое объяснение.

Джесси наблюдала за безмолвной сценой между мужем и женой. Не скрывая своего удовольствия от мгновенной уступки Рэй, она решила отыграться:

— А ваш муж бьет вас?

— Что за глупости! — воскликнул Иерихон.

Тут же последовал взрыв хохота. Веснушки, брызгами рассыпанные на лице Рэй, исчезли от вспыхнувшего румянца. Взглянув на Джесси, Рэй виновато улыбнулась:

— Сдаюсь! Так мне и надо.

— Молодчина, — шепнул Ной Джесси на ухо. Он перехватил взгляд Эшли. — Может быть, ты нам еще что-нибудь сыграешь? А Иерихон тем временем подумает над тем, как это здорово держать жену в постоянном страхе.

Эшли взяла несколько минорных аккордов. Остальные продолжали посмеиваться над Рэй, все еще изображавшей покорную жену. Непроизвольно Эшли переключилась на легкую мелодию, и весь оставшийся вечер прошел в атмосфере веселья и радушия.

Джесси сияла от радости и была весьма оживлена, когда они с Ноем возвратились в отведенную для них комнату. Порхая и что-то бормоча себе под нос, она зажгла свечи и опустила шторы.

Скрестив руки на груди и прислонившись к двери, Ной с интересом наблюдал за ней.

— Тебе понравился вечер?

— Было просто чудесно! — воскликнула она, присев на край кровати и сбросив туфли. — Не могу припомнить, когда в последний раз я столько смеялась.

— А я припоминаю. Это было сегодня днем, когда ты пряталась…

Джесси шутливо надула губки.