Нэн Райан - Своенравная леди

Сюзетта потерла уставшую шею. После нескольких дней путешествия по пустынному плоскогорью, зажатому между двух гигантских хребтов Сьерра-Мадре, она с нетерпением ждала, когда же покажется асиенда Каэтано. Попрощавшись с техасским поселком, они пустились в путь по древней тропе команчей. Медленно продвигаясь по дикой местности, Каэтано с гордостью показывал Сюзетте горные пики, пещеры, гипсовые холмы и небольшие поселки.

Сюзетта огляделась. Она не замечала никакого признака дома или хижины. Повсюду была суровая пустыня, а в сотне ярдов впереди возвышался невысокий гребень. Она скептически посмотрела на Каэтано. Он по-прежнему улыбался.

— Полагаю, эта улыбка означает, что когда я поднимусь на гребень, то увижу твой дом.

— Умная женщина. Дом находится на краю Лано-дель-Гайо. Стоя на своем патио, я вижу на сотни миль вокруг, хотя, как ты могла убедиться, непрошеный гость должен подъехать к самому порогу, прежде чем увидит дом.

— Ты специально так рассчитал, потому что тебе постоянно угрожает опасность?

— Мы здесь в безопасности, Сюзетта, — рассмеялся Каэтано. — Я не совершаю налеты и не граблю банки в Мексике. Только в Техасе.

— Значит, здешние власти не тревожат тебя? А они не попытаются выслать тебя в Техас?

— Вряд ли. В этой стране я примерный гражданин и желанный гость среди аристократии Мехико. Все считают меня своим другом.

— Значит, я могу спокойно спать рядом с тобой и не волноваться, что тебя заберут?

— Пока мы здесь, в Мексике.

— Тогда, милый, давай останемся в Мексике навсегда.

— Лучшего и придумать нельзя. Поехали домой.

Он пришпорил Уголька, и кобыла Сюзетты последовала за жеребцом. Они быстро поскакали к невысокому гребню, и Сюзетта, поднявшись на него, снова натянула поводья.

— Каэтано! — крикнула она.

Засмеявшись, Каэтано повернул коня. Он наслаждался ее изумлением. Не в силах вымолвить ни слова, Сюзетта смотрела на раскинувшийся вдали большой кирпичный дом. Его оранжево-красные стены, освещенные заходящим солнцем, переливались розовыми и пурпурными красками. Громадный дом был ярко освещен; в каждом окне горел свет. Величественная асиенда, похожая на оживший мираж, одиноко возвышалась над плоской пустыней. В тихом прозрачном воздухе плыли мелодичные звуки гитары.

Обретя наконец дар речи, Сюзетта повернулась к Каэтано:

— Это…

— Да, Сюзетта, это наш дом. Сьела-Виста.

— Какой он огромный… и прекрасный.

— И крепкий, — гордо заметил Каэтано. — Я сам проектировал его, и, уверяю тебя, он будет стоять еще много лет после нашей с тобой смерти. Дети наших детей вырастут в этом доме, а он будет выглядеть так же, как сегодня.

— Я люблю тебя, Каэтано.

Сияя от счастья, Сюзетта ударила пятками в бока лошади и понеслась к дому. Каэтано смотрел на Сюзетту, слушая, как ее смех смешивается со звуками гитары. Он глубоко вдохнул чистый разреженный воздух, с трудом веря, что это не сон. Наконец-то он дома! Прекрасная белокурая девушка, чей смех наполнял его сердце радостью, принадлежит ему. Это и ее дом. Каэтано поехал за ней.

Мальчишка-мексиканец поклонился и увел их лошадей. Сюзетта прильнула к руке Каэтано, а он повел ее через широкое каменное крыльцо к огромным двойным дверям, украшенным резьбой. Они вошли в прохладный холл, выложенный красной кафельной плиткой, на которой гулким эхом отдавались их шаги. Осматривая величественный дом, Сюзетта горела желанием посмотреть все его комнаты. У Каэтано были другие планы.

— У тебя будет масса времени, чтобы познакомиться с домом, Сюзетта. А сейчас давай поужинаем и ляжем спать. Ты выглядишь усталой.

— Чудесно, но я с нетерпением буду ждать утра.

Они вошли в огромную столовую с высоким потолком. Стены были обтянуты тисненой кожей и облицованы темно-красным мрамором. За огромным инкрустированным столом могли уместиться пятьдесят человек. Массивные резные стулья с высокими спинками и обшитыми алым бархатом сиденьями выстроились вдоль длинного стола. На одном его конце располагались два столовых прибора из тонкого фарфора с золотым ободком. Когда молодые люди сели, в комнату вошел улыбающийся мужчина и наполнил бокалы чистой водой. Этот человек вскоре присоединился к двум другим слугам, сервировавшим поистине королевский стол. Каэтано с гордостью представил Сюзетту прислуге. Когда тихие и почтительные мексиканцы оставили их одних, Сюзетта схватила Каэтано за руку.

— Каэтано, мне так неловко. Что твои слуги подумают обо мне? Я сижу здесь в штанах и грязной рубашке. А мои волосы? Мне так стыдно. Мне следовало бы вымыться, прежде чем садиться обедать.

Каэтано поднял бокал с вином и сделал глоток. Улыбаясь, он поднес руку Сюзетты к губам и поцеловал ее.

— Сюзетта, это не мои слуги, это наши слуги. А что касается того, что они о тебе подумают — если у них есть глаза, то они подумают, что более красивой женщины в жизни не видели. Это твой дом, милая, и ты можешь одеваться так, как захочешь. А теперь наслаждайся едой и не думай о прислуге.

Сюзетта взяла в руки позолоченную вилку.

— Каэтано, — задумчиво сказала она. — Ты богат.

— Очень.

— Мария и Панчо рассказывали мне, что ты даешь деньги бедным. Они говорили, что ты благородный и добрый Робин Гуд.

— Я давал деньги бедным, но я люблю удобства не меньше, чем своих ближних. Я эгоист, хотя посторонним иногда кажется иначе. Мария и Панчо считают меня добрым человеком, а большинство других — опасным животным. Все они ошибаются.

Каэтано улыбнулся и коснулся ладонью щеки Сюзетты.

— А ты, милая? Каким я кажусь тебе?

— Я вижу в тебе только любимого мужчину, Каэтано. Меня не волнует твое прошлое. Но надеюсь, ты оставишь свою опасную профессию, потому что мне невыносима даже мысль о том; что тебя могут убить или посадить в тюрьму.

— Не волнуйся, любимая, у меня нет намерения снова рисковать жизнью. Я надежно вложил свои деньги, и мы достаточно богаты, чтобы без забот прожить до конца жизни. Двадцать восемь лет я провел в непрерывных скитаниях, а следующие двадцать восемь буду сидеть на одном месте — здесь, с тобой.

Спальня, куда они прошли после обеда, показалась Сюзетте роскошной. Ее восхитили прекрасная мебель и великолепный тканый ковер. Окна выходили на бесплодную пустыню. Сюзетта обвела взглядом горизонт и увидела вершины гор, находящихся в сотнях миль отсюда. — Знаешь, Каэтано, мы… Каэтано?

Она обошла комнату, разыскивая его. Двери в дальнем конце спальни были широко раскрыты. Сюзетта улыбнулась и поспешила к ним. Выглянув в обнесенный стеной дворик, она онемела от изумления. Цветущие кактусы и юкки пестрым забором окружали огромный, выложенный кафелем бассейн. Вокруг стояли статуи, выбрасывающие высоко в воздух фонтаны воды. Сюзетта приблизилась к ведущим в воду ступенькам. Никогда в жизни она не видела такой роскоши в частном доме. В дальнем конце мраморного бассейна одна из статуй зашевелилась. — Каэтано! — радостно вскрикнула Сюзетта. Обнаженный Каэтано поплыл ей навстречу. Она присела на корточки у края бассейна.