Никки Донован - В оковах страсти

Николь содрогнулась. Неужели Фокс в самом деле прошелся по краю гибельной пропасти и стоял на пороге рая? Или же он был совсем в другом месте, которое Гленнит назвала тем светом? Единственное, что имело значение, так это то, что судьба дала ей еще один шанс и муж возвратился к ней.

— О, Фокс, — прошептала она. — Я на все ради тебя готова. Я буду любить тебя всем сердцем. Обещаю.

Он застонал, и его веки дрогнули.

Она наклонилась и поцеловала его сухие губы. На нее пахнуло горьким запахом мака. Фокс был ей бесконечно дорог. Внезапно он пробудился.

— Николь? — Надтреснутый голос Фокса прозвучал слабо. Он открыл глаза. Они все еще были затуманены жаром, а зрачки — расширены и темны. Николь захотелось от радости расплакаться, когда она увидела, что он смотрит на нее. Но тут выражение его лица сменилось на холодное.

— Зачем ты здесь? Чтобы упиться моими муками?

У нее защемило сердце, и она встала, желая отойти прочь, но остановилась и решительно повернулась к нему лицом.

— Я люблю тебя, Фокс. Когда я узнала, что ты тяжело ранен и находишься при смерти, я поняла, что должна находиться у твоей постели. Я спустилась вниз по шахте старого нужника, пролезла по темному вонючему подземному ходу, чтобы убежать из Марбо и примчаться к тебе. Я боялась, что ты умрешь и никогда не узнаешь, что на самом деле я к тебе чувствовала.

— Ты опоздала, — промолвил он. — Когда-то я был готов на все, только бы услышать от тебя слова любви. Но я настрадался достаточно и слишком много терпел от тебя лжи. Я больше не верю ни единому твоему слову.

Она отвернулась. Ее сердце разрывалось от горя.

— Где Саймон? — спросила Николь первым делом, когда Гленнит вошла в комнату.

— По дороге в замок он уснул. Рейнар сейчас поднимается с ним по лестнице. — Гленнит подошла к постели и принялась обследовать больного.

— Как он?

— Гораздо лучше.

Николь тягостно вздохнула. Гленнит смерила ее внимательным взглядом.

— Ты должна бы радоваться, но у тебя совершенно удрученный вид.

— Он не собирается меня прощать. Пытаясь спасти сына, я потеряла человека, которого люблю.

— Дай ему время.

Николь покачала головой.

— Он ненавидит меня и говорит, что никогда не сможет мне верить.

— Он болен и очень страдает. Когда он поправится, то непременно вспомнит, что к тебе чувствовал.

В дверном проеме появился Рейнар со спящим Саймоном на руках. Николь подошла забрать сына.

— Мой сладкий, славный малыш, — пробормотала она.

— Не такой уж он и малыш, — поправил ее Рейнар. — Он оказался довольно тяжелым, когда мы поднялись на верхнюю ступеньку.

— Он вырастет высоким и здоровым мужчиной, как и его отец, — сказала Гленнит.

— Мортимер тоже был рослым, — заметил Рейнар.

— Ты все еще не веришь, что он сын Фокса? — спросила его Николь, забирая сына, и, держа мальчика на руках, присела на скамью.

— Нет. Фокс тоже не поверит, когда его увидит. Николь взглянула на спящего ребенка и вздохнула.

Фокс проснулся, почувствовав, что в постели рядом с ним кто-то лежит. Он протянул руку, ожидая ощутить шелковистую кожу и податливые формы Николь, но с удивлением обнаружил маленькое тельце, притулившееся к его боку подобно щенку. В комнате было еще совсем темно. Слабость не позволяла ему сесть, пришлось довольствоваться изучением своего соседа по кровати на ощупь. Он потрогал шелковые кудри, круглое личико с нежными, как лебяжий пух, щечками, упитанное детское тельце, слегка влажное от пота. Его сын? Так, во всяком случае, утверждает Николь. Но как мог он ей верить? Может, и она сама не знает правды?

Фокс вспомнил о маленьком могильном холмике, под которым покоился несчастный ребенок из деревенской семьи. Но мальчик, рожденный Николь — пусть даже без его участия, — остался жив. Разве не все дети заслуживали того, чтобы их любили и лелеяли?

А вдруг он сын Мортимера? Одно время мысль, что ему, возможно, придется растить отпрыска своего врага, переполняла его сердце глубоким отвращением. Однако сейчас, когда реальный ребенок лежал рядом, доверчиво к нему прижавшись, он осознал, что не сможет просто так перенести ненависть на невинного младенца. Маленькое тельце мальчика казалось крепким и здоровым. При должной тренировке из него получится доблестный и искусный рыцарь.

Но он, похоже, торопил события. Сначала Рейнару надлежало разбить Фитцрандольфа, а потом им необходимо отвоевать Марбо. Проклятие! Он не мог лежать здесь беспомощный и слабый, пока его люди будут сражаться. Хотя в исходе он не сомневался. Фитцрандольф показал себя глупым и трусливым. Из своего опыта Фокс знал, что подобные люди редко становятся на войне победителями. Фокс со стоном пошевелился. Тело пронзили иглы боли. Если им удастся захватить Фитцрандольфа в плен, он бы хотел пробить его плечо стрелой из арбалета!

Николь, должно быть, закрыла ставни. В комнате стояла непроглядная темень. Значит, ему будет трудно расслышать звуки победоносной армии, вернувшейся в крепость. Он напряг слух. Но только Тихое дыхание Николь и более отчетливое сопение спавшего рядом Саймона достигало его ушей. Еще некоторое время он лежал, вслушиваясь в тишину, но вскоре боль и усталость взяли верх, и он погрузился в сон.

— Миледи, проснитесь!

Николь молниеносно приняла сидячее положение и недоуменно огляделась. Что она делает здесь на полу? Старушка Эмма трясла ее за плечо.

— Гленнит просила привести тебя.

Николь, покачиваясь, поднялась и застыла на мгновение при виде спящих бок о бок Фокса и Саймона.

— Похоже, что ты свое желание осуществила, — заметила Старушка Эмма. — Твои муж и сын — вместе и вне опасности.

— Но это еще не значит, что Фокс примет Саймона, — возразила Николь. — Слава Богу, что он позволяет мне спать в одной комнате с ним, хотя и питает ко мне отвращение.

— Разве? — Старушка Эмма скептически изогнула бровь. — Когда твой муж поправится, посмотрим, сможет ли он сопротивляться тебе. Что касается меня, то утверждать подобное я бы не рискнула.

Слова служанки вселили в душу Николь надежду. Действительно, тот факт, что Фокс ее презирал, не означал, что он не желал ее как женщину. В конце концов, ей удалось вернуть его с того света, доставив плотское удовольствие.

— Рада тебе сообщить, что Фитцрандольф потерпел поражение, — объявила Старушка Эмма.

— А как вэлмарская армия? Они все вернулись целыми и невредимыми?

— Большей частью да. Несколько человек ранены. Ими занимается Гленнит. Главное, что войско Фитцрандольфа отступило. Они спасались бегством, поджав хвосты и побросав половину своего обоза и вооружения. Сэр Рейнар гнал их всю дорогу до самого Марбо. Там их ждал неприятный сюрприз, когда никто не отворил ворота и не впустил их в замок. Очень хитроумный план, миледи, — создать видимость, что Марбо пал, а потом закрыть ворота у Фитцрандольфа перед носом, когда тому понадобилось укрытие, — сработал.