Лиз Карлайл - Очаровательная проказница

Он взял ее руку и поцеловал.

— Знаешь, кое-кто очень мудрый недавно сказал мне то же самое.

— И это верно, — продолжала она. — Мы просто влюбляемся. Иногда мгновенно, как Робин. А иногда медленно, едва сознавая это.

— Да, так это было со мной. — Его голос стал хриплым. Зоэ искоса взглянула на него.

— Как именно?

— И то, и другое, — ответил Мерсер. — Сначала все шло медленно, я сдерживался, а потом обрушилось потоком, словно прорвало дамбу.

— Как романтично, — сухо сказала она. Он удивил, взяв ее лицо в свои ладони.

— Я скажу тебе, что романтично, — произнес он, глядя ей в глаза. — Это романтично. — Притянув к себе, Мерсер поцеловал ее, потом взял поводья и тронул лошадей.

Карета двинулась.

— Куда мы едем? — задохнулась Зоэ.

— Я тебе покажу.

Он проехал немного вперед, к солнечной прогалине. Они взбираются на последнее возвышение на горной гряде, поняла Зоэ, к месту, где деревья, очевидно, спилены, чтобы открыть вид.

И что это был за вид! Грейторп, расположившийся на противоположном холме, предстал во всем величии, словно красивая хищная птица, раскинувшая каменные крылья, колонны портика, казалось, парили в воздухе.

— Вот это да! — выдохнула Зоэ. — Какой грандиозный вид! Даже лучше, чем с дороги.

— Великолепно, правда? — прищурился от солнца Мерсер. — Моему деду построили здесь беседку в виде античного храма, чтобы наслаждаться видом. Сейчас она почти не используется.

Зоэ вытянула шею, глядя поверх голов лошадей. Виднелась круглая медная крыша, а под ней шесть мраморных колонн, в уменьшенном виде повторяющих те, что украшали фасад Грейторпа. Все богатство и власть маркизов Мерсеров были символически выложены перед ней, дом и безукоризненный ландшафт составляли архитектурное подтверждение могущества семьи. Если первое впечатление от Грейторпа ошеломило Зоэ, то этот вид просто лишил дара речи и еще раз заставил почувствовать зияющую пропасть неравенства между статусом Мерсера и ее собственным.

Мерсер спрыгнул вниз и протянул руки к Зоэ. Последний раз, взглянув на дом, она поднялась. Мерсер поймал ее за талию и словно пушинку вынул из высокого фаэтона. Потом легко поцеловал в губы.

— Идем, — сказал он, взяв ее за руку.

Он вел ее к широким, беломраморным ступеням беседки. Зоэ, войдя, тут же подошла к каменной балюстраде, которая, казалось, парила над долиной, открывая взгляду не только Грейторп, но и пруд, и летний домик.

Мерсер присоединился к ней, и она ощутила его жаркое, успокаивающее, жизненно важное присутствие. Он всегда казался ей таким. Зоэ снова думала о том, как давно его знает, полагается на него порой, чтобы спастись от самой себя. Даже себе она никогда не признавалась, как рассчитывала на него. И как любила его… любила издалека, зная, что он не для нее. А теперь будущее вырисовывалось перед ней, такое же неопределенное, как Грейторп — непоколебимый.

Мерсер взял ее руку в свою, ладонь к ладони, потом поднес к губам.

— Выходи за меня, Зоэ. — Его голос был тихим и требовательным. — Выходи за меня и будь хозяйкой всего этого. Выходи и сделай все здесь действительно совершенным.

— Мерсер, не спеши… — Она сжала его руку.

— Выходи за меня, Зоэ, — перебил он. — Не ссорься. Не спорь. Не выкладывай кучу причин, почему мы не можем быть вместе. Я хочу жениться на тебе. Ведь будет намного легче, любимая, если ты скажешь «да». Иначе…

— Иначе?.. — Она искоса взглянула на его резкий профиль, четко рисовавшийся на фоне яркого синего неба.

Все еще глядя вдаль, Мерсер скупо улыбнулся.

— Всегда есть Гретна-Грин, — сказал он спокойно. — Я могу похитить тебя и увезти.

— Фи! — отмахнулась Зоэ. — Могущественный лорд Мерсер опустится до похищения невесты? Я думаю, нет.

Он резко повернулся и смерил ее взглядом.

— Нет? Ты любишь меня, Зоэ. Твои поцелуи говорят это. Твое тело говорит это. Да и ты говорила это пару раз, насколько я припоминаю. И, видит Бог, я люблю тебя и собираюсь заполучить тебя.

— О! — В это восклицание она вложила несметные оттенки раздражения. — В самом деле?

Мерсер просто кивнул:

— Да. И если ты продолжишь упорствовать в глупости, то я увезу тебя в своей карете, и дело будет сделано на старомодный манер, на шотландский манер. Теперь мне это кажется самым подходящим.

— Мерсер, — тихо сказала Зоэ, — ты уверен, что хочешь это сделать? Ты знаешь меня слишком хорошо. Знаешь, какая я. Я тебя за месяц сведу с ума.

— Последнее вполне возможно, — признал он. — Я рискну. Но остальное? Я знал тебя? Я имею в виду — до этого лета? Думаю, что нет. Возможно, я узнал тебя, только прочитав это глупое письмо. О чем ты думала, кстати?

— Только о том, что я ответственна за несчастье Робина, — прошептала она.

— А теперь будешь, ответственна за мое, — спокойно сказал он.

Какая печаль прозвучала в этих коротких словах. Зоэ хрипло втянула воздух.

— Мерсер, — шепнула она, — ты правда будешь несчастен?

— Правда, — ответил он. — Слишком долго я считал твое присутствие в моей жизни само собой разумеющимся. И когда столкнулся с тем, что ты выходишь за другого, пусть даже за Робина… меня потрясло, как ошибочна эта моя уверенность. И тогда я понял, Зоэ, что я всегда чувствовал к тебе… о, это гораздо больше, чем родственная любовь. Мысль, что я могу потерять тебя, лишала меня дыхания, нет… жизни.

Рука Зоэ взлетела к губам.

— Я не знала, — едва слышно прошептала она. — Ох, Мерсер! Никогда не знала. Я только думала, что ты сердишься.

— И я сердился на самого себя. — Он повернулся к ней, его серьезные глаза почти молили, его строгое лицо было ошеломляюще красиво. — Ты, Зоэ, то, в чем я нуждаюсь. Ты дополнишь меня, сделаешь меня… целым. Без тебя я слишком строгий, слишком целеустремленный и слишком… ох, не знаю. Возможно, слишком упрямый, себе же во вред. Но с тобой я счастлив. Даже когда ты раздражаешь меня, я все-таки счастлив.

Зоэ не могла говорить. Она все еще прижимала пальцы к внезапно задрожавшим губам, горячая влага жгла глаза. Выкатившаяся слезинка, вместо того, чтобы красиво скользнуть по щеке, неуклюже скатилась к носу.

Мерсер смотрел на Зоэ со сдержанной улыбкой и подушечкой большого пальца провел под глазом.

— Зоэ, мы нерасторжимо связаны, ты и я, — сказал он спокойно. — Нет никакой возможности избежать этого. Для любого из нас. Ты выйдешь за меня? Ради Бога скажи «да»

— Да.

Слово, казалось, непроизвольно слетело с ее губ. Обняв Мерсера, Зоэ уткнулась в его шею.

— Да, Мерсер. Я выйду за тебя и превращу твою жизнь в сумасшедший дом.