Патриция Поттер - Шотландец в Америке

Женщина в цветастой блузе и в фартуке выбежала из кухни и встретила хозяев широкой улыбкой.

— Серьора, вы видели жеребенка?

Бен пересадил Малыша с одной руки на другую и ответил:

— Да, видели. Но у нас есть еще один малыш, которого ты должна покормить. — И, обратившись к Габриэль, пояснил:

— Это Серена, жена Педро, она приглядывает за всеми нами. Серена, это друг нашего Дрю, сеньорита Льюис.

— Сеньорита, — почтительно поклонилась женщина. — Как поживает сеньор Дрю?

— Вот и я то же самое хотела спросить, — вставила Элизабет. — Габриэль, вы сказали, что Дрю может понадобиться наша помощь. У него неприятности? — В ее мягком голосе прозвучала явная тревога.

— Это очень долгая история, — повторила Габриэль.

Малыш захныкал. Серена взяла ребенка.

— Я его покормлю, а потом займусь ужином.

— И приготовь прохладительное питье для сеньориты, — добавил Бен, с участием глядя на Габриэль. — Что бы вы хотели — принять ванну или вначале отдохнуть?

Габриэль покачала головой.

— У меня нет времени.

— Тогда присядьте — и расскажите нам о Дрю все, что вам известно.* * * — Тебе надо ехать, Бен, — решила Элизабет, едва только Габриэль закончила свой длинный рассказ. — Ты же знаешь Дрю — он точно гончая. Ни за что не сойдет со следа.

— А как же ты? — запротестовал Бен. — Наш ребенок…

— Да ведь до родов еще три месяца. И со мной здесь Педро и Серена. Да и Габриэль с ребенком могут остаться с нами.

— Нет, — отказалась Габриэль. — Я тоже должна ехать.

Бен и Элизабет удивленно воззрились на нее. Уже час они внимательно слушали ее рассказ, и Элизабет все заметнее волновалась, особенно когда Габриэль объяснила, что Дрю преследует убийцу или даже нескольких убийц.

Бен слушал ее молча, лишь изредка прерывая повествование каким-нибудь относящимся к делу вопросом. Взгляд у него стал ледяным, и лицо омрачилось, когда Габриэль упомянула имя Киллиана.

— Я знаю его, — сказал он резко. И Габриэль заметила, что в глазах Элизабет промелькнул страх.

— Да, Дрю попал в чертовски неблагоприятную ситуацию, — подытожил Бен. Габриэль напряглась: в его словах ей почудилось осуждение.

— Он спас мне жизнь. Когда в стаде началась паника, он спас жизнь одного погонщика, рискую своей собственной. Он спас жизнь Керби Кингсли. Он очень храбрый и добрый человек. И он ловкий наездник и хорошо стреляет, вот только… — Девушка осеклась, не в силах справиться с нахлынувшими чувствами. — Он не наемный убийца, не профессиональный стрелок…

Глаза Элизабет блеснули.

— Вы его любите, да?

Габриэль смогла лишь кивнуть в ответ.

— Проклятье! — проворчал Бен. — Вечно этот парень ухитряется попасть в переплет! Какой же я был дурак, когда предложил ему поехать на юг!

Посмотрев на Габриэль, Элизабет возразила:

— А вот я так не думаю. Мне кажется, Дрю наконец нашел то, что искал.

И повернулся к Бену.

— Ты сможешь найти себе помощников среди своих?

Бен Мастерс кивнул и обратился к Габриэль:

— Так вы говорите, что Кингсли не знает, кто стоит за этими выстрелами?

Девушка медлила с ответом. Бен заметил это и предупредил:

— Габриэль, сейчас не время скрывать то, что вам известно.

Она покачала головой.

— Но я ничего и не скрываю. Керби действительно не знает, кто стоит за убийцей. Он догадывается, но… понимаете, он сам должен вам обо всем рассказать. Однако у него нет доказательств. Только догадки. Он знает лишь, что само убийство — дело рук Киллиана.

Бен кивнул:

— Да, я слышал о Кингсли. С какой, черт побери, стати кому-то понадобилось его убивать?

Габриэль молчала. Не ее дело было рассказывать Бену — бывшему шерифу — о греховном прошлом Керби. До сих пор она сказала только, что ее отец и Керби в юности были друзьями, у них обманом отняли ранчо, их преследовали тогда… и совсем недавно опять стали преследовать.

Это все, что она могла сказать. Остальное пусть ему откроет сам Керби. Вот только лгать она не станет. О нет! С этим покончено раз и навсегда.

Однако Бен ждал.

— Как я уже сказала, вы должны обо всем спросить у самого Керби.

Бен прищурился, но настаивать не стал, а вместо этого спросил:

— Когда Дрю уехал в Техас?

— Пять дней назад. Он и Керби опасаются, что Киллиан может охотиться за братом Керби, Джоном.

— Значит, может быть уже поздно, — мрачно заключил Бен.

Габриэль покачала головой. Она не могла позволить себе думать так.

— Дрю не станет гоняться за Киллианом, пока Керби не приедет ему на помощь. Сейчас он просто хочет увериться, что Джону Кингсли ничто не угрожает.

— И вам? — ласково спросила Лизбет.

— И Малышу, — добавила Габриэль. — Он очень любит Малыша.

— Уверена, что любит, — рассмеялась Элизабет, — с детьми мой брат очень нежен. Сара Энн его обожает. Жаль только, что он настоящий бродяга, нигде не задерживается подолгу.

И бросила многозначительный взгляд на мужа.

Бен изогнул бровь, усмехнулся.

— Ей нравится думать, что она меня приручила, но скорее наоборот. Это Элизабет любит скакать галопом по округе, прыгая через шестифутовые заборы, ломая экипажи и создавая полную неразбериху.

Габриэль вдруг ощутила себя совсем одинокой — одинокой свидетельницей чужой любви. Будет ли Дрю так любить ее когда-нибудь?

— Я хочу ехать, — повторила она. — Пожалуйста, не оставляйте меня здесь.

Бен нахмурился.

— Надеюсь, вы не начнете плакать, если я скажу «нет»?

— Ну… я могла бы и заплакать. Это поможет?

— Гм… — неуступчиво проворчал он. — А что будет с ребенком? Вы, надеюсь, не собираетесь брать его с собой?

— О Малыше не волнуйтесь, — вмешалась Элизабет. — Ему будет здесь очень хорошо. А сейчас давайте отложим этот разговор до ужина. Габриэль нужно вымыться и немного отдохнуть, а Серена позаботится о ребенке. Я покажу вам вашу комнату, — сказала она Габриэль, — в ней раньше жил Дрю.

Девушке не хотелось терять время попусту. Сама она хоть сейчас отправилась бы на Юг, но ей необходимо было убедить Бена взять ее с собой — а он еще не решился на это. Познакомившись со свояком Дрю, Габриэль сразу же прониклась к нему доверием. Чутье подсказывало ей, что он не только добрый человек, но и опытный служитель закона. Он сказал, что поедет в Техас. Это уже большое достижение. Теперь ей надо сыграть по его правилам, хотя, может быть, и придется слегка подтолкнуть события в нужном направлении.

Она прошла за Элизабет в удобную комнату, где главное место занимала большая двуспальная кровать, а на табурете уже красовались большой таз с горячей водой, полотенца и мыло.

— Скажу Педро, чтобы принес побольше воды для купания, — сказала Элизабет, все еще стоя в дверях.