Конни Мэйсон - Мой раб, мой господин (Сладостный плен) Ларсоны – 1

Кожа Эбби была влажная от пота, мягкий свет настольной лампы окрашивал ее в золотистый цвет, блики скользили по выпуклостям и впадинкам. Женщина тяжело дышала, только что утолив свою страсть. Она смотрела на мужа удивленными серебристо-серыми глазами. Как возможно такое, что каждые новые объятия слаще и чувственнее предыдущих? Но все обстояло именно так. Его рука лежала на ее слегка увеличенном животе, Зак смотрел на жену с нежным восхищением. Полная, набухшая грудь привлекала его внимание, он наклонился и губами снял капельку с сочного бутона.

– Мне так хорошо с тобой, дорогая, – он любил наблюдать за выражением ее лица, когда она достигала вершины наслаждения. Любил смотреть на разгоряченное женское тело, на припухшие влажные губы.

– А теперь ты скажешь, что приручил меня, – Эбби лениво и разнеженно улыбнулась. – Но, смотри, не ошибись. Я не забыла о своем чейенском воспитании. Если ты не расскажешь мне, что придумал, то узнаешь, какой я могу быть дикаркой! – нарочито угрожающе предупредила она.

– О, я уже убедился в этом, – глаза Зака озорно засверкали. – Ты демонстрируешь мне свой дикий нрав каждый раз, когда я держу тебя в объятиях и совокупляюсь с тобой.

– Я говорю серьезно, Зак. Я уже устала от дум. Мне хочется знать, что за сюрприз ты готовишь. А что если я не вынесу ожидания? – она внезапно задрожала, Зак понимал, что она боится. Он сразу же решил покончить с ее подозрениями и догадками, попытался успокоить жену, обняв ее и отведя со лба спутанные волосы.

– Понимаю, что поступал жестоко, заставляя тебя мучиться неизвестностью, но я очень хотел, чтобы все получилось красиво. Тебе больше не придется ждать. Завтра мы отправляемся домой.

– Домой? – Эбби судорожно сглотнула. Как бы она ни старалась сдерживаться, ее голос дрожал. Неужели завтра она в последний раз увидит любимые просторные прерии? Неужели она больше никогда не встретит Быстрого Ветра и Белого Орла?

– Попытаюсь сделать путешествие как можно более приятным. Если хочешь, мы отправимся в фургоне, там много одеял. Надеюсь, что не замерзнешь.

– А не опасно ли сейчас путешествовать? Я имею в виду индейцев. И погода еще стоит холодная. Что если нас занесет снегом и…

– Как ты думаешь, неужели я стану подвергать опасности твою жизнь и жизнь нашего ребенка? – рассмеялся Зак над ее опасениями, Зак прижал палец к ее губам. – Нам предстоит недалекое путешествие, Эбби. Мы не поедем в сторону Вишневого ручья, где собрались племена во главе с вождями. А теперь спи. Я хочу, чтобы ты отдохнула перед дорогой хорошенько.

– Я не хочу ехать в Бостон.

– Знаю.

– Я давно говорила тебе, что мы не должны были жениться.

– Говорила.

– Мы с тобой из разных миров. Такие же различные, как день и ночь.

– Спасибо тебе, Господи, за эту разницу. – Зак нарочито вытаращил глаза.

– Я не умею подлаживаться, не знаю, как стать хорошей женой мужчине с таким положением в обществе, как у тебя.

– Я уже не могу больше с тобой спорить. Ты высказалась?

– Неужели ты не можешь говорить серьезно? – обиделась Эбби.

– Нет. Ведь ты несешь чепуху. Будь добра, потерпи еще до завтра прежде, чем делать такие потрясающие выводы, к тому же, совершенно необоснованные.

– Ничего не могу с собой поделать.

– Ты веришь мне, Эбби?

Вопрос был глупый. Она доверяла Заку, также, как и любила его. Просто, она понимает, что как жена не подходит ему. Неприятно думать о том времени, когда он будет сожалеть о содеянном. Возможно, ему будет стыдно вводить ее в бостонское общество. Ее невежество ужасно подействует на его родных. Почему он не может понять такой простой истины?

Эбби снова обиделась. Черт с ним. Она знала, чего он добивается. Ему хочется услышать, что она любит его. Неужели он не понимает, что ее сердце и душа в смятении? Он отнял у нее любимых людей. Когда-то был ее рабом, но теперь, благодаря брачным обязательствам она превратилась в его пленницу. Ребенок, которого она носит связал их навсегда.

А еще… Все остальное тускнело, ведь он опутал ее сердце такими прочными сетями. Она боялась чувствовать, отдавать, любить только потому, что он – белый. Однако его любовь и терпение медленно, но верно разрушали ее страхи и недоверие, позволяли ее любви разгореться и вырваться наружу. Она доверяла Заку и доверие было частью той любви.

– Я верю тебе, Небесные Глаза, – имя непроизвольно сорвалось с языка Эбби.

– Тогда позволь мне самостоятельно принять реше ние. Ты никогда не пожалеешь о том, что поверила мне, Дождевая Слезинка. В последнее время мне приходилось так много думать и решать, уверен, что ты будешь удивлена результатом этих размышлений.

Погода стояла превосходная, когда Эбби устроилась на сидении фургона. Зак прикрыл ей ноги теплым пушистым меховым одеялом. Солнце припекало достаточно жарко и растопило выпавший за вчерашний день снег. Фургон был загружен прямо-таки под завязку. Эбби не смогла бы сразу сказать, чего там нет, да она и не пыталась. Она понятия не имела, что собирается делать Зак с таким огромным количеством продуктов и разных вещей. Конечно, он не собирается ехать в фургоне до Бостона. Лошади фыркали и рыли копытами землю.

– Тебе удобно, дорогая? – поинтересовался Зак, усаживаясь рядом с женой на сиденье фургона.

– Мне не очень нравится, что ты скрытничаешь, Зак, – Эбби капризно надула губы.

– Тебе жаль покидать Денвер?

– Ты же знаешь, что нет.

– Ну тогда устраивайся поудобнее и наслаждайся путешествием. Обещаю, что мы доберемся до места назначения засветло.

– До ночи? – Эбби скептически фыркнула. – Ты хочешь сказать, что мы доберемся до места ночевки, да?

– Нет, дорогая, – ослепительно улыбнулся Зак. – Мы приедем совсем. Это все, что я собираюсь тебе сообщить. Подожди немножко и увидишь все сама.

В первый раз за последние недели в душе Эбби вспыхнула надежда. Она вышла замуж вопреки собственной воле, зная, что однажды он вернется в Бостон, и изо всех сил противилась этому. Неужели он передумал? Если это так, то почему так резко переменил планы?

Солнце весело сияло, пока фургон катил на восток. В полдень Зак решил сделать остановку, они закусили продуктами, захваченными из гостиницы. Казалось, Зак предусмотрел все. Молодые люди немного погуляли, чтобы размять ноги и через какое-то время продолжили путешествие. Когда Зак подогнал лошадей к вершине холма и остановился, солнце коснулось краешком западного горизонта.

– Вот мы и дома, дорогая, – ласково сказал он.

Эбби задремала, убаюканная монотонным покачиванием фургона. Она подняла голову с его плеча и спросила:

– Что? Что ты сказал?

– Вот наш новый дом, видишь, там с подветренной стороны холма.