Мэй Макголдрик - Пылкие мечты

Но какое ей дело до всего этого, сказала она себе. Пусть живут так, как им хочется, ведут себя так, как им нравится. У Гвинет была своя жизнь.

— Мне выпал случай поговорить с сэром Алланом сегодня утром, — проговорила Гвинет, которую мутило даже от слабого намека на возникновение между ними каких-то отношений. — Я рада сообщить вам, что все недоразумения устранены. Я не выйду замуж за сэра Аллана.

— Почему же ты не выйдешь? — возмутилась Августа, с ненавистью глядя ей в лицо.

Гвинет чуть не попятилась назад, столь страшным было сейчас выражение лица Августы.

— Я пыталась объяснить вам это прошлой ночью. Да, когда-то я рассчитывала на сэра Аллана, питая к нему глубокое уважение, однако я не люблю его.

Августа фыркнула и устремилась дальше, увлекая за собой Гвинет.

— Более того, у меня есть любимый человек, за которого я выйду замуж с большим удовольствием, причем я уверена, что это человек, достойный во всех отношениях.

Они вошли под сень деревьев Оленьего парка. Именно здесь сегодня утром Гвинет видела трех мужчин. Гвинет шла, оглядываясь по сторонам, они уже приближались к озеру.

— Сэр Аллан твой будущий муж! Ни о ком другом я даже слышать не хочу! Я так решила, и ты беспрекословно выполнишь мою волю.

— Но я не могу, — возразила Гвинет. — Человек, о котором я говорю, — это капитан Пеннингтон. Его семья…

— Не сметь упоминать в моем присутствии эту семью! — прорычала Августа. — Не бывать тому, чтобы девушка из рода Дугласов снова опозорила себя родством с кем-нибудь из этой семейки!

— Вы ведете себя странно, тетя. Семья Пеннингтон не сделала ничего такого, что вызвало бы ваш гнев. Особенно Дэвид…

— Ничего? — взорвалась Августа. — Ты считаешь, что убийство моей единственной дочери — это ничего?

— Лайон не убивал ее. И откровенно говоря, Эмма, судя по всему, тоже в какой-то мере виновата в своей смерти. Это все из-за той жизни, которую она вела. Она была немного не в себе, тетя. Да вы сами это видели. Ей всегда хотелось ломать семейные обычаи и устои, изводить и мучить всех, кто окружал ее. Эмма готова была причинить боль любому, если это могло принести ей минутное наслаждение. Не стоит забывать и о том, что она нарушила клятву супружеской верности.

Леди Кэверс остановилась, побелев от злобы.

— Эмма всегда хорошо относилась к тебе! Она опекала тебя, присматривала за тобой. Как ты можешь наводить на нее напраслину?

— Напраслину? — скептически протянула Гвинет. — В комнате Эммы лежат десятки писем, в которых говорится, почти неприкрыто, о ее любовных интрижках, когда она была уже замужем.

— Письма, даже с намеком на флирт, ни о чем не говорят!

— Я собственными глазами видела, как в вашем городском доме Эмма занималась любовью с посторонним мужчиной.

После этих слов случилось такое, чего Гвинет вовсе не ожидала. Неожиданно ее тетя взревела и отвесила ей полновесную пощечину. От удара у Гвинет зазвенело в ушах, а во рту она почувствовала солоноватый вкус крови.

— Ты, неблагодарная сука! Не смей никогда пачкать память Эммы! Сейчас ты у меня поплатишься за это!

Августа потащила Гвинет за собой, но та упиралась изо всех сил. Тогда Августа схватила ее за волосы. Первые несколько шагов Гвинет сделала словно в тумане. Потом увидела озеро. Там на берегу их поджидала закрытая карета со шторками, возле которой на двух лошадях сидели всадники, третья лошадь была привязана к экипажу сзади. Третий мужчина, тот, с кем разговаривал сэр Аллан у конюшни, сидел на козлах. Сам же баронет стоял рядом с открытой дверцей кареты.

— Нет! — снова уперлась Гвинет. Тетя резко дернула ее и с силой поволокла по дорожке.

— Ты поедешь вместе с ними! Ты станешь женой сэра Аллана.

— Не стану! Вы не можете заставить меня! И если вы попытаетесь, я всем расскажу, что вы сделали. Брак будет расторгнут. А вас разоблачат. Вам не удастся уйти от возмездия.

— Ты считаешь, что сумеешь разоблачить меня, моя дорогая племянница? — прошипела Августа. — Так знай, я распущу слух, будто ты убежала вместе со своим возлюбленным. А после свадьбы произойдет несчастный случай, и свидетелей будет вполне достаточно, чтобы сэру Аллану никто не задавал лишних вопросов, а я, убитая горем, потому что не дала своего благословения на брак, уж тем более не буду их задавать, учитывая его интересы.

— Многие уже догадываются о ваших с ним отношениях. И ваша семья, и прислуга — уже все знают о вашей непристойной связи.

Гвинет скова вскрикнула от боли, когда Августа яростно дернула ее за волосы, заставляя идти вперед. Сила ее вызывала изумление.

— Сейчас приедет Дэвид. Он будет уже в Гринбрей-Холле, когда вы вернетесь. Дэвид ни за что не поверит, что я убежала с сэром Алланом.

Гвинет снова вскрикнула от боли, так как Августа, по-прежнему не выпускавшая ее волосы, стала вдобавок толкать ее в спину. Гвинет казалось, будто у нее кожа отрывается от головы.

— Ничего, скоро я покончу с тобой. План Ардмора был слишком сложен для осуществления. Все, что мы задумали, этот мерзавец Пеннингтон сумел расстроить. Какая я была дура, что сразу не взяла дело в свои руки!

Гвинет хотела возразить, но с ужасом поняла — поздно. К ним уже приближались двое всадников, да и сама карета потихоньку двинулась в их сторону.

Нет, не может все кончиться вот так! Она не сдастся без борьбы.

Да, ей пришлось когда-то убить человека. Но Вайолет не знала, сумеет ли она повторить это еще раз. Сейчас у нее в руках было оружие, которым она не умела пользоваться.

Сжимая заряженный пистолет, взятый из клетушки смотрителя, она под прикрытием деревьев следила за борьбой Гвинет с Августой, как вдруг заметила приближавшихся к ним головорезов сэра Аллана.

Вайолет быстро уговорила старого смотрителя, и Роберт, получив подробные наставления, тут же отправился за капитаном Пеннингтоном. Как только он умчался, стало ясно, что бессмысленно ждать помощи от остальных слуг. Разве могла Вайолет вразумительно им что-то объяснить? Разве ее подозрения могли заставить прислугу действовать?

Мужчины уже были совсем рядом с Гвинет и Августой. Но Вайолет, прежде часто наблюдавшая в Мелбери-Холле, как мужчины упражняются в стрельбе из револьвера, сама никогда не стреляла. Она не умела даже целиться.

Надо было отвлечь внимание от Гвинет, и притом незамедлительно. Вайолет, взведя курок, подняла револьвер дулом вверх, отвернулась и выстрелила в воздух.

Роберт застал Дэвида и Траскотта, только что вернувшихся в Баронсфорд. Сообщение Гвинет, не очень-то ясное по смыслу, сразу насторожило Дэвида. Она никогда не просила его о помощи. Если Гвинет послала за помощью — значит, ей грозит смертельная опасность. А объяснения Роберта еще больше встревожили Дэвида.