Эйна Ли - Гордость и соблазн

Что, если он потерял слишком много крови? Что, если доктор не сможет вытащить пулю? Что, если он никогда не придет в сознание?

Эмили хотелось громко закричать, потому что эти «если», которые наступали на нее со всех сторон, сводили ее с ума. Что, если бы она осталась в поезде, как он и приказывал ей? Тогда бы его не ранили!

Это она во всем виновата. Он лежит здесь, и кровь медленно вытекает из его тела, и жизнь покидает его. Если случится худшее, как Эмили сможет жить с этим дальше — как она сможет жить без него?!

Став на колени перед Джошем, она сжала его руку.

Потом, приникнув щекой к его неподвижному телу, она громко зарыдала, не в силах терпеть мучительную боль в сердце.

Когда паровоз с пыхтением въехал на станцию Лас-Вегаса, Эмили сразу узнала среди стоящих на платформе людей доктора. Он довольно часто обедал в ресторане Гарви. Это объясняло и то, что рядом на платформе стояла Роза.

Для Эмили было большим утешением увидеть подругу, и, когда она сошла с поезда, девушки молча обнялись. В это время доктор следил, как Джоша перекладывают на носилки. Роза крепко взяла Эмили под руку, и они пошли следом.

Ожидание в приемной доктора было напряженным: операция происходила за закрытыми дверями. Розе удалось вытянуть из Эмили несколько слов, и она не стала больше вынуждать се говорить. Девушка чувствовала, что присутствие рядом верной подруги подбадривает ее, и она надеялась, что Джош тоже как-нибудь почувствует, может быть, шестым чувством, что она рядом и переживает за него, и это поможет ему справиться с опасностью.

Когда доктор показался в дверях, она вскочила на ноги. Роза успокаивающе взяла ее за руку. С мрачным лицом доктор сказал:

— Ну что ж, я успешно извлек пулю, и хотя он все еще не пришел в сознание, могу заверить вас, что его организм позволяет делать самые благоприятные прогнозы.

— Благодарю Тебя, Господи! — воскликнула Эмили, обнимая Розу и снова поворачиваясь к доктору. — Спасибо вам, доктор!

— Эмили, пока еще опасность не миновала. Этот молодой мужчина потерял довольно много крови, поэтому сейчас я не могу что-либо прогнозировать. У вас есть где остановиться? Я рекомендую ему покой и тишину.

— Я собиралась снять комнату в гостинице, — ответила Эмили.

— Прекрасно. Я прослежу, чтобы его переправили туда, и приду сегодня позднее, чтобы проверить его состояние. Сейчас для него постельный режим — самое лучшее лекарство. Когда к нему вернется сознание, я уверен, он попытается встать. Я бы советовал воздержаться от этого еще пару дней.

— Я уже была уверена, что он никогда не поднимется, доктор…

Доктор посмотрел на нее и крепко пожал ей руку.

— Дорогая, не беспокойтесь. Как я уже говорил, он молодой здоровый мужчина. Я уверен, что через пару дней он будет уже сидеть и требовать большой кусок сочного жареного мяса. — Он лукаво подмигнул. — Или чего-нибудь еще.

Эмили покраснела от этого намека, но была слишком обрадована известиями, чтобы обижаться. Роза хихикнула:

— Что, доктор Хагис, вы вправду так думаете?

— Спасибо, доктор, — быстро перебила ее Эмили, прежде чем они углубились в эту тему.

— И еще доктор настаивает, чтобы вы тоже немного отдохнули, деточка. У вас такой бледный и усталый вид, совсем как у нашего больного. Вам понадобится вся ваша сила, когда к нему вернется сознание, поэтому пользуйтесь случаем и немного поспите сейчас.

— Я прослежу, чтобы она выполнила ваши предписания, доктор, — добавила Роза.

— Вот и прекрасно. А теперь позвольте проверить, какие у нас приготовлены апартаменты, чтобы мы могли положить мистера Маккензи в постель.

Некоторое время спустя Джош был со всей возможной осторожностью переправлен в ту же самую комнату гостиницы, которую он занимал раньше и из окна которой совсем недавно наблюдал дымящиеся развалины «Гарви-Хауса».

Роза вернулась в ресторан, чтобы обслуживать вечерних пассажиров. Вещи Эмили и Джоша также были доставлены в гостиницу.

Доктор настоял, чтобы Эмили сняла для себя соседнюю комнату, но она не имела никакого желания оставлять Джоша одного в комнате — и даже спать в другой кровати. Ее место — рядом с ним. Если доктор настаивает, чтобы она отдохнула, она никуда не пойдет, а ляжет рядом с Джошем.

Девушка скинула туфли и легла рядом с ним на покрывало. Закинув руку, она прикрыла ладонью глаза и почувствовала, как напряжение последних дней отпускает ее. До сих пор за всеми тревогами она как-то не замечала, насколько устала.

Неожиданно ее глаза распахнулись, и она резко села на кровати: она явственно ощутила пожатие его руки. Она наклонилась к Джошу и встретила взгляд самых прекрасных на всем белом свете сапфирово-голубых глаз.

— Эми, что случилось? Где мы?

— Мы в гостинице, в Лас-Вегасе. Доктор только что вынул из твоего плеча пулю, и ты потерял много крови, поэтому еще очень слаб.

— Да… чувствую… что очень слаб… — И он снова потерял сознание.

Эмили легла на бок и подставила руку под голову. Опершись на локоть, она стала смотреть в его лицо. Темная щетина покрыла щеки Джоша, и она любовно провела пальцем по небритому подбородку.

— Детектив Маккензи, я думаю, что попробую побрить вас завтра утром.

Наклонившись к его уху, она прошептала:

— Я люблю тебя, Джош.

Потом девушка легонько поцеловала его в губы, легла на спину и закрыла глаза.

Перед тем как заснуть, она взяла его руку в свою.

Эмили проснулась оттого, что кто-то стучал в дверь, и уже давно. Взглянув на часы, она поняла, что прошло почти четыре часа с тех пор, как она легла.

Она поднялась и открыла дверь. На пороге стоял доктор Хагис.

— Простите меня, что я пришел так поздно, — сказал он, поспешно входя. — Сегодня у меня был очень насыщенный день. С тех пор как я в последний раз был у вас, с моей помощью появился на свет младенец.

— Младенец — это прекрасно!

Эмили зажгла лампу.

— А как себя чувствует наш пациент?

— Он пришел в сознание на несколько секунд, доктор. Спросил, что случилось и где он находится. А потом заснул.

— Это хорошие новости. Сейчас я осмотрю его и сменю повязку на ране.

Он выжидательно посмотрел на нее, и до нее дошло, что он ждет, чтобы она вышла из комнаты. Извинившись, она вышла, закрыв за собой дверь, соединяющую обе комнаты.

Покинув комнату, она сразу решила воспользоваться возможностью пойти в ванную и освежиться. К тому времени как доктор тихонько постучал в смежную дверь, Эмили уже переоделась в ночную рубашку, надела сверху халат и тщательно подпоясалась.

— Как он, доктор Хагис?

— Я боюсь, что у него началась лихорадка, Эмили. Увидев ее обеспокоенный взгляд, он добавил: