Елена Езерская - Бедная Настя. Книга 3. В поисках счастья

— Это мои любимые, — кивнула Наташа, искоса наблюдая за Андреем и Татьяной.

— Глупости и дамское суеверие, — отмахнулся Андрей от предупреждения.

— Ах, какое чудо! — воскликнула Соня и тут же поднесла флакончик к лицу Татьяны. — Какой приятный необычный аромат! Танюша, понюхай!

— Спасибо, барышня, но мне духи в деревне ни к чему, — отклонилась было Татьяна.

— Понюхай! — требовательным тоном велела Наташа, и под ее взглядом Татьяна приблизилась к флакону.

— Таня! Осторожно! — видя, что она падает в обморок, бросился к ней Андрей. — Наташа, как тебе не стыдно! Зачем ты полезла к ней со своими духами? Все будет хорошо, Танюша.

— Ничего, Андрей Петрович, сейчас пройдет, — постаралась улыбнуться бледная Татьяна, — минутная слабость. Простите, я пойду к себе, голова что-то разболелась.

— Может быть, тебе помочь? — предложил Андрей.

— Андрей! — возмущенно позвала его Наташа.

— Нет, спасибо, — отказалась Татьяна, — мне уже намного лучше. Пойду я.

— Это что еще за нежности? — с удивлением спросила Долгорукая, когда Татьяна вышла из гостиной. — С каких это пор ты крепостную прислугу вызываешься до комнаты проводить?

— Действительно, странно, — поддержал ее князь Петр, смущенно прятавший от сына глаза — он знал о симпатии Андрея к Татьяне и уже не раз говорил с ним о неразумности этой связи.

— Да что вы! — всплеснула руками наивная Соня. — Андрей просто испугался за Таню.

— Наташа… — Андрей опомнился и обернулся к своей невесте, которая смотрела на него с нескрываемой ненавистью и обидой.

— Не трогай меня, — тихо, но твердо сказала Наташа.

— Но ты же сама знаешь, она…

— Отойди от меня! — оборвала его Наташа и выбежала из гостиной.

Андрей растерянно смотрел ей вслед — он был подавлен случившимся и во всем винил только себя. Он был неосторожен, ах, как он был неосторожен! Андрей едва не выдал свою тайну, и, слава Богу, что Наташа в силу своего пламенного характера не стала продолжать немедленного разбирательства на месте и ушла. А у него появилось время для того, чтобы одуматься и взять себя в руки.

Наташе тоже было о чем подумать — и по прошествию некоторого времени она решила, что была не права и напрасно устроила всю эту сцену. Кроме нее с Андреем, никто не знал о беременности Татьяны, и только он мог поддержать ее, ибо сама же она и послужила причиной ее недомогания. Наташа просто не сообразила, что сочный цветочный букет может вызвать столь неожиданный для нее эффект. Она, конечно, видела, как Татьяна упала в обморок в кабинете у доктора Штерна, но ведь то были медицинские запахи, а это же духи?!

Будучи человеком отходчивым и справедливым, Наташа почувствовала свою вину перед Татьяной и собралась сейчас же навестить ее, но, проходя через гостиную, столкнулась с только что приехавшим Забалуевым. Он по своей обычной наглости, прежде чем пройти в кабинет к князю Петру, покусился на наливку в буфете. Наташа застала его за дегустацией и недовольно кашлянула, давая понять, что тот в гостиной уже не один.

— О! — растекся в сладчайшей улыбке Забалуев. — Давно не виделись, княжна. Как ваши приготовления к свадьбе? Надеюсь, уже все готово? Я молюсь, чтобы у вас все прошло так же благополучно, как и на нашей свадьбе с Елизаветой Петровной. И, кстати, где она?

— Не знаю, — нехотя ответила Наташа, — мы ее с обеда не видели.

— А чего это к вам Никитка пожаловал? Поди-ка, с поручением от Корфа? Опять ваш братец против меня чего-то затевает?

— Никита здесь? Уже приехал? — обрадовалась Наташа.

— Вот так радость! — ехидно заметил Забалуев. — А вас-то он чем ублажил?

— Он не ко мне, а к своей невесте приехал, противный вы человек, — осуждающе покачала головой Наташа. — Во всем заговоры видите, а до простых человеческих радостей вам и дела нет.

— А позвольте узнать — кто счастливица? Глядишь, и я порадуюсь.

— Татьяна.

— И с каких это пор они так близки стали?

— Татьяна за него замуж выходит, — улыбнулась Наташа, — какой вы непонятливый.

— Быть не может того! — воскликнул Забалуев, и это вышло у него столь убежденно, что Наташа насторожилась.

— Почему не может?

— Никита по Анне сохнет, бывшей возлюбленной вашего брата, она для него — как свет в окошке. Разве только разлюбил он ее и полюбил Татьяну? А жениться-то сразу с чего?

— Татьяна ребеночка от него ждет, — растерянно объяснила Наташа, и сама не понимая, почему рассказывает ему все это.

— Нет, вот уж это точно не от него. Здесь кто-то другой постарался, — Забалуев выдержал солидную паузу и словно невзначай поинтересовался, — и Андрей Петрович это разрешили?

— А при чем здесь Андрей? — вздрогнула Наташа.

— Сами-то не догадываетесь? — гадко ухмыльнулся Забалуев. — Так подумайте, умишком пораскиньте. Вы барышня взрослая, с головой, может, до чего и додумаетесь. Извините, мне пора — хотел к господам наведаться, про их столичный вояж разузнать. Честь имею!

Наташа мужественно перенесла его нахальство и дождалась, пока Забалуев уйдет. Потом она несколько раз глубоко вздохнула и решилась — пошла к Татьяне.

То, что она увидела, открыв дверь, ее потрясло — Андрей стоял на коленях перед кроватью, на которой сидела усталая и слегка опухшая от слез Татьяна, и утешал ее.

— Наташа?! — воскликнул он, обернувшись на ее сдавленное «ах!».

Татьяна тут же зарделась и, намеренно вежливо поблагодарив его за помощь, попросила оставить ее. Андрей смутился и поднялся с колен. Наташа встретила его у двери полным гнева и боли взглядом.

— Андрей, мне невыносимо долее делать вид, что все в порядке, — настойчиво сказала она, когда они вышли в коридор. — Я хочу знать правду. Я хочу задать тебе прямой вопрос и получить на него честный ответ. Ты отец Татьяниного ребенка?

— Почему ты считаешь, что Татьяна ждет ребенка от меня? — Андрей отвел глаза в сторону.

— Я прошу тебя — если ты хотя бы немного уважаешь меня, ответь мне правду! Или что — духу не хватает? Совершать ошибки проще, чем раскаиваться в них?

— Ты права, — разом выдохнул Андрей после непродолжительного молчания, — отец ребенка Татьяны — я.

— Значит, так теперь любят в благородных семействах? Или это такая традиция в доме Долгоруких? — зло спросила Наташа, памятуя рассказанную ей Соней историю воскрешения князя Петра. — А не ты ли говорил мне, что любишь меня и только меня?

— Но я действительно люблю тебя! — вскричал Андрей.

— И это любовь ко мне толкнула тебя в постель к крепостной?

— Поверь, я всю жизнь буду жалеть о той боли, которую причинил тебе. Прошу, прости меня.