Элизабет Эллиот - Тигровая лилия

– Поплачь, любимая, – прошептал он. – Не держи это в себе. Тебе надо выплакаться.

Вода смыла грязь с ее тела, а слезы омоют ее душу, подумалось ему, изгнав оттуда страдание. Она рыдала у него на груди, пока всего не залила слезами. Тогда ему пришлось встать и пойти за полотенцем. А она все плакала и плакала, то затихая, то сотрясаясь в громких рыданиях.

– Все кончилось, Лили. Его больше нет.

Она приподнялась на одном локте и посмотрела ему в лицо. Ее глаза были красными от слез, а голос чуть охрип от рыданий.

– Из-за меня ты убил человека. Теперь будет дознание. – Она снова припала к его груди и обвила руками его шею. – А потом будет суд! О Майлс! Что, если тебя теперь посадят в тюрьму?

Итак, пережив, весь этот кошмар, от которого всякая другая женщина билась бы неделю в истерике, Лили плакала, оказывается, из-за него, волновалась о его судьбе. Ее слова настолько поразили Ремингтона, что он потерял дар речи. Поглаживая ее по голове, он наконец придумал, что сказать.

– Успокойся, Лили. Не будет никакого судебного разбирательства. Я просто запрещаю тебе переживать из-за того, чего никогда не случится.

– Но…

Он чуть отодвинул ее от себя и прижался губами ко лбу.

– Конечно, будет дознание, однако здесь более чем достаточно свидетелей, которые подтвердят под присягой, что у лорда Аллена было неладно с головой. Он проник в нашу комнату в состоянии буйного помешательства, угрожал нам обоим пистолетом. Я просто вынужден был защищаться. И это все, что должны узнать власти.

– Но все случилось совсем не так!

– Нет, все произошло именно так. Никому не надо знать о том, что на самом деле он напал на тебя. Это только породит ненужные нам слухи. Аллен – сумасшедший. Однако любой, кто не видел его сегодня здесь, непременно спросит себя: «А что, собственно, он делал в спальне леди Ремингтон? И не поэтому ли он теперь мертв?..» Эти домыслы могут очень сильно навредить нам. Поэтому ты должна всем говорить, что я был тоже там, с тобой, в тот момент, когда Джордж Аллен проник в нашу комнату.

Глаза Лили на миг широко раскрылись.

– Но в коридоре были и другие люди. Что, если кто-то из них расскажет о том, что было на самом деле?

– Все на самом деле было именно так, как я тебе сказал.

У него имелись проверенные способы добиваться от свидетелей нужных ему показаний.

– Так ты меня поняла? Тебе совершенно не стоит беспокоиться о дознании. Оно начнется еще не скоро и продлится не более часа.

– А мы не должны оставаться здесь до этого времени?

Он покачал головой.

– Отсюда до Лондона ни одна душа не посмеет усомниться в правомерности того, что я делаю. Мы возвращаемся с тобой в город..

Лили на мгновение задумалась, будто что-то ее угнетало.

– А как же слухи? Как только обо всем узнают, разразится страшный скандал. Как я буду смотреть людям в глаза?

– Не бойся, я буду с тобой рядом, – сказал он уверенно. – Все не так страшно, как тебе кажется. Лили. Доверься мне. Все будет хорошо.

Он был рад, что она не обсуждала смерть Аллена. Главное – она сама осталась жива. И в данный момент ей не угрожала никакая опасность. Эти два обстоятельства весьма радовали герцога, и пока он больше ни о чем не желал думать.

– Закрой глаза, любовь моя, и постарайся отдохнуть. Тебе не мешало бы немного поспать.

Она немного насупилась, но потом покорно устроилась у него на плече и затихла. Она очень долго молчала – он решил, что она действительно заснула. Но вдруг услышал ее шепот:

– Я очень боялась, пока ты не пришел меня спасать. А потом я опять до смерти испугалась, когда ты стал дразнить его. Я ведь не знала, что у тебя был второй пистолет. А когда я услышала первый выстрел, я… – Ее голос дрогнул, и она крепче прижалась к его плечу. – Я думала, он убил тебя! Пожалуйста, никогда больше меня так не пугай.

Ремингтон ничего не ответил. Сумасшедший убийца держал ее на прицеле, а она в это время дрожала от страха за жизнь своего мужа? Он лежал, молча уставившись в потолок. Интересно, узнает ли она когда-нибудь, что в тот момент, когда он увидел пистолет Аллена, приставленный к ее виску, в нем что-то умерло. И это была та самая частичка цинизма в его сердце, которая заставляла его думать, что он не способен больше любить.

18

На следующее утро Лили проснулась в своей комнате в лондонском доме герцога Ремингтона. Их вчерашней поездки до Лондона она почти не помнила, точно знала только одно: муж всю дорогу держал ее у себя на коленях. Она то просыпалась, то опять проваливалась в дрему, чувствуя себя страшно усталой – не столько физически, сколько морально. А как они прибыли в дом – уже глубокой ночью, – не помнила вообще.

Знакомая спальня показалась ей очень уютной. В этой пахнущей лавандой комнате ничего не изменилось за время ее отсутствия. В большом шкафу даже все еще висело ее полосатое розовое платье.

Спустившись в библиотеку, она обнаружила там не только мужа, но собственного отца и сэра Малкольма. Все трое поднялись, приветствуя ее.

—Лили! – Граф шагнулей навстречу. – Дитя мое! Ты не ранена? Аллен не причинил тебе вреда?

Она успокаивающе улыбнулась.

– Я прекрасно себя чувствую, папа.

В эту минуту к ней подошел Ремингтон. Поцеловав ей руку, он с обеспокоенным видом сказал:

—Вам следовало бы отдохнуть сегодня, Лили. Я специально не будил вас, так как думал, что этот разговор будет слишком тяжел для вас.

– Но я правда прекрасно себя чувствую, – заверила она его. – Если вы не возражаете, я бы хотела узнать, что мой отец и сэр Малкольм думают о… вчерашнем происшествии.

Темные брови герцога сдвинулись.

– Я бы не хотел, чтобы вы снова расстроились, – угрюмо сказал он.

–Я гораздо выносливей, чем вы думаете, милорд.

Он с видимой неохотой кивнул ей и проводил к своему месту за письменным столом, а сам встал сзади, положив руку на спинку кресла.

– Ремингтон только что поведал нам о том, что произошло с вами в «Медном кольце», – сказал граф, – Вот уж не думал, что главным действующим лицом во всех наших несчастьях окажется лорд Аллен.

– Должно быть, тогда на балу у Эшландов ему удалось на время ускользнуть, а затем незаметно вернуться, – предположил сэр Малкольм.

– И я принимал его в своем доме! – воскликнул граф Кроффорд, чуть вздрогнув. – А Лили была совсем рядом, в своей комнате. Но как он мог так спокойно просить меня о позволении ухаживать за ней – после всего, что он учинил!

В ответ на это лорд Байнбридж озадаченно нахмурился.

– Но вот что я никак не могу понять: почему он не приехал со своей просьбой раньше – до того, как напал на Лили? Ведь тогда она была совершенно свободна.