Дороти Гарлок - Река вечности

– Они привели Джерри, чтобы он все видел. Он... вдруг взбесился.

– Джерри умер. – Тенеси подошла и опустилась на колени перед лавкой, где сидели Мерси и обнимавшая ее Либерти. – Он прожил несколько минут. Я держала его за руку и гладила по голове. Мне показалось, что он был в здравом рассудке. Он называл меня... мама. – По щекам Тенеси катились крупные слезы. – Бедняжка.

Либерти огорченно вздохнула. – Джиму будет плохо без него.

– Они ударили Джима?

– Но прежде чем его ударили, он успел заметить твои светлые волосы. Старик не знал, ты это или я. Бедняжка Джим, с такой тяжелой раной доползти до дома!

– Джерри убил их всех? – Мерси избегала смотреть на лежащие в комнате тела.

– Мы поговорим об этом, когда доберемся до дома. Даниэль сойдет с ума от переживаний. Он беспокоился, что тебя не было в доме, когда начался дождь. Я только собралась поискать тебя, когда еле стоявший на ногах Джим открыл дверь.

– Либерти схватила ружье. Мы оставили Элеонору с Даниэлем, а Минни – с Джимом.

Тенеси нашла старый пиджак и накрыла лицо Джерри.

– Слава Богу, Фарр научил меня обращаться с ружьем. – Либерти помогла дочери подняться на ноги. – Я была уверена, что никогда уже не увижу вас, Хаммонд Перри. Вы хотели убедиться, что я знаю, кто вы такой?

– Он еще сказал, что очень хочет, чтобы папа был здесь и видел все, что он собирался сделать. Хаммонд говорил, что они оставят меня здесь наедине с Джерри и что его за это повесят...

– Джерри спас тебя. Джима это должно хоть немного утешить.

Либерти посмотрела на человека, который вот уже двадцать лет постоянно стоял на ее пути и пути близких ей людей. Теперь враг лежал у ног женщины, как маленькая ядовитая змея. После смерти он стал еще меньше.

– Собаке – собачья смерть, Хаммонд Перри. Мир ничего не потерял бы, не родись вы на белый свет.

Либерти Куил взяла свою дочь за руку, и они вместе вышли в темную, дождливую ночь.

Минни с фонарем в руках стояла на крыльце, когда три усталые мокрые женщины вынырнули из темноты.

– Кто это? Кто это? – спрашивала Минни. – Если это не мисс Куил, я буду стрелять.

– Это мы, Минни. Не стреляй! – воскликнула Либерти и добавила для Мерси и Тенеси: – У нее даже нет пистолета.

– Вы ведете мисси?

– Да, и с ней все в порядке.

– Слава тебе, Господи! Аллилуйя! – радовалась Минни.

– Миста Дэн, она идет! Мисс Куил нашла мисси! Идите скорее сюда, – ворчала она. – Миста Дэн совсем извелся, он так волнуется.

Минни с нежностью обняла Мерси.

– Со мной все в порядке, Минни. Только промокла.

– Только промокла? А почему у тебя разорвано платье?

– Мы все расскажем тебе позже, – сказала Либерти и открыла дверь.

Первым, кого увидела Мерси, был Даниэль, сидящий на стуле посередине кухни с ружьем на коленях.

– Слава Богу, ты здесь, – выдохнула Элеонора. – Он уже собирался идти искать тебя.

– Денни! – Мерси бросилась к нему, опустилась на колени и уткнулась лицом в грудь Даниэля. Ружье упало на пол, а его руки обхватили жену.

– Дорогая, любимая! О, Боже, я чуть не сошел с ума.

– Денни, я думала, что уже больше никогда не увижу тебя.

– Что с ней произошло? – Глаза Даниэля были холодны, как сталь, когда он посмотрел на Либерти.

– Хаммонд Перри, – тихо произнесла Либерти. – Он отвез ее в хижину Джима. Ничего не случилось. Джерри спас ее. – А... Перри?

– Он мертв. – А его люди? – Тоже мертвы. Ты узнаешь обо всем позже, а сначала я хочу кое-что сказать Джиму.

Почувствовав огромное облегчение, Даниэль привлек к себе жену и поцеловал в макушку.

Либерти опустилась рядом с Джимом, который никогда еще не сидел в присутствии белого человека. Сейчас он расположился за столом, потому что Даниэль настоял, чтобы он поужинал.

– Джим! – мягко сказала Либерти, – Джерри умер.

– О, Господи, Господи!

– Он умер, защищая Мерси от насильников и убийц.

Мне очень жаль. – Она взяла руку старого человека. – Джерри был очень отважным. Мы очень гордимся вами и благодарны за то, что вы оба для нас сделали. Прости, что я не смогла помешать тому человеку убить его.

– Джерри умер. О, Господи. Я должен пойти к нему.

– Нет. Оставайся на ночь у нас. Завтра мы похороним его. Твой сын был не один, когда умирал. Тенеси держала его руку. И, Джим, он назвал ее – Мама. Где бы он сейчас не был, Джерри не в сумасшедшем доме, а с теми, кто его любит.

– Боже. О, Боже, мисс Куил... – По лицу старика текли слезы. Минни подошла и обняла его за плечи, а Либерти заботливо вытирала лицо платком.

Элеонора и Тенеси тоже были в слезах. Мерси подняла голову и посмотрела в суровое лицо мужа. Его лоб покрылся испариной, мышцы на плотно сжатых челюстях подрагивали.

– Как ты оказался на кухне? – спросила Мерси.

– Он прыгал на одной ноги, используя ружье в качестве трости, – сказала Элеонора. – Гевин – самый упрямый человек в мире, а Даниэль ему не уступит.

– Тебе нужно вернуться в постель, – велела Мерси и вдруг поняла, каких усилий стоило ему подняться на ноги и выйти на кухню. На рубашке расплывались темные пятна крови – на плече опять открылась рана!

– Мы с Тенни позаботимся о нем, Мерси, – сказала Либерти. – Сними свою мокрую одежду, милая. Ты так же измучена, как и он.

Из головы Либерти не выходила мысль о Фарре, уехавшем искать Джорджа. Она всегда беспокоилась, когда его не было рядом. Муж ужасно расстроится при сообщении о Хаммонде. Фарр и предположить не мог, что он заявится в Куил Стейшн. Но Перри, как всегда, напал неожиданно, и они навсегда могли потерять Мерси.

Хаммонд принял свою смерть от двух человек, которых он и за людей-то не считал – Джима и его сумасшедшего сына Джерри. «Кто бы мог подумать, – размышляла Либерти, – что Джерри, всю жизнь проживший в потемках, вдруг придет в сознание и поможет Мерси в час смертельной опасности. Фарр, дорогой, спеши домой, я так скучаю без тебя!» Либерти помогла сменить повязку на плече Даниэля и уложила его поудобнее на кровати. Как она любила эту пару! Когда-то никому не нужные сироты стали ей такими же дорогими, как ее собственные дети. Эстер Бакстер, которую Эми назвала Мерси, и Даниэль – серьезный маленький мальчик, – выросли, полюбили друг друга и поженились. Как быстро пролетело время!

Поскорей возвращайся, Фарр, мне так много нужно рассказать тебе!

Наконец, они остались одни. Дверь была закрыта, и Мерси, уютно пристроившись рядом с Даниэлем, положив голову на его здоровое плечо, говорила и говорила, перемежая слова нежными поцелуями. Она подробно рассказала ему, что с ней произошло. А он в ответ повторял, что не находил себе места, когда ее не было дома.