Лиза Клейпас - Искушай меня в сумерках

Мировую популярность булочки бриошь приобрели благодаря искренней любви, которую питал к ним известный французский художник Эдуард Мане. В своих натюрмортах и жанровых сценках Мане часто уделял внимание этим вкусным малюткам. На музыкальных вечерах, которые устраивала супруга Мане, бриошь всегда господствовала за чайным столом. В лучших традициях буржуа бриошь украшали живой розой и подавали с мармеладом или шариком фруктового мороженого.

Длительность приготовления бриошей постепенно привела либо к упрощению технологии (а отсюда и к изменению вкуса), либо к отказу от слишком хлопотного занятия. Сейчас бриошами часто называют полусдобный хлеб или булочку, состоящую из трех-четырех небольших шариков, соединенных вместе. К настоящим бриошам такие хлебные изделия никакого отношения не имеют.

5 Эразм Роттердамский (Дезидерий) (лат. Desiderius Erasmus Roterodamus, нидерл. Gerrit Gerritszoon; 27 октября 1466?, Роттердам – 12 июля 1536, Базель) – один из наиболее выдающихся гуманистов, которого вместе с Иоганном Рейхлином современники называли "двумя очами Германии".

Родился, как гласит надпись на воздвигнутом ему в памятнике, 28 октября 1467 года (эта дата оспаривается некоторыми биографами, отдающими предпочтение 1465 году), в городе Роттердаме в нынешней Голландии. Отец его, принадлежавший к одной из бюргерских фамилий городка Гауды (в Южной Голландии), увлекся в юности одной девушкой, которая отвечала ему взаимностью. Родители, предопределившие сына к духовной карьере, решительно воспротивились вступлению его в брак. Влюбленные, тем не менее, сблизились и плодом их связи был сын, которому родители дали имя Герхард (Герхард Герхардс, Gerchard Gerchards), то есть желанный, – имя, из которого, путем обычной в ту пору латинизации и грецизации, был впоследствии образован его двойной литературный псевдоним Desiderius Erasmus, заставивший забыть его настоящее имя.

6 Роджер Бэкон (англ. Roger Bacon; около 1214 – после 1294; известен также как Удивительный доктор (лат. Doctor Mirabilis) – английский философ и естествоиспытатель. Преподавал в университете в Оксфорде. В 1257 вступил в орден францисканцев.

Отвергая догмы, основанные на преклонении перед авторитетами, и схоластическое умозрение, Роджер Бэкон призывал к опытному изучению природы, к разработке оптики, механики ("практической геометрии"), астрономии. Целью всех наук считал увеличение власти человека над природой.

Свои работы считал подготовительными к задуманной им обширной энциклопедии наук.

Глава 26

(перевод – Kliomena, бета-ридинг – Nara, вычитка – Фройляйн)

Человеку, уважающему расписания так, как Гарри, опаздывать было не просто не характерно, это было сродни преступлению. Потому, когда он днем не вернулся в отель после посещения фехтовального клуба, Поппи не на шутку заволновалась. Спустя три часа муж так и не появился, и она вызвала Джейка Валентайна.

Помощник тут же явился, его лицо выражало тревогу, каштановые волосы находились в таком беспорядке, словно он в раздражении дергал себя за них.

– Мистер Валентайн, – хмурясь, обратилась к нему Поппи, – известно ли вам что-нибудь о местонахождении мистера Ратледжа в данный момент?

– Нет, мэм. Кучер только что вернулся без него.

– Что? – приходя в ярость, спросила Поппи.

– Он ждал его в обычное время и привычном месте и, когда мистер Ратледж не явился спустя час, зашел в клуб навести справки. Был произведен поиск. Мистера Ратледжа не оказалось ни в одном из помещений. Хозяин клуба расспросил посетителей, не видели ли они, как мистер Ратледж уходил с кем-либо, возможно, садился в экипаж, или хотя бы упоминал о своих планах, но никто ничего не видел и не слышал после того, как мистер Ратледж окончил свою тренировку. – Валентайн умолк и провел тыльной стороной кулака по губам – этого выдающего нервозность жеста Поппи ранее за ним не замечала. – Кажется, он просто исчез.

– Подобное уже случалось? – спросила она.

Валентайн отрицательно покачал головой.

Они уставились друг на друга, осознавая, что произошло нечто очень нехорошее.

– Я вернусь в клуб и поищу его снова, – сказал Валентайн. – Кто-то же должен был что-то видеть.

Поппи заставила себя ждать. Возможно, ничего плохого не стряслось, говорила она себе. Возможно, Гарри пошел с кем-то из знакомых и вернется в любой момент. Но инстинктивно она знала, что с ним что-то случилось. Казалось, ее кровь заледенела... тело сотрясалось, цепенея от ужаса. Она вышагивала по номеру, потом спустилась в холл, где находились такие же взволнованные портье и консьерж.

Ко времени возвращения Валентайна на Лондон опустилась ночь.

– Нигде ни следа, – сообщил он.

Поппи похолодела от страха.

– Надо сообщить в полицию.

Он кивнул.

– Уже сделано. Некогда я получил наставления от мистера Ратледжа на случай, если произойдет нечто подобное. Я уведомил констебля по особо важным делам на Боу-стрит, а также Уильяма Эдгара – взломщика из Южного Лондона.

– Взломщик? Это кто?

– Вор. От случая к случаю он также занимается контрабандой. Мистер Эдгар знаком со всеми улицами и трущобами города.

– Мой муж велел вам обратиться к констеблю и преступнику?

Валентайн несколько смущенно взглянул не нее.

– Да, мэм.

Поппи приложила пальцы к вискам, пытаясь успокоить бег мыслей. Болезненные рыдания зарождались в ее горле, но она сумела подавить их, вытерев рукавом влажные глаза.

– Если он не найдется к утру, – сказала она, принимая протянутый ей платок, – я хочу дать объявление о награде за любую информацию, которая приведет к его безопасному возвращению, – она неделикатно высморкалась. – Пять тысяч – нет, десять тысяч фунтов.

– Да, мэм.

– И мы должны предоставить полиции список.

Валентайн непонимающе посмотрел на нее.

– Список?

– Людей, которые могли желать ему зла.

– Это будет не просто, – пробормотал Валентайн. – По большей части я не мог отличить его друзей от врагов. Некоторые из его друзей с удовольствием бы убили его, а один или двое врагов на самом деле назвали своих детей в его честь.

– Полагаю, мистера Бэйнинга можно рассматривать в качестве подозреваемого, – сказала Поппи.

– Я думал об этом, – признался Валентайн, – особенно в свете его недавних угроз.

– И вчерашняя встреча в Военном министерстве – Гарри сказал, что они были им недовольны, и он, – она затаила дыхание, – он говорил что-то о мистере Кинлохе, который хотел его где-то запереть.

– Я немедленно сообщу констеблю, – сказал Валентайн. Видя, как наполняются влагой глаза Поппи и искривляются губы, он торопливо добавил, – мы найдем его. И помните, что с чем бы ни столкнулся мистер Ратледж, он сумеет о себе позаботиться.