Лесли Пирс - Помни меня

Но Мэри вовсе не винила мужчин за то, что они избили Уилла. И Джеймс, и Уильям говорили ему, что он должен уничтожить журнал, и она хорошо знала, почему он этого не сделал. Он считал себя героем и хотел, чтобы это признал весь мир. Даже если бы Уилл не выболтал все в пьяном виде, когда-нибудь это вышло бы наружу. И тогда журнал стал бы свидетельством его невероятного подвига. А еще он, вероятно, думал, что сможет заработать на этом.

— Почему тебе не хватало того, что у нас было? — спросила Мэри с горечью. — Мы находились в безопасности, Эммануэль поправлялся. Господи, да мы же все были счастливы! Но тебе этого оказалось мало. Ром, другие женщины…

— У меня не было других женщин, — прервал он ее.

Мэри глухо рассмеялась.

— Готова поспорить на что угодно, что ты жил у какой-то шлюхи. Именно она и передала журнал Ванжону или одному из его солдат, получив чуть больше денег, чем давал ей ты.

Уилл отвернулся, и она поняла, что права. Ей стало плохо от невыносимой боли.

— Может быть, я не самая красивая и не самая умная женщина в мире, — сказала Мэри прерывисто, — но я была верна тебе, Уилл. Даже когда мы голодали в лагере, ты никогда не боялся, что и украду твою долю или твои деньги. Я пыталась, как могла, извлечь лучшее из сложившейся ситуации и, защищая безопасность, твою и детей, могла бы даже убить.

— Прости, — прошептал он.

— А твое извинение поможет Шарлотте и Эммануэлю, когда Нас повесят? — спросила Мэри с лицом, искаженным от боли.

— Нас не повесят, — сказал Уилл.

— Повесят, если вышлют назад в Англию, — возразила Мэри. — А если пошлют в Новый Южный Уэльс, то выпорют и снова закуют в кандалы.

Мэри отвернулась от него, не в силах справиться с нахлынувшими воспоминаниями об этих наказаниях. Она предпочла бы умереть в море, чем дожить до того дня, когда для ее мужа слава и деньги станут важнее, чем она, их дети и друзья.

Пятого октября Мэри, Шарлотту и Эммануэля вывели из камеры и доставили на отплывающий голландский корабль «Рембанг». Капитан Эдвардс зафрахтовал этот корабль, чтобы отвезти их, а также восемнадцать членов своей команды с «Пандоры» и десятерых оставшихся в живых пойманных мятежников в Батавию. Мэри и понятия не имела, где это находится, она только знала, что это еще один остров с большим портом в Голландской Вест-Индии. Похоже, капитан Эдвардс планировал зафрахтовать там еще один корабль до Кейптауна, а затем отправиться в Англию.

Два месяца заключения в тюрьме Кастл Мэри не оставляла надежду на то, что Ванжон позволит ей и детям остаться в Купанге. Она знала, что он сочувствует ей, потому что он иногда разрешал ей и мужчинам выходить из тюрьмы, всегда в паре с кем-нибудь, но это означало, что Мэри могла пойти в деревню, позволить детям поиграть на пляже и свободно разговаривать со своей охраной.

Однако ей никогда не разрешали выходить вместе с Уиллом, так как Ванжон считал это слишком рискованным. Ее встречи с Уиллом на тюремном дворе и его бесконечные извинения только еще больше ее расстроили. Он уже был не тем человеком, которого она раньше так хорошо знала. Его бойкотировали другие, и это пренебрежение, особенно со стороны Джеймса Мартина, Джейми Кокса и Сэмюэля Берда, бывших когда-то его близкими друзьями, заставило Уилла еще глубже спрятаться в свою скорлупу, и он стал подвержен эмоциональным, часто неожиданным вспышкам. Уилл мог испугать детей, слишком крепко их обнимая, а когда Шарлотта убегала от него или Эммануэль прятался за маминой юбкой, Уилл мог расплакаться как ребенок. Он рассказывал Мэри, как всегда любил ее, и умолял простить. Она устало отвечала, что простила, но ее сердце знало, что она не простит Уилла никогда. Ей часто хотелось проигнорировать его, как это делали другие, но жалость к нему брала верх.

Лишь за несколько дней до отплытия «Рембанга» им сказали, что они будут на корабле. Оказавшись на судне, Мэри обнаружила, что лишь пару человек говорят по-английски, и была этим еще больше напугана.

Ей была известна ужасная репутация капитана Эдвардса. История о «коробке» на «Пандоре», где содержались мятежники и умерло четверо из них, передавалась из уст в уста. Похоже, что на «Рембанге» имелась дополнительная палуба. Не требовалось много фантазии, чтобы понять, что эта конструкция без люков, просто с маленькими дырочками на крыше, была такой же «коробкой» и что именно там капитан Эдвардс намеревался держать Мэри и мужчин.

Ей также сказали, что Ванжон просил капитана Эдвардса оплатить многочисленные счета за еду, жилье и одежду, подписанные Уиллом. Эдвардс отказал, и Ванжон заявил, что не даст продуктов на это путешествие, которое должно было продлиться месяц, если он не заплатит. Мэри знала, что из-за этого у Эдвардса будет зуб на них с самого начала.

Все факты говорили о том, что плавание в Батавию будет примерно таким же, как их жизнь на плавучей тюрьме в Англии: мало еды, темнота и цепи.

Мэри оказалась права во всем. Дополнительную палубу разделили на три отсека: передний предназначался для беглых заключенных, средний — для команды «Пандоры», и отсек на корме отвели мятежникам. Но еще хуже, чем темнота, были кандалы: к полу прикрепили длинный шест, с которого спускались цепи и кандалами приковывались к их лодыжкам, так что они вообще не могли двигаться.

Мэри в последний раз бросила взгляд на порт, прежде чем ее втолкнули в их новую камеру. Ночью шел дождь и весь город блестел в солнечных лучах. Она видела, как женщины из деревни с младенцами на руках махали ей на прощанье с причала, где стояли лотки с горами фруктов и овощей. Рыбаки несли огромные корзины свежепойманной рыбы, и мальчик, развозивший на тележке кокосы, с которым Мэри так часто общалась, что-то кричал ей. Запах сандалового дерева висел в воздухе, словно ароматное невидимое облако, и глаза Мэри наполнились слезами, когда она бросила прощальный взгляд на место, которое стало ей так дорого.

— Почему он делает это с тобой, мама? — спросила Шарлотта, когда один из членов экипажа надел кандалы на ноги Мэри. — Как же ты теперь будешь ходить?

Мэри не могла ответить, она была слишком расстроена тем, что не сможет заботиться о своих детях в таких условиях. Но вопросы Шарлотты прервались, когда дверь захлопнули и заперли на задвижку и заключенные оказались в кромешной тьме. Девочка издала пронзительный крик и, споткнувшись о шест в темноте, упала на колени Мэри прямо на Эммануэля.

— Капитан выделил каюту на корме корабля для тебя и детей, — сказал Джейми Кокс. — Но этот подонок Эдвардс заявил, что ты останешься здесь с нами. Он хочет отыграться на тебе, потому что разочарован, что не поймал всех мятежников с «Дара».