Валери Кинг - Маскарад повесы

Тяжело вздохнув, Кэт повернула голову и встретилась с мутным, отрешенным взглядом отца.

— Прости меня, Кэт, — пробормотал он и помотал головой, словно не вполне осознавал, что происходит и где он находится.

— Неужели ты даже не известил о потере имения своего единственного наследника? — спросила Кэт с горечью. — Мистер Клив имеет право знать, что произошло, ты должен ему сообщить!

Лицо Джаспера приобрело упрямое выражение:

— Я ничего ему не должен, запомни раз и навсегда!

Лорд Саппертон встал и подошел к Кэт.

— Кажется, где-то поблизости блеют овцы? — с наигранным воодушевлением заметил он. — Ах да, на ферме Брока есть небольшое стадо. Что ж, скоро их здесь будет намного больше! Я поведу хозяйство по-новому, образцово: никакой пшеницы, только пастбища и огромные отары овец. Это будет великолепно!

— Я слышала, вы закрыли мельницу в Стинчфилде? — тихо спросила Кэт.

— Удивительно, как быстро разносятся новости среди наших холмов и долин! — насмешливо фыркнул он. — Вы совершенно правы, я закрыл мельницу в Стинчфилде, и теперь работает только мельница в Тодбери. Ловко придумано, не правда ли? По моим расчетам, цены на муку удвоятся или даже утроятся!

Поймав презрительный взгляд девушки, он расхохотался:

— Не всем же быть такими щепетильными, как вы, Кэтрин! Вы бы видели, как сверкнули глаза мистера Криклейда когда я сообщил ему о закрытии мельницы! Хотя его жена всячески открещивается от прежней жизни, в душе они остались торговцами, для которых нет большего удовольствия, чем выжать из покупателя лишний грош. Как говорится, кто хоть однажды стоял за прилавком, останется купцом навсегда.

— Вы ужасный человек, — прошептала Кэт, сжав в руке свиток.

— Зато мы с вами прекрасно понимаем друг друга, — улыбнулся граф. — Так на какой день назначить венчание? Приготовления займут некоторое время, ведь в наших местах нет епископа, который дал бы разрешение на брак без оглашения. — Саппертон вплотную придвинулся к Кэт, и она чуть не задохнулась от резкого, с примесью горечи, запаха его одеколона. — Конечно, я мог бы съездить за специальным разрешением в Челтенхем, но не хочу оставлять вас ни на минуту!

Граф разжал ей пальцы и взял свиток.

— Одно ваше слово, и я исполню все ваши желания! — продолжал он низким страстным голосом. — Если захотите, я снова открою мельницу, и сквайр Криклейд останется с носом. Что же касается имения, — граф похлопал свитком по затянутой в перчатку ладони, — я могу вернуть его сквайру Дрейкотту, и здесь все останется, как было.

16

Кэт обернулась к отцу, и ей показалось, что он смотрит на нее с надеждой.

— Я хочу поговорить с его светлостью наедине, Джаспер. Оставь нас, пожалуйста, на несколько минут, — попросила она.

Саппертон самодовольно ухмыльнулся, а сквайр торопливо поднялся на ноги.

— Конечно, конечно, милая! — с натянутой улыбкой, нарочито громко сказал он. — Я понимаю, вам надо многое сказать друг другу!

В три размашистых шага он пересек узкую комнату и вышел, громко хлопнув дверью.

Саппертон тотчас схватил руку Кэт, поднес к своим тонким землистым губам и поцеловал.

— Моя обожаемая Кэтрин… — начал было он, но девушка вырвала руку, глядя на графа с подчеркнутым презрением.

Саппертон рассмеялся:

— Бросьте жеманиться, милая, уж я-то знаю, что вы вовсе не такая недотрога, какой хотите казаться!

Кэт отвернулась к окну.

— Тогда просто удивительно, почему вы так стремитесь на мне жениться! — бросила она через плечо. — Где гарантия, что отцом нашего первенца будете вы?

Лицо графа окаменело — он был явно потрясен подобной перспективой. Кэт снова повернулась к нему и продолжала, устремив на него колючий взгляд:

— Лорд Саппертон, вы самое мерзкое и порочное создание, какое я когда-либо встречала! Выходит, если бы у вас появились сомнения в моей добродетели, вы раздумали бы брать меня в жены? Да, по выражению вашего лица вижу, что раздумали бы! Значит, вы можете сколько угодно заводить себе любовниц, а я должна блюсти свою честь, иначе окажусь недостойной такого завидного жениха?

— Если то, что вы сказали, правда, я снимаю все свои предложения!

Кэт уселась в старое, продавленное кресло Джаспера и спокойно сказала:

— Сомневаюсь, что вы собирались выполнить обещанное. Впрочем, это не имеет значения. Разумеется, я вам солгала — мне хотелось увидеть, как забегают ваши лживые глаза!

Белое как бумага лицо графа начало покрываться красными пятнами.

— Предупреждаю, не играйте со мной, Кэтрин, иначе будет хуже! — прошипел он с угрожающим видом и крепко схватил ее за локоть, заставив подняться.

С губ Кэт уже был готов сорваться крик, но она сдержалась, чтобы не дать Саппертону лишнего повода для радости. В том, что ему нравилось ее мучить, она не сомневалась — такова уж была его жестокая натура, которая брала свое, несмотря на весь его внешний лоск. Кэт прекрасно знала, что, решись она принять предложение графа, ее жизнь превратилась бы в кошмар, потому что муж при каждом удобном случае старался бы причинить ей боль.

Однако настроение Саппертона опять резко изменилось, он выпустил ее локоть, и она упала обратно в кресло.

— Если б вы знали, как я жду дня нашей свадьбы! — мечтательно произнес он. — Первым делом мы поедем в Лондон. Хотя еще не сезон и лишь немногие светские дома открыты для визитов, мне не терпится похвастаться своим очаровательным трофеем, который достался мне в нелегкой борьбе. Кстати, вы знаете, каково мое состояние? Я скажу вам: полмиллиона фунтов! У меня великолепный особняк на Гросвенор-сквер и еще один в Шотландии, дом в Брайтоне, а также охотничий домик в Куорне. — Граф улыбнулся Кэт. — Вы ни в чем не будете нуждаться, милая, а ваш дорогой отец сможет жить в родных стенах до тех пор, пока не отправится к своим предкам — тоже большим любителям пива.

Кэт была ошеломлена — она не знала, что Саппертон так баснословно богат. Итак, одно ее слово — и она станет женой пэра Англии, богатейшей женщиной, для которой нет ничего невозможного… Только сумасшедшая могла бы отвергнуть предложение Саппертона! В голове Кэт промелькнула мысль, сколько добра она сделала бы для людей с такими деньгами, но боль возле локтя напомнила о цене, которую пришлось бы за это заплатить.

Девушка внимательно посмотрела на графа. Он стоял спиной к окну, и на его лицо падала тень.

— Для меня всегда оставалось загадкой, почему вы так стремитесь жениться на мне, — тихо произнесла она.

— Как, вы не знаете? — Граф казался удивленным. — Разве до вас не дошли слухи, что когда-то я делал предложение вашей покойной матери, и она меня отвергла? Теперь, женившись на вас, я буду отомщен, и мое самолюбие наконец перестанет страдать.