Флора Спир - Любовь и честь

Теперь что касается тебя, Элан. Раз уж мы согласились не скрывать, что истинным виновником смерти Криспина был Рэдалф, а слухи разносятся быстро, не думаю, что вам следует опасаться за свою жизнь.

– Я также разослал сообщение, что Пирс и Элан находятся под моей защитой, – сказал Уилл. – Никто не осмелится причинить им вред, раз наследник Бэннингфорда и Хафстона отвечает за их безопасность.

– Спасибо, Уилл, – с чувством ответил Элан. – Это такой же великодушный жест, какой сделал бы твой отец.

– Он поступил бы так же? – Уилл перевел взгляд с Элана на Пирса с горячим желанием больше узнать о своем отце. – Мне очень хочется, чтобы вы рассказали все, что помните о благородном рыцаре Криспине.

– Это займет много времени, – предупредил Элан, подумав, что, пожалуй, стоит начать эту историю с того дня, как повстречались три одиноких юных пажа и сразу же, по-детски, решили стать друзьями. – А может, лучше начать с какой-нибудь забавной их проделки?

– Может быть, – одобрил друга Пирс, – мы будем каждый вечер за ужином вспоминать о Криспине, сдабривая рассказ мясом и вином. И если днем какой-то случай напомнит о нем, мы будем вспоминать об этом на прогулке.

– Хорошо, – обрадовался Уилл, впервые с приезда в Хафстон восторженно глядя на Пирса и Элана. – Я буду очень вам признателен.

Элан догадался, что задумал Пирс. Он хотел, чтобы Уилл и возлюбленный Джоанны лучше узнали друг друга. Постепенно, во время бесед о человеке, дорогом для всех троих.

Элан и Джоанна еще не рассказали Уиллу, что собираются пожениться. Едва они с Пирсом вышли из склепа, где поклялись в верности, как тут же чуть не поссорились из-за настойчивой просьбы Джоанны подождать с объявлением о помолвке.

– Уилл считает себя слишком взрослым, чтобы над ним были опекуны, – сказала она. – По-моему, он все еще верит, что я продолжаю любить Криспина как живого. Пусть мальчик привыкнет к тебе, Элан. Я хочу, чтобы он полюбил и зауважал тебя. Я уверена, это произойдет очень быстро. Тогда мы скажем ему о нашей помолвке, и он с легкостью воспримет эту чудесную новость.

– Я не нуждаюсь в том, чтобы кто-то принимал или не принимал того, что я люблю, – самолюбиво возразил Элан. – С мальчика довольно лжи и умалчиваний. Я убежден, что мы должны ему все, не откладывая, рассказать. Пусть сам Уилл решит, как отнестись к нашему желанию пожениться. Лучше, если он узнает обо всем сейчас, когда у него в жизни столько изменилось и появились новые обязанности и ответственность. Наша помолвка отвлечет его от утомительных серьезных дел, займет его сердце и душу.

– Я не хочу его расстраивать! – воскликнула Джоанна. – Не сейчас, когда он так разочаровался в своем деде, узнав о его злодеяниях. Мы подождем, пока я не буду готова рассказать ему о нашей любви, или я вовсе не выйду за тебя замуж.

Испуганный ее неожиданной угрозой, Элан согласился подождать с объявлением о помолвке.

– Но в другом ждать не намерен, – заявил он, не обращая внимания на стоявшего рядом Пирса. – Ты моя единственная любовь, и мы провели врозь долгие годы. Так что позаботься, чтобы у тебя была отдельная комната, потому что я собираюсь навещать тебя каждую ночь.

– Элан, пожалуйста, потише. – Джоанна покраснела. Шея, лицо и даже уши стали у нее пунцовыми.

– Мы помолвлены, у нас есть свидетель наших обетов, так что нет ничего плохого в том, что мы будет спать вместе, – настаивал Элан. – Ты теперь принадлежишь мне, и я больше не смирюсь с нашей разлукой.

– Что подумает о нас Пирс? – вскричала Джоанна.

– Только одно: рад видеть вас счастливыми, – улыбнулся Пирс им обоим. – Извините меня, но мне необходимо серьезно поговорить с дочерью.

– Ну что, миледи, – сказал Элан, когда они остались одни, – позаботишься, чтобы у тебя была отдельная комната? Пока Уилл не женится, ты хозяйка этого замка. Как разместишь ты своих гостей?

Они стояли на верху ведущей в склеп лестницы, которая выходила на свет Божий как раз за алтарем часовни. Глубоко задумавшаяся Джоанна обошла алтарь и спустилась на две ступеньки вниз, прежде чем остановилась, чтобы ответить на его вопрос.

– Я размещу их так, чтобы всем было удобно, – сказала она, и глаза ее лукаво блеснули. – А это, по-видимому, означает, что мне придется поместить Роэз поближе к Пирсу. Может быть, дать вам с ним одну комнату на двоих, раз ни ты, ни он не собираетесь спать в своей постели.

– Пирс и Роэз? Ты, наверное, шутишь.

– Возможно, какое-то время Пирс поспит в своей комнате. Роэз ведет себя со всей благопристойностью только что овдовевшей леди, но думаю, что это делается главным образом ради Уилла, и ручаюсь, долго не продлится. – Было видно, что Джоанну это несказанно забавляет. – Разве ты не обратил внимания на то, как нравится Пирсу моя мачеха?

– Он так любил свою жену! – возмутился Элан.

– Но ведь это не значит, что он никогда больше не полюбит? Элан, я хочу, чтобы ты рассказал мне о жене Пирса. Был ли он добр к ней?

– Он клялся, что женится на ней не по любви, но она, как женщина, нравится ему, – ответил Элан. – И было время, когда он советовался со мной, стоит ли вступать в этот брак. Пирс чересчур скептичен, чтобы верить в свое собственное счастье и даже благополучие. Он постоянно сомневается в побудительных причинах своих поступков. Я думаю, что он, сам того не сознавая, любил Йоланду, когда они только что поженились, но, возможно, из-за глупой мужской гордыни не мог признаться в этом самому себе, не говоря уже о ней. Но после рождения Самиры никаких сомнений в его глубоких чувствах, которые он испытывал к жене, не осталось. Каждому, кто их видел, было ясно, что они любят друг друга. Когда Йоланда умерла, Пирс был в таком отчаянии, что Самира боялась за его жизнь и умоляла меня придумать какой-нибудь способ вернуть ему желание жить. Я уговорил его на время покинуть Италию, с тем чтобы вернуть себе доброе имя на родине. Мои старания увенчались успехом и привели к нашему возвращению в Англию.

– А будет он хорошо обращаться с Роэз?

– Не сомневаюсь. Но Пирс так страстно любил Йоланду, что не знаю, сможет ли он так же полюбить Роэз, чтоб она обрела счастье в браке с ним.

– Элан, я не знаю, благословен ты или проклят, что наделен даром любить только одну женщину, – размышляла Джоанна. – Некоторые способны часто влюбляться. Мне очень нравился Криспин, хотя это было несравненно более слабое чувство, чем то, которое я испытывала к тебе. Существуют разные виды любви. Есть люди, которые женятся по нескольку раз и прекрасно живут в каждом новом браке. Может быть, Пирс один из них. Кто знает? – Сапфировые глаза смотрели на Элана с неизъяснимой нежностью. – Но если большая любовь открыла так долго молчавшее сердце, оно уже не может оставаться равнодушным. Если Пирс так сильно любил свою жену, он полюбит и Роэз. Со смертью Йоланды потребность в любви в нем не угасла.