Марша Кэнхем - Таинственный всадник

— Возвращаю вашу персональную собственность, полковник, а также то, что, насколько я помню, было у Эдгара Винсента в момент смерти. Я уверен, лорд Пакстон сможет помочь вам, если здесь что-нибудь отсутствует; у него, кажется, есть весьма подробная опись того, что он крадет в собственном банке.

— Если вы пытаетесь спровоцировать меня, Старлайт, вы преуспеете в этом. Но прежде чем этот фарс будет продолжаться, возможно, вы покажете нам свое лицо?

Тайрон медленно стянул треуголку. Темные блестящие волосы упали на широкие брови и скулы, на которых не было на сей раз никакой косметики. Он расстегнул две верхние пуговицы плаща и сбросил его с плеч, оставшись в жилете, рубашке и бриджах.

— Что, черт возьми?.. Во что вы теперь играете, Харт?

— Я не играю, уверяю вас, — сказал Тайрон собственным густым баритоном. — Поскольку вы объявили вчера вечером, что время для игр закончено.

У Мальборо отвалилась челюсть.

— Вы? Вы… Капитан Старлайт?

— Да, капрал, он самый, и я надеюсь, не слишком разочарую тех, кто слушает дикие россказни о привидениях, которые бродят ночами.

— Милостивый Боже! — задохнулся Рос. — Но как вы сумели избегать неприятностей все эти годы?

— По правде говоря, это оказалось до смешного легко. Крадешься, как вор, и люди видят вора. Прыгаешь, как дурак, среди дураков — и никто не подумает, что ты способен застегнуть свои собственные бриджи без посторонней помощи. Конечно, моя теория не всегда работает. Вот, например, взять вас. В форме вы похожи на офицера. Когда вы важно отдаете приказы на плацу, я думаю, что вы даже действуете как офицер. Но вчера вечером, когда вы были в борделе в Спан-Энд, где забили шлюху до полусмерти, потому что она смеялась над вами, мог ли я подумать, что вы офицер, а не сумасшедший садист?

Мальборо бросил на Роса потрясенный взгляд, но полковник только пожал плечами:

— У него богатое воображение. Меня не было в борделе в Спан-Энд вчера вечером, я не посещаю бордели с такой дурной славой.

— Нет, вы вообще-то предпочитаете насиловать и увечить жертвы более высокого калибра, — словно размышляя, сказал Тайрон. — Например, дочь судьи из Абердина семь лет назад. Насколько я помню, вы избили ее так, что она больше не смогла ходить, а судья сошел с ума и повесился.

— Абердин? — Глаза Роса сузились. — Что вы знаете об Абердине?

— Я был там. Я гостил в одной из ваших тюремных камер. Вы имели обыкновение приводить меня в ваш кабинет через день и украшать мою спину полосами — для собственного удовольствия. Вы пытались проделать еще кое-что со мной, но во мне еще оставалось достаточно жизни, чтобы вывернуться и схватить ваш омерзительный отросток и так скрутить, что вы завизжали от боли и бились на полу, словно рыба на берегу.

Двое волонтеров расхохотались, увидев, что лицо Роса вспыхнуло и стало ярко-красным. Полковник судорожно рванулся к Тайрону, поднял клинок и ткнул концом в углубление между ключицами. Он пристально вглядывался в лицо Харта, пытаясь найти что-то знакомое в форме носа, рта, губ, подбородка. Фонари на земле бросали тени, искажая реальность, запутывая прошлое. Но наконец он увидел его глаза: они смотрели на него с тем же холодом и той же ненавистью, что и семь лет назад.

Рос усмехнулся зло и беспощадно.

— Хорошо, хорошо! Мы, кажется, прошли полный круг, не так ли? У вас было другое имя, тогда вы воровали крупный рогатый скот, не так ли? Да, скот, капусту и корки хлеба. Теперь это алмазы, рубины и жемчуг. Вор, но уже с претензиями на джентльменство.

Он отдернул лезвие, оставив на шее Тайрона кровоточащую зарубку.

— По крайней мере мне удалось заставить всех в это поверить, — сказал Харт, — и вы ничего не могли со мной сделать.

Рос уже отворачивался, но в ответ на колкость Тайрона он размахнулся и разрезал щеку Харта в том же месте, где у самого была рана. Тайрон качнулся назад, рука метнулась к порезу. Кровь потекла по пальцам и окрасила запястье и манжеты рубашки.

— Обычно воров клеймили раскаленным железом, — прошипел Рос. — Жаль, что эта традиция вышла из моды. И еще кастрировали ублюдков, чтобы не проросло их семя и не пошел род от таких развращенных типов.

Он сделал выпад, но Тайрон ожидал удар и сумел отклонить клинок на бедро. Сталь пропорола бриджи и порезала мышцу. Тайрон стиснул зубы от боли.

— Из-за ваших пристрастий, Рос, вас тоже могли бы кастрировать. Это ведь правда, что только мальчики с нежными лицами заставляют вас чувствовать себя мужчиной? Мальчики с нежными лицами и шлюхи, которые берут вину на себя, когда вы не способны доказать, что вы мужчина.

Рос бросился на Тайрона стремительно, как гадюка; он ударил клинком по правой руке Тайрона и предплечью, разрезав мышцу до кости. Тайрон рухнул на колени.

— Сэр… — Мальборо собрался выйти вперед, чтобы возразить. — Мистер Харт безоружен! Он вверил себя нашим заботам!

— Уходите, капрал, прочь с дороги!

— Но, сэр, он сдался под мою ответственность, и я дал слово…

— Я сказал, уходите, капрал!

С побелевшим от ярости лицом Рос ждал, когда Тайрон поднимется, и его клинок опять блеснул в свете фонаря. Но Тайрон ожидал удара и увернулся так ловко, что полковник споткнулся в колее дороги.

Это привело его в такое бешенство, что он уже не сдерживался и колол Тайрона, рассекая одежду и тело, пытаясь заставить раненого снова упасть на колени.

У капрала Мальборо лицо исказилось от сострадания. Он выскочил вперед и встал между Росом и Хартом. Безумные глаза полковника остановились на молодом офицере; Рос увидел в его руке пистолет со взведенным курком.

— Я не позволю вам издеваться над беспомощным человеком, сэр! Вы уберете вашу саблю в ножны, или вас ожидают печальные последствия!

Рос недоверчиво склонил голову набок.

— Вы защищаете этого человека? Вы защищаете вора и убийцу? Человека, которого вы собирались отдать правосудию?

— Это не правосудие, сэр, это убийство.

Усмешка замерла на лице Роса.

— Господин Хьюго, не будете ли вы так добры…

Один из волонтеров поднял мушкет и оттянул курок. Но Мальборо оказался проворнее. Он выстрелил и попал добровольцу в грудь. Не обладая опытом стрельбы из оружия такого типа, он выстрелил сразу из двух стволов. Мушкет волонтера дернулся вверх, раздался залп, и Хьюго стал заваливаться в седле. Смерть его была мгновенной.

Мальборо снова взвел курки и угрожающе направил оружие в сторону Роса и пяти волонтеров.

— Мне жаль, сэр, — его голос дрожал от гнева, — но я не позволю вам убивать безоружного человека.

— У вас осталось всего два заряда, господин Мальборо, — прорычал Рос, — а у меня пятеро вооруженных людей, каждый из которых получит часть драгоценностей из мешка, когда они пристрелят вас. Слушай мою команду! Огонь!