Кэт Мартин - Жар сердец

Расплывшись в улыбке, Фернандес кивнул, выражая желание, чтобы она продолжала.

«Соберись», — приказала себе Силвер, борясь с внезапно охватившей ее слабостью. Но когда она протянула руку к завязкам панталон, ей уже не удалось справиться с дрожью в руках. Мягкая белая ткань скользнула по ногам.

Силвер протянула руку за черной шелковой ночной рубашкой, собираясь надеть ее через голову, а потом снять с себя сорочку, но ее остановил хриплый голос генерала:

— Я хотел бы видеть твое тело. Должно быть, это очень красивое зрелище.

Она подумала, что ей не следует давать воли готовым брызнуть из глаз слезам. Силвер повернула голову к балкону. Портьеры чуть колыхались под вечерним бризом; ничто не преграждало дороги к бегству. Ничто — кроме этого тучного человека перед ней, нескольких сотен солдат, а также бескрайних непроходимых зарослей. Но она все же должна бежать, должна по крайней мере попытаться.

— Побыстрее, дорогая. Я сгораю от нетерпения.

Подняв подбородок, Силвер выдавила на лице улыбку. Он не увидит ее душевных страданий, она не доставит ему такого удовольствия. Решительным движением она стянула с себя сорочку. Оставшись перед ним обнаженной, Силвер так и не опустила подбородок. Единственным, что хоть как-то прикрывало ее тело, были пряди спутанных волос, падающие ей на плечи.

Глаза генерала, которые, казалось, стали еще темнее, впились в ее грудь. Его тонкие усики поднялись вверх от широкой довольной улыбки.

Силвер протянула руку к черной рубашке и, стараясь не выдать своего отвращения к человеку напротив, продела в нее голову. Глубокий вырез открывал, казалось, все, кроме сосков, но Силвер почувствовала себя намного лучше — до того, как увидела идущего к ней генерала.

— Этим утром, когда твоему майору удалось бежать, я проклинал тебя за то, что согласился на эту сделку. Теперь я рад, что поступил именно так.

Твердый рот генерала накрыл ее губы в жестком поцелуе, его толстый язык грубо вторгся сквозь ее зубы, однако

Силвер почти не обратила на это внимания. «Удалось бежать». Морган сделал это! Генерал пытался его задержать, как она и боялась, но теперь Моргану ничто не угрожает!

Она очнулась от своей радости, когда почувствовала, как пальцы Фернандеса сжали ее грудь. Другая рука генерала начала мять ее живот. От его грубого поцелуя у нее заныли губы. От генерала сильно пахло табаком и спиртом. Но это уже не имело значения. Моргану удалось бежать!

— Мы должны спешить, — прошептал Морган, — времени у нас почти не осталось.

Добравшись до выхода из подземного хода, они погасили факелы и аккуратно сложили их для обратной дороги. Тучи закрывали луну, и потому наверху оказалось почти так же темно, как и в подземном ходе.

— Каждый из вас знает свою задачу. Руководство возложено на Жака. Он проведет вас в тюремную камеру, вы освободите пленников и поможете им вернуться к подземному ходу. А вы, капрал Саксон, пойдете со мной. — Саксоном звали молодого морского пехотинца, который упал в туннеле. — Вспомните план, каким нарисовал его Пачо. — Морган взглянул на карманные часы. — К той минуте, когда начнется стрельба, вам нужно убрать часовых и подготовить узников к бегству.

— Не беспокойся за брата, — произнес Жак, — я его выведу.

— Я знаю, что ты это сделаешь. Этого я не доверил бы никому другому.

Жак крепко пожал руку Моргана, а тот слегка ударил его по плечу.

— Будь осторожен, дружище.

Кивнув в последний раз, Жак и его люди поспешили выполнять свою задачу.

Морган мысленно помолился, чтобы, когда начнется бой, все узники были в состоянии бежать.

Он тем временем должен найти Силвер. Скорее всего она у генерала Фернандеса. Сердце Моргана сжалось. Стараясь отогнать от себя воображаемую картину того, как на Силвер наползает толстый мексиканец, Морган бросился вдоль пирамиды. У угла он задержался.

— Согласно плану Пачо, — сказал он Саксону, — комната владельца асиенды располагается на втором этаже ее северного крыла. Поскольку генерал, похоже, любит роскошную жизнь, скорее всего он находится именно там. — Капрал Саксон кивнул. — Следуй за мной. Старайся не шуметь и пригнись как можно ниже.

Морган внимательно оглядел руины города, густо заросшие кустарником и диким виноградом, и поблагодарил Бога за то, что хоть этим Он облегчил их задачу. Древние руины давали им возможность передвигаться почти незаметно. Правда, развалины выглядели немного жутковато, но зато в них было множество дверных проемов, в которые можно было нырнуть в случае опасности, и пустых комнат, где можно затаиться. Спрятаться можно было и за высокие каменные фигуры, и за огромные гранитные арки. Двигаться они могли по пустым оборонительным рвам, в которых когда-то была вода.

Морган подумал, что Жак должен без затруднений достичь тюрьмы, если Пачо не ошибался, считая, что узники находятся именно в ней. Моргану же предстояла гораздо более сложная задача. Он и долговязый молодой капрал должны были преодолеть поле между главным домом асиенды и руинами города майя. На середине их пути стояла высокая водонапорная башня для тушения пожаров в поле, с которой хорошо просматривалась местность. Усложняло их задачу и то, что земля была сплошь покрыта засохшим тростником, который, треща под ногами, мог выдать их движение.

Морган низко пригнулся, не обращая внимания на то, что от такого положения у него еще сильнее заболели ребра и тяжело застучала кровь в голове, и начал мелкими перебежками двигаться по полю. Саксон от него не отставал. Совсем близко уже была башня, они стремительно бросились к ней, чтобы застать врасплох тех, кто мог в ней находиться.

Пока они бежали, лишь одно желание преследовало Моргана — чтобы с Силвер ничего не произошло. Она умна, сказал себе Морган, она придумает какой-нибудь способ, чтобы держать генерала на расстоянии, пока Морган не появится в доме. Она не может не знать, что он обязательно за ней придет.

«Подожди еще немного, — подумал он. — Ты можешь сделать это. Я знаю твою чертовскую изобретательность».

Добравшись до башни, Морган прижался к стене. Перед броском в дверь он попросил Бога, чтобы Силвер удержала свой характер в узде и не пыталась вступить в схватку с генералом — и со всей мексиканской армией.

— Иди ко мне, — произнес Фернандес, протягивая к ней руку, его голос был хриплым от желания.

Подняв голову, Силвер изобразила улыбку. Однако ее глаза оставались серьезными, и они внимательно обшаривали комнату, разыскивая что-нибудь — что угодно, — что дало бы ей шанс бежать. И она увидела это — массивный латунный подсвечник, стоящий у кровати; свеча в подсвечнике почти догорела и покрылась подтеками. Если бы Силвер удалось отвлечь генерала и схватить подсвечник, он стал бы превосходным оружием.