Сари Робинс - Все мужчины негодяи?

Джастин снова рисковал своей жизнью. Теперь уже ради ее друзей. Когда Эвелина думала об этом, на душе у нее становилось тепло.

– Джастин не должен оставаться один! – пробормотала она.

– Я в сотый раз говорю вам, моя дорогая девочка: он не один, – ласковым голосом успокаивал ее сэр Дивейн. – С ним двое полицейских. А по всему периметру парка я расставил своих людей. Было довольно глупо со стороны Хелдерби согласиться на предложенное нами место встречи. Эта его ошибка будет очень дорого ему стоить.

Эвелина нервно теребила рукоятку пистолета, который лежал у нее в кармане. От страха за Джастина у нее пересохло во рту.

– Все равно это слишком рискованно.

Со слабым стоном Дивейн заерзал на скамейке и поправил трость с золотым набалдашником.

– Знаю, вам хотелось бы быть сейчас с ним, но вы будете только отвлекать его. Он будет слишком озабочен вашей безопасностью и позабудет о своей собственной.

Над головой у Эвелины щебетали птицы. Из-за кустов выскочил заяц, что заставило девушку вздрогнуть от страха. Она приложила руку к груди, старясь унять бешеный стук сердца.

– Ну вот до чего я докатилась – маленький зайчик испугал меня до смерти. Может, мне лучше пойти к Джастину?

– Знаете, вы очень сильно напоминаете мне своего отца.

Эвелина оглянулась и внимательно посмотрела на старика, испытывая к нему благодарность за эту попытку немного отвлечь ее.

– Каким образом?

– Он никогда не взваливал свою работу на других людей. Всегда все делал сам, максимально выкладываясь. Любое дело было ему по плечу.

– Но ему обычно все удавалось, не правда ли?

– Он был моим лучшим агентом, – сказал Дивейн и добавил тихо: – Он и Уитон.

Эвелина скрестила руки на груди.

– Джастин говорил мне, как вас опечалила его смерть. Только Уитон был жестоким, вероломным негодяем.

Дивейн вздохнул.

– Меня опечалило то, что хороший некогда человек превратился в такого злодея.

Откуда-то издалека до них донесся топот лошадиных копыт, который становился все громче и громче.

Эвелина вскочила на скамейку, чтобы ей был лучше виден вход в парк.

– Черный экипаж с одним пассажиром. Лицо пассажира закрыто.

С проворством, удивительным для его возраста, старик отбросил сигару, схватил свою трость и поднялся с места.

– Ну что ж, игра началась!

Эвелина метнула в него гневный взгляд.

– Это вам не игра! Речь идет о человеческих жизнях. Мне надоели все эти бессмысленные убийства и интриги. Надо жить по законам чести и совести, а не по правилу: «Убей, иначе убьют тебя!»

– Разумеется, вы правы. – Сэр Дивейн поправил набалдашник своей трости. – Но для текущего момента тактика «убей, иначе убьют тебя!» подходит больше.

Он протянул ей свою руку, помогая Эвелине спрыгнуть на землю. В молчании они спрятались за раскидистый дуб, который рос возле скамейки. Топот копыт становился все громче. Экипаж изменил направление и катился по соседней тропинке парка, прямо к открытой площадке, где стоял Джастин.

Эвелина отпустила руку Дивейна.

– Весьма сожалею, сэр, но, несмотря на мое обещание, я не могу отсиживаться здесь, когда жизни всех, кого я люблю, поставлены на карту. – Подобрав юбки, она побежала к углу аллеи.

От картины, представшей перед ее взором, у Эвелины сжалось сердце. Из экипажа выскочил Салли. Анхель бежал следом за ним. Салли был избитый, весь в синяках – но живой. От этого Эвелине хотелось смеяться от радости.

Не успела Эвелина приветствовать своих друзей, как Анхель, подняв пистолет, выстрелил мистеру Монтагу в плечо, и тот упал на гравий.

– Нет! – закричала она.

Салли с убийственной точностью ударил окровавленным ножом мистера Клонца, и тот рухнул как подкошенный.

– Аролас, что вы такое творите, черт возьми? – крикнул Джастин, едва успев увернуться от клинка Салли. Анхель отбросил пистолет и выхватил из-за пазухи нож.

Самые верные, самые близкие и дорогие сердцу Эвелины друзья окружили её возлюбленного. В глазах у них сверкала неприкрытая ненависть. Эвелина подбежала и встала между мужчинами, но Салли оттолкнул ее в сторону.

– Убирайся отсюда к чертовой матери!

– Сейчас же прекратите! – кричала она.

Эвелина снова смело устремилась к дерущимся, но на этот раз ее отпихнул Джастин. Он стоял, держа в руке нож, ни на секунду не отрывая настороженного взгляда от противников.

– Иди к Дивейну, Эвелина!

Салли колебался.

– Дивейн здесь?

Эвелина нашла выход. Она схватила Салли за правую руку, уверенная, что тот никогда не обидит ее.

– Дивейн помог расставить ловушку для Хелдерби! – К счастью, Салли не оттолкнул ее. Но он по-прежнему никому не доверял.

– Где Хелдерби?

– Он мертв, – хмуро ответил Салли, оттолкнул Эвелину и бросился на Джастина. Его клинок со свистом разрезал воздух, но маркиз уклонился от удара. В это время Анхель, зашедший с другого бока взмахнул своим ножом – и длинная кровавая полоска рассекла щеку Джасткла.

Эвелина бросилась к Баркли, заслоняя его собой, надеясь, что это остановит потасовку.

– Остановитесь! Все закончилось!

– Отойди от меня, Эвелина! Я не могу так сражаться!

– Подумать только, его защищает женщина! – фыркнул Анхель, пытаясь схватить Эвелину за руку. Она пнула его в колено, и он выругался. Салли дернул Эвелину за плечо. Но она ухватилась за Джастина и вцепилась в него изо всех сил. Его противники отступили, очевидно, готовясь к следующей атаке.

– Вам придется сначала добраться до меня! – выкрикнула она.

Неизвестно откуда возникло тонкое лезвие шпаги и замерло напротив ее глаз. Эвелина оцепенела от страха. Она боялась пошевелиться: одно неверное движение – иона ослепнет.

– Я видел много семейных разборок, но эта – самая безумная, – услышала девушка скрипучий голос Дивейна, но она не могла оторвать взгляд от острия длинной шпаги.

– Положите оружие на землю, Дивейн, – приказал Салли.

Лезвие блестело на солнце, отчего глаза у Эвелины начали слезиться. В горле у нее встал комок. Сердце отчаянно колотилось, в ушах шумело.

– Вы с ума сошли, Дивейн? – спросил Джастин испуганным голосом.

– Кто-нибудь из вас может рассуждать здраво? – Откуда-то со стороны послышался глубокий баритон сеньора Ароласа. Эвелина слышала, как заскрипел гравий у него под ногами, когда он подходил к ним ближе. Но она боялась повернуть голову, чтобы посмотреть на него. – Я очень надеюсь, что вы не собираетесь лишить Эвелину глаз, Дивейн. Я не позволю вам это сделать.

– Велите своему сыну бросить оружие, сеньор. Нам всем нужно поговорить, – беспристрастно заявил Дивейн. Но никто не выполнил его приказ. Внутри Эвелины закипал гнев, но она заставила себя успокоиться. Ведь Дивейн – нормальный, спокойный старик, не правда ли? И он должен быть на их стороне.