Шеннон Дрейк - Шотландский лев

– Поставили условием срок – год и один день, – добавила Кристина.

Эрик утвердительно кивнул.

– Многое может случиться за это время.

– Многое.

– Не покидайте Лэнгли, Кристина. Никогда, даже ненадолго.

– Ваша жена очень добра ко мне, сэр. Клянусь, я не сделаю ничего такого, что принесло бы ей хоть малейшую неприятность.

Эрик, явно довольный, кивнул. В этот момент волынка неожиданно взяла высокую ноту, и перед Кристиной появился следующий партнер. Им оказался Джейми.

Кристина сделала глубокий вдох и схватила его за руку, чтобы удержать равновесие.

– Может быть, достаточно? – тихо спросил он.

Она помедлила, не желая признаться, что устала, но потом все-таки кивнула и посмотрела ему прямо в глаза.

Взяв Кристину под локоть, Джейми вывел ее из круга танцующих и направился к лестнице, ведущей в башню замка.

Кристина вошла в свою комнату, остро ощущая его присутствие за спиной и слыша доносившиеся снизу звуки волынки. Подойдя к камину, она ровным голосом произнесла:

– Должна откровенно признаться, сэр Джеймс, что у вас в отряде прекрасные люди. Я буду молиться за них.

– Уверен, что все они будут тебе за это благодарны. Они тоже полюбили тебя, Кристина.

– И моих лошадей тоже?

– Что ж, это отличные лошади.

– А кроме того, вместе со мной они получили превосходную говядину.

– Великолепную. Настоящая роскошь для людей, которым за последние годы часто приходилось голодать.

Джейми подошел к камину и, встав рядом с Кристиной, стал смотреть на огонь.

– Лайама ты еще не берешь с собой на войну? Бедняга рвется в бой, а его, словно в насмешку, держат здесь.

– Он сам решил остаться.

– Сам? Я этому не верю.

– Но это правда. Рагнор хотел остаться здесь, чтобы охранять крепость вместе с Алленом, человеком Эрика, который сделал эту крепость неприступной. Но Лайам предпочел остаться. Он знает здешние оборонительные сооружения, как никто другой, да и тебя он успел хорошо узнать. Он с большой преданностью относится к Игрении и, конечно, к моему кузену Эрику. Его никто не заставлял остаться, он сам этого пожелал.

– Понятно, хотя верится с трудом.

Джейми положил руки Кристине на плечи и привлек к себе:

– А вы что скажете, миледи?

– О чем?

– Вас здесь удерживают силой или вы остаетесь по собственному желанию?

– Я верю, что мой брат бежал. И конечно, боюсь за него. Но поскольку я ничего не могу сделать… то согласна прожить здесь назначенный мне срок. Год и один день.

– А сегодня ты согласна быть со мной? Я не хотел бы лишний раз напоминать о том, что прошлой ночью ты всячески добивалась, чтобы я остался рядом. Конечно, тебе было холодно, а я мог согреть тебя. Так как же насчет сегодня? Ты согласна?

Кристина задумалась, а затем медленно произнесла:

– Нет.

– Нет?

– «Не согласна» – совсем неподходящее слово.

– Может быть, рада?

– Рада? – повторила Кристина и отрицательно покачала головой: – Нет. Есть более подходящее слово…

– В полном восторге? – предположил Джейми.

– Однако, сэр, нельзя ли быть поскромнее?

– Гм-м. Я уже говорил, что не считаю скромность добродетелью.

Кристина потупила глаза:

– В полном восторге, говорите? Я в волнении, я вся горю… я только и жду этого. Жду с нетерпением.

Она взглянула Джейми в лицо и заметила, как вспыхнули на какое-то мгновение его глаза. Но это уже не имело значения, потому что он крепко прижал ее к себе и осыпал поцелуями.

Она сознавала, что утром он снова уедет и что следует дорожить каждым мгновением этой ночи. В ту ночь она поняла также, что очень любит его. Это чувство гораздо сильнее, чем любовь к собственной стране.

Джейми ничего не предлагал ей. Его прошлое поглотил огонь, а будущее было посвящено этому прошлому. Кристина узнала его еще лучше благодаря тому, что рассказала ей женщина, некогда любившая его, но решившая, что того, что он может дать, ей недостаточно.

У Кристины же не было выбора, потому что их жизни пересеклись. Она решила, что не будет задумываться о будущем, а будет довольствоваться тем, что предлагала ей эта ночь. Отблески огня в камине играли на его обнаженном теле, высвечивая рельефные мускулы. Ее волосы, тоже тронутые отблеском пламени, упали ему на грудь. Она хотела запомнить его на ощупь, прикасаясь к нему кончиками пальцев. Хотела запечатлеть в памяти его запах и вкус и, закрыв глаза, запоминала ощущение его силы внутри себя и прилив нежности, который неизменно следовал после этого. И потом, лежа неподвижно рядом с ним, Кристина не спала, ловя каждый миг ночи любви.

Поленья в камине успели сгореть дотла. Светало. Небо окрасилось бледно-розовым цветом. Джейми пошевелился. Притянув Кристину к себе, он нежно поцеловал ее.

Пора вставать.

Кристина погладила Джейми по щеке костяшками пальцев.

– Джейми, я солгала, но, клянусь, сделала это непреднамеренно. Просто мне, наверное, не хотелось думать об этом… и знать. Но теперь… я думаю, что это правда. Что у нас… что у меня…

Джейми рассмеялся, поймал ее руку и прикоснулся к ней губами.

– Да, это правда, и я это знаю. Береги себя, – прошептал он, потом быстро поднялся и, не проронив ни слова, ушел.

Глава 18

Жизнь в Лэнгли текла своим чередом и была весьма приятной. Каждый день был наполнен ожиданием, хотя никаких особых событий не происходило. В стране вот уже почти восемнадцать лет полыхала война, и одному Богу было известно, когда она кончится и кончится ли вообще.

Игрения управляла хозяйством Лэнгли умелой и твердой рукой. Аллен следил за состоянием оборонительных сооружений и за ежедневным подъемом и опусканием моста. Крепостные стены всегда охранялись достаточным количеством людей, хотя казалось, что все годные к службе воины уехали на помощь тем, кто осаждал один за другим английские бастионы. За ужином в зале было теперь не так оживленно, как прежде.

Появилось время почитать. Иногда Игрения приносила захваченные в английских обозах шелка и полотна, и женщины, выбрав ткани и фасоны, шили одежду. В усадьбе лили свечи, варили мыло, коптили мясо и ждали начала весенней посевной.

К удивлению Кристины, общество Элизабет Дуглас помогло ей отвлечься от печальных мыслей. Элизабет скучала без активных действий и весьма серьезно относилась к практическим занятиям с оружием.

Судя по всему, Игрения и даже Лайам пришли к выводу, что Кристина заслуживает доверия. Хотя выходить за ворота крепости ей по-прежнему не разрешалось, она могла принимать участие во всем, что происходило в пределах крепостных стен.

Элизабет особенно интересовало искусство фехтования мечами.

В конюшнях все еще стояли сундуки с захваченными у англичан трофеями, которые, правда, были сильно опустошены уехавшими из крепости воинами. Там осталось немало мечей облегченного типа, которые не подошли мужчинам, но годились для уроков Элизабет.