Карен Хокинс - Опоздавшая невеста

Через несколько минут они вышли из темной пещеры и начали подниматься по крутой тропинке к Роузмонту.

Глава 29

Лайза снизу вверх смотрела на дерево, огромные ветки которого раскачивались на фоне серого неба. В горле у нее стоял ком от волнения.

– Ты уверен, что оно здесь?

– Ты не слушала, что ли? – спросил Роберт. – Картина привела меня к книге, описывающей семейную историю, своего рода фамильное дерево. У меня ушло на это довольно много времени, но... – он указал на большой дуб, глаза его блестели от возбуждения, – вот это наше фамильное дерево.

– Я никогда не слышала, чтобы у какой-то семьи фамильное дерево было живым.

– И много ты их знаешь?

– Я знаю все лучшие семейства, – резко ответила она, потом поморщилась, поняв, что изрекла бездумную банальность. В Роберте было что-то такое, что заставляло ее проявлять себя с худшей стороны. Он был грубым и несносным, настолько погрязшим в жалости к себе, что это убило бы обычного человека, и все же Лайза искала его общества.

Вчера она проявила себя во всей красе и чуть не разрушила счастье брата, после чего они с Робертом помирились и он позволил ей помогать ему в поисках легендарного сокровища капитана. Лайза вздохнула, не поняв еще, то ли ее наказали, то ли наградили.

Она посмотрела в сторону дома и вспомнила глаза Люсьена, когда он вошел, неся Арабеллу на руках. До конца жизни Лайза не забудет выражение его глаз: эту бесконечную нежность. Тогда она поняла, что ее брат глубоко любит свою жену. Он не позволил о ней позаботиться даже тете Джейн и тете Эмме, заявив, что это его право как мужа. Он был настолько решителен, что никто не посмел возразить.

Однако Люсьена что-то продолжало беспокоить. Хотя Арабелла в это утро проснулась в прекрасном расположении духа и во время завтрака поддразнивала Роберта, Люсьен был молчалив и не сводил с нее глаз. Лайза гадала, что тяготит брата. Что бы там ни было, ее брат был не из тех, кто терпит репятствия между собой и тем, чего он хочет; а хотел он явно Арабеллу.

На основе наблюдений за братом и прочитанных ею романов Лайза сделала вывод, что мужчины признаются в своих чувствах быстрее в обстоятельствах, когда их избраннице грозит смерть. Она взглянула на Роберта и подумала, как бы он повел себя, если бы она оказалась в руках сумасшедшего контрабандиста.

Роберте нетерпением вздохнул:

– Мы перекопали все вокруг... – Мы?

Невольная улыбка изогнула его губы, но он не ответил.

– Значит, сокровище должно быть внутри дерева. Там, посреди ствола, есть дупло.

Она снова откинула голову назад и посмотрела наверх. Там, где ветви становились тоньше, в стволе виднелась круглая дыра. Лайза зажмурилась. У нее кружилась голова от одного созерцания колышущихся веток. Роберт спрятал бумаги под плащ.

– Думаю, надо позвать Неда, чтобы он залез на эту проклятую штуковину. – Он посмотрел на свои ноги с выражением, похожим на ненависть. – Я на это не гожусь.

Лайзе пришлось прикусить губу, чтобы подавить желание поцелуем разгладить его нахмуренный лоб. «Боже мой, что со мной делается?»

Однако прилив эмоций навел ее на одну мысль, и девушка снова посмотрела на дерево. Может быть... Она поставила ногу на мраморную скамейку и легко шагнула вверх.

– Что ты делаешь, черт побери?

Она крепко вцепилась пальцами в толстую ветку и подтянулась.

– А на что это похоже?

– Во имя... спускайся немедленно.

Однако она зашла слишком далеко, чтобы остановиться. Ей почему-то было необходимо помочь Роберту добиться успеха. Она обеими руками обхватила следующую толстую ветку и подтянулась, нетерпеливо отмахиваясь от мешающих юбок.

– Ты знаешь, что я облазила сотни деревьев?

Конечно, это было в детстве, но ему ни к чему об этом знать. Она была уверена, что навыки вернутся по мере продвижения. Нога ее соскользнула, и в какой-то миг Лайза чуть не упала. Но руки нашли опору, и она восстановила равновесие.

– Черт побери, Лайза! – хрипло крикнул он. – Спускайся сейчас же!

– А сокровище...

– Плевать мне на сокровище!

– Хорошо, спускаюсь. – Она ухватилась за толстую ветку и подергала ее. Та едва шевельнулась, как Лайза и ожидала. Дуб возвышался на скале над морем, день и ночь его трепали сильные ветры. Слабую ветку уже давно бы сорвало.

Лайза осторожно поставила ногу на ветку и потянулась к следующей, остановившись, когда юбка зацепилась за сук.

– Я должна попробовать...

Ее слова были встречены потоком ругательств.

– Я брошу в тебя яблоком, если ты не прекратишь говорить такие гадости, – чопорно ответила Лайза.

– На дубах не растут яблоки. Тем более зимой.

– Тогда я сломаю ветку, – сердито ответила она, одной рукой собирая юбки и жалея, что не подумала подвязать их. Роберт, должно быть, самое неблагодарное существо на свете. Она здесь подвергает себя огромному риску, а он не придумал ничего лучшего, чем осыпать ее ругательствами.

– Лайза... пожалуйста... слезай оттуда. – Едва заметный оттенок мольбы окрасил его слова. – Упадешь.

– Ну и что? – Она посмотрела вниз на него, и сердце ее забилось где-то в горле. – Не думаю, что ты пожалеешь.

Последовало долгое молчание, затем он сказал:

– Конечно, мне безразлично, но небезразлично Люсьену. И мне ничуть не хочется объяснять ему, какая ты была дура.

Ее нога соскользнула с ветки, и девушка поспешно ухватилась за нижний сук, чтобы восстановить равновесие.

– Во имя любви к... – вырвалось у Роберта. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным. Руки его вцепились в подлокотники кресла, ладони повлажнели. – Слезай оттуда немедленно!

Она сделала вид, что не слышит, и лезла все выше, но ее уверенность и ловкие движения не могли успокоить бешеного биения его сердца.

– Хватит на меня злиться! – крикнула она. – Если я упаду, ты сможешь меня поймать. – Ветка, на которой она попыталась подтянуться, отозвалась на это громким треском.

Бормоча ругательства, Роберт подвинул кресло ближе к дереву. Разве она не знает, что он не может ее поймать? Он калека, неспособный помочь себе самому, а ей тем более. И если она погибнет у него на глазах... Он до крови прикусил губу.

Она уцепилась за сук у себя над головой и помедлила, ногой нащупывая опору. Роберту казалось, что ветка слишком тонкая и не выдержит вес Лайзы. Он сейчас изо всех сил желал, чтобы ноги снова подчинялись ему. На дерево должен был лезть он, а не Лайза.

– Я почти добралась! – крикнула она. Ветер отнес ее голос, и он прозвучал, как будто со стороны океана.

Роберт видел ее развевающееся на ветру платье, длинные розовые нижние юбки собирались в сборки между ветками. Над головой клубились темные тучи, и далекое громыхание грома, казалось, предвещало несчастье.