Джози Литтон - Остров мечты

– Попробуй смешать ее с молоком, – весело посоветовал Ройс, сам не пригубивший и глоточка.

– Лучше умереть, – пробормотала Джоанна, поворачиваясь к стоявшему, к ее радости, рядом ведру.

Они бывали в театрах. Спектакли были приличные, но с акорскими не сравнить. И еще на скачках – это было куда увлекательнее. Они видели, как принцу-регенту салютует его личный полк «Десятые гусары». Гусары во всем своем великолепии прошли парадным шагом по площади. Брата и сестру Хоукфорт приглашали все и всюду, но они все же умудрились несколько вечеров провести дома. Тогда Алекс с Ройсом засиживались допоздна, и Джоанна засыпала под аккомпанемент их низких голосов, свернувшись клубочком на больших качелях с атласными подушками на сиденье, стоявших возле клумбы.

Августовские вечера стали длиннее. Люди, напавшие на Алекса, больше не появлялись, но Джоанна знала, что и Алекс, и ее брат постоянно начеку. Они договорились, что Джоанна будет покидать дом только в сопровождении одного из них или их обоих сразу.

– Насколько я помню, – сказала Джоанна, когда они как-то раз возвращались вечером из павильона принца, – напали на Алекса, а не на меня. Но он приходит и уходит, когда ему вздумается, а я уже начинаю чувствовать себя одной из восточных женщин, которых мужья прячут за каменными стенами.

– Они их не прячут, а принуждают носить паранджу, – заметил Ройс. – Чтобы никто не видел их лиц.

– Кстати, это не так уж плохо, – пробормотал Даркурт. Заметив, какой взгляд бросила на него Джоанна, Алекс рассмеялся, но уже через мгновение его лицо обрело серьезное выражение. – Наши с Ройсом люди обыскали весь Брайтон и его окрестности в поисках акорцев, но никого не нашли.

– Может, они передумали? – предположила Джоанна. Мужчины переглянулись.

– Может быть, – неуверенно вымолвил Даркурт.

Прошло еще несколько дней. Званые вечера теперь начинались раньше и продолжались дольше. Все уставали, и обитатели Брайтона стали напоминать перевозбужденного ребенка, который то хохочет, то капризничает. Но в середине месяца общество всколыхнулось и стало готовиться к самому главному событию сезона – дню рождения принца-регента.

– Не понимаю, почему они такой шум поднимают, – сказал принц, глаза которого горели от радостного предвкушения веселья. – И все же это очень мило с их стороны.

Никому и в голову не приходило манкировать праздник, да это было и невозможно. Джоанна, при всей ее нелюбви к светским удовольствиям, была такого же мнения. Все в Брайтоне теперь были в восторге от принца-регента. Временами и Джоанне он казался довольно милым. Но в то раннее утро великого дня, когда Джоанна неохотно поднялась с постели, она была иного мнения.

– Давно пора вставать в нормальное время, – проворчала Малридж, распахивая жалюзи, не пропускавшие в комнату свежий морской ветерок.

Прикрывая руками глаза от яркого солнечного света, Джоанна простонала:

– Не стоило и вовсе ложиться, как предлагал Ройс. Ну почему они так рано назначили этот свой морской бой?

Малридж покачала головой.

– Может, чтобы оставить время на остальную дурь? – предположила она. – В жизни не слыхивала о таком! Чтобы взрослый человек вел себя подобным образом…

Ройс с Алексом уже спустились в гостиную и подкреплялись чаем. Джоанна знала, что накануне они легли очень поздно, но это никак не отразилось на их лицах. Однако оба явно были чем-то обеспокоены. И все же Алекс выглядел великолепно. Подобрать иное слово Джоанна не могла. Как же это было трудно – находиться в его обществе и не сгорать от желания. Впрочем, Джоанна хотела быть с Алексом, даже просто думая о нем. И несколько тайных поцелуев, которыми они успели обменяться в последние дни, лишь распаляли ее страсть.

Ройс выглядел все лучше, и это радовало Джоанну. Правда, он все еще спал в саду, но следы пережитого в акорской тюрьме постепенно стирались. Джоанна видела, как на балах и светских раутах, которые они исправно посещали, дамы все откровеннее заглядываются на ее брата. В один прекрасный день Ройс женится, но хорошо бы он вступил в брак не только для того, чтобы произвести па свет наследника. Было бы замечательно, мечтала Джоанна, чтобы женой ее брата стала горячо любящая его женщина, которую и он любит. Ройс заслуживает этого.

Джоанна как раз думала об этом, когда они присоединились к принцу-регенту, ожидавшему на набережной начала морского представления. Ройс, как всегда, не был обойден вниманием дам, они с интересом посматривали на Хоукфорта. Он относился к этому с юмором, но иногда провожал кого-нибудь из них заинтересованным взглядом, что не укрывалось от взора Джоанны. Несколько дам пытались строить глазки и Алексу, но, увидев, что он занят только леди Джоанной, спешили переключить свое внимание на кого-то иного. И это вполне ее устраивало, черт побери!

Справедливости ради надо сказать, что некоторые женщины хотели бы подружиться с Джоанной. Понимая, что это было бы неплохо, она, однако, не спешила завести более короткое знакомство с кем-либо. Джоанна так мало общалась со светскими особами, что толком не знала, как вести себя с ними. Вероятно, Алекс заметил это.

– Тут есть леди, которые напоминают мне Кассандру, – прошептал он ей на ухо очень-очень тихо. – У них добрые сердца, и они довольно умны.

– Дело в том, что я никогда не дружила с такими леди, – призналась Джоанна. – Компанию мне всегда составляли деревенские женщины, а они совсем другие.

– Действительно другие или только кажутся такими? Подумай, что у этих женщин те же проблемы: как достичь в жизни успеха, как не обмануть ожидания близких, но при этом добиться счастья для себя, как сохранять добрые отношения с мужьями, детьми, родителями, своими братьями и сестрами. Так неужели они так уж не похожи на твоих прежних знакомых?

– Боже мой! – прошептала Джоанна, поворачиваясь к нему. – Как хорошо ты нас понимаешь.

При виде его улыбки у нее защемило сердце.

– Мне повезло, – сказал Даркурт, – у меня любящие мать и сестра. Возможно, они открыли мне какие-то дамские тайны, которых могли и не открывать.

– Нет, – сказала Джоанна, лаская его взглядом. – Думаю, они очень разумно поступили.

И вдруг, к ее изумлению, Алекс покраснел. Она рассмеялась, а он недоуменно посмотрел на нее. Алекс обхватил талию Джоанны одной рукой и слегка сжал ее, напоминая о том, насколько он на самом деле силен. В ответ Джоанна повернулась к Алексу лицом и прижалась к нему грудью. Он засмеялся и заключил ее в крепкие объятия. В такой позе они и стояли, когда их окликнул принц:

– Смотрите! Вон же они!

Глаза присутствующих устремились на море. Дюжина гордых фрегатов пришла в Брайтон специально ради торжества. Половина из них – под цветами принца: синим и светло-желтым, на остальных, показалось, развевался французский триколор, но это был обман зрения.