Джейн Фэйзер - Фиалка

— Да, Цезарь великолепен, верно? — Тэмсин просияла, забыв на минуту обо всех предосторожностях и о том, что ей разрешалось кататься на своем жеребце только по территории поместья, — такова была расплата за ее собственную хитроумную выдумку. — А вы — сэр Гарет Фортескью?

— Да. — Гарет все не мог прийти в себя, несколько оторопевший от сочетания мелочно-белого арабского скакуна и его миниатюрной всадницы. Его в самое сердце поразили также золотистая копна волос, сверкавших на солнце, и удивительные миндалевидные фиалковые глаза, смотревшие с откровенным, но дружелюбным любопытством.

— Мы вас ждали, — сказала Тэмсин, наклоняясь и протягивая руку. — Я — Тэмсин.

— О, — только и смог промолвить он. — Да… да, конечно. Он взял ее ладонь. Джулиан не упомянул имени своей протеже, но Гарет был положительно уверен, что Тэмсин — не испанское имя. Да, собственно говоря, в девушке и не было ничего испанского.

— Моя жена. — Он сделал жест, указывая рукой в полутьму кареты, и слегка отклонился назад, чтобы Люси могла занять его место.

В окне появилось испуганное лицо Люси.

— Мне показалось, что вы — испанка, — сказала она, словно прочитав мысли мужа и в своем изумлении совершенно позабыв о вежливости.

— Я наполовину испанка, — объяснила Тэмсин весело, наклоняясь, чтобы пожать Люси руку. — Мой английский вполне хорош, когда я не нервничаю, но, когда я оказываюсь в обществе, я, кажется, забываю все, что знала. — Она улыбнулась и продолжала; — Моя мать была из Корнуолла, потому-то я и живу у лорда Сент-Саймона. Мы рассчитываем найти мою семью, а пока что я учусь быть англичанкой, чтобы можно было дебютировать в обществе. Я сирота, и герцог Веллингтон согласился взять меня под свое покровительство.

— О, — слабо выдохнула Люси, которая, казалось, была еще больше смущена этим объяснением и чувствовала себя так же неловко, как и прежде. — Я так вам сочувствую…

На лицо Тэмсин на мгновение набежала тень, и Люси увидела, что эта загорелая и улыбающаяся девушка с блестящими глазами не так проста, как кажется на первый взгляд.

Потом Тэмсин заметила:

— Знакомиться посреди подъездной дорожки несколько неудобно. Может быть, зайдем в дом? Ваш брат сегодня наносил визиты. Но к этому времени он уже должен приехать.

Девушка повернула лошадь и поехала рядом с каретой. Габриэль же скрылся из виду — вероятно, он уже успел добраться до конюшен.

Джулиан, услышав суматоху возле главного здания поместья, Грейт Холла, вышел из библиотеки — глаза его были серьезны, но на губах играла улыбка.

— Вот так радость, Люси! — Он слегка коснулся губами щеки сестры и повернулся к зятю. — Фортескью, что за приятный сюрприз!

Гарет пожал протянутую руку и отметил про себя, что в тоне Сент-Саймона явственно прозвучали иронические нотки.

— Я решил, нам стоит нанести родственный визит, — сказал он. — Да и Люси сочла, что может быть полезной, раз вы принимаете в доме гостью. Мы встретили мисс… мисс…

— Тэмсин, — спокойно подсказал Джулиан, — Тэмсин Барон. Но и Тэмсин прекрасно сойдет.

— Ах, да, конечно, конечно.

Гарет с сердечным смехом повернулся к героине их разговора, спокойно ожидавшей, пока закончатся родственные приветствия.

— Феноменальная лошадь, Сент-Саймон.

— Тэмсин? — Брови полковника поднялись так высоко, что чуть ли не исчезли под волосами.

— Нет… нет, — вскричал Гарет. При этом его румяное лицо пошло пятнами. — Я не так выразился, Сент-Саймон.

Люси казалась смущенной. По неизвестной ей причине Джулиан всегда ставил Гарета в неловкое положение, так, что тот выглядел дураком. Он никогда не бывал груб, но в его присутствии муж становился неуклюжим и косноязычным.

Тэмсин выступила вперед.

— Милорд полковник любит подразнить, сэр Гарет. Но вы можете восхищаться Цезарем сколько угодно, вы меня этим только обяжете.

Она повернулась к Люси.

— Леди Фортескью, вы, вероятно, устали с дороги.

— О, пожалуйста, зовите меня Люси.

В голове у Люси был полный сумбур. Она рассчитывала увидеть печальную и безмолвную сиротку или экзотическую темноволосую даму, закутанную в кружевные мантильи и обмахивающуюся веером. Но эта похожая на мальчика, самоуверенная молодая женщина, говорившая по-английски почти без акцента, была для нее полной неожиданностью.

— Хорошо, Люси, вы должно быть, еле живы от усталости. Из кухни появилась сияющая и суетливая миссис Хибберт.

— Пойдемте наверх, миссис Люси, там уже готова ванна, и я сейчас принесу туда чай. Вы, вероятно, захотите и обедать там? Я похлопочу об этом.

— О да, благодарю вас, миссис Хибберт.

Люси явно приободрилась, отдавшись заботам домоправительницы, которая тотчас же увлекла ее вверх по лестнице. Но вдруг Люси приостановилась, поставив йогу на следующую ступеньку, и обернулась к стоявшим в холле.

— Тэмсин, может быть, вы придете посидеть со мной и выпить чаю, пока я буду принимать ванну?

Тэмсин бросила быстрый взгляд на полковника. С того момента как вчера повздорили, они еще ни словом не обмолвились. Собственно говоря, они едва разговаривали после того, как было произнесено столько грубых и обидных слов, стеной вставших между ними. Теперь его ярко-синие глаза послали предупреждение, на минуту задержав ее взгляд, и новая волна горечи захлестнула Тэмсин, а ей на смену пришла досада. Что бы полковник ни думал о ней, пора бы уж понять, что она не дура. Она отвернулась от Джулиана и взглянула на его сестру.

— Конечно. Люси, с радостью. Но я уверена, что вы почувствуете себя лучше, и когда отдохнете, будете в состоянии спуститься к обеду. — Она никак не могла себе представить, что кто-то может предпочесть общей трапезе одинокий обед.

Люси как раз размышляла о том, что предпочла бы пообедать в одиночестве, тем более что оба — Джулиан и Гарет, как раз этого от нее и ждали. Но вдруг она поняла, что ей этого ни в малейшей степени не хочется.

— Да, — сказала она. — Конечно, я спущусь к обеду.

— Отлично.

Тэмсин догнала ее на лестнице, оставив Гарета и Джулиана в холле. Если полковник вообразил, будто она настолько глупа, что ищет неприятностей, то его ждет разочарование. У нее не было ни малейшего намерения нанести урон бесценной добродетели его сестры.

— Итак, что это за история, Сент-Саймон? — спросил Гарет с любопытством, когда женщины исчезли на лестнице. — Люси просто сгорает от любопытства, хочет все узнать об этой девушке. Крошка, птичка-невеличка, верно?

— Значит, я обязан удовольствием видеть вас любопытству Люси? — холодно заметил Джулиан. — Да я готов об заклад биться, что вы, Фортескью, в долгах как в шелках и вам понадобилась хотя бы краткая передышка, чтобы спастись от кредиторов.