Мэри Патни - Нежно влюбленные

— Для меня — да. — Высвободив руки, Диана выпрямилась. — Ты говорил правду или сказал мне о любви лишь для того, чтобы я дала обещание, о котором ты просишь?

Лицо Джерваза напряглось. Сев на колени, он пробормотал:

— Кажется, я заслужил это.

Диана не больше Джерваза хотела ранить его. Впрочем, их обоюдное желание не обижать друг друга привело к трагедии.

— Я говорил правду, Диана. Я люблю тебя, как никогда не любил ни одну женщину. — В его искренности сомневаться не приходилось. — Будь это возможно, я бы женился на тебе. Но поскольку сделать этого я не могу, то предлагаю тебе лишь любовь, больше мне нечего дать тебе.

В комнате наступило молчание. Голова у Дианы закружилась, кровь отлила от ее лица. Он пришел к тому, чего она добивалась. Но теперь Диана не представляла, что делать дальше. Наконец она неуверенно произнесла:

— Ну да, конечно, ты хочешь на мне жениться, но человек твоего происхождения не может взять в жены куртизанку.

Деланное равнодушие Джерваза как рукой сняло. Вскочив на ноги, он взял Диану за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. Вся страсть, на которую он был способен, горела в этот момент в его взоре.

— Какое к черту происхождение, Диана! Ты ошибаешься! Если бы я мог, то хоть завтра женился бы на тебе!

Правильно говорила Мадлен: страсть опасна и непредсказуема. Диана так хотела пробиться сквозь броню, которой Джерваз окружил себя; наконец ей это удалось. Если раньше он был добр и внимателен к ней, то теперь ее пугала его страстность. Его чистые серые глаза больше не были скованы льдом, напротив, в них полыхал бешеный огонь.

— Я бы женился на тебе… — вскричал он, — их сердца неистово колотились, — ..хотя бы потому, что женитьба дала бы мне право убить каждого, кто посмеет коснуться тебя!..

Глава 19

Держа Диану за подбородок, виконт чувствовал, как кровь стучит в ее венах. Девушка опустила на мгновение глаза, отчего на щеках резко выделились темные полукружия ресниц, а затем вновь подняла глаза на Джерваза.

— Но если твои чувства таковы, то почему же ты не женишься на мне? — вызывающе спросила она. — Жена клянется в верности, и я бы сдержала свою клятву.

Отпустив ее, Сент-Обен обернулся. Тогда, девять лет назад, он понял, что ему придется в свое время заплатить за то, что он обидел невинного ребенка. Теперь цена была определена. По-прежнему стоя спиной к Диане, он глубоко вздохнул и промолвил:

— Я не могу жениться на тебе, потому что у меня есть жена.

Наступило гнетущее молчание, потом виконт повернулся к Диане. Девушка съежилась клубочком в кресле, тело ее напряглось, хотя по лицу девушки нельзя было понять, как она отнеслась к сообщению Сент-Обена.

— Так значит, сплетни о сумасшедшей жене в Шотландии соответствуют действительности?

Виконт не говорил всей правды никому, кроме своего адвоката, но теперь он должен был открыть Диане истину, чтобы объяснить, почему не может взять ее в жены. К тому же молодой человек вообразил, что подобное признание — часть его наказания.

— Она в Шотландии, — объяснил он, — но она не сумасшедшая. Она просто… глуповата. Диана изумленно поглядела на него.

— Ты хочешь сказать… ты женился на неполноценной девушке? — Увидев, что Джерваз кивнул, Диана продолжила:

— Но почему ты так поступил?

Отбросив волосы с лица, виконт сел напротив нее, зная, что должен рассказать все:

— Я женился на ней по принуждению, мне угрожали пистолетом.

Диана молчала, а Джерваз, уткнув голову в колени, продолжил:

— Это случилось девять лет назад. Я ездил на Гебриды и остановился в небольшой гостинице на острове Малл. Одна девушка из прислуги с готовностью согласилась прийти ко мне после того, как покончит с делами.

Руки Джерваза сжались в кулаки, он судорожно вздохнул.

— В тот вечер я слишком много выпил и, вернувшись в номер, не понял, что женщина в моей постели вовсе не та. Девушка, лежавшая под одеялом, принялась истошно вопить, и в комнату ворвался ее отец. Это был сущий безумец, явно помешавшийся на почве любви, викарий по имени Гамильтон. Он заявил, что я скомпрометировал его дочь и должен жениться на ней.

— Стало быть, вот у кого был пистолет, — равнодушным тоном заметила Диана.

— Да, но несмотря на то что я был пьян и разъярен идиотской ситуацией, мне удалось вырвать у него оружие. — Виконт смотрел перед собой невидящим взором, вспоминая хриплые вопли сумасшедшего викария, вообразившего, что его безмозглая дочь полна греха и внушает мужчинам страсть… Того самого сумасшедшего викария, что все эти девять лет был его тестем…

— Но с чего ты решил, что девушка была глуповата? — с любопытством спросила Диана.

— Она едва говорила. Я с трудом смог разобрать те несколько слов, что она пробормотала. И ее лицо, глаза… Глаза были абсолютно пустыми, словно в голове у нее не было ни единой мысли.

Последовало недоуменное молчание.

— Но скажи, чего ради ты согласился пройти брачную церемонию?

Джерваз покачал головой.

— Не могу даже объяснить этого. Во-первых, поначалу я не понял, что с девушкой что-то не так, я и не видел ее толком. К тому же я решил, что безумный папаша и его доченька устроили мне ловушку. Да, может, так оно и было — не знаю… Но потом я узнал, что передо мной — служитель церкви, а значит, в некотором роде джентльмен, у которого должна быть образованная, воспитанная дочь. — Виконт беспомощно пожал плечами. — И хоть и непреднамеренно, но я все же действительно скомпрометировал ее. Поэтому я, как джентльмен, должен был расплатиться за содеянное и… женился на ней. — С горькой усмешкой Джерваз добавил:

— С того дня я больше ни разу не напивался.

Диана застыла как статуя.

— Но почему ты не аннулировал брак, к которому тебя принудили? — выразительно глядя на него, спросила девушка. — Ведь это же была женитьба по принуждению.

Покачав головой, виконт опустил глаза.

— Я не думал, что мне придет в голову жениться, поэтому и не считал нужным аннулировать брак. — Он усмехнулся. — Я не представлял, что встречу такую женщину, как ты. Впрочем, даже если бы я захотел аннулировать брак, это было невозможно.

— Почему? — безжалостно спросила Диана.

— Потому… потому, что наш брак… и в самом деле свершился.

— Так значит, ты соблазнил безумную девушку? Думаю, это было нетрудно. — Ее ледяной голос так и звенел в воздухе. — Немногие женщины смогут сопротивляться тебе, если ты захочешь ими овладеть.

— Я тогда еще не знал, что ее рассудок помутился. — Тут перед мысленным взором виконта встало бессмысленное, залитое слезами, личико ребенка. И, решив испить свою чашу до дна, виконт добавил: