Шеннон Дрейк - Неповторимый

— Отомстить! Я возилась с мясом, отбивала его, сдабривала специями…

— И положила их такое количество, что хватило бы приготовить целую сотню бизонов!

— Вовсе нет! — возмущенно воскликнула она.

— Ты едва не решила сложную проблему индейцев в одиночку, доведя до шокового состояния половину вождей тех племен, которые открыто выказывают белым сопротивление!

— Да нет же! — крикнула она со все возрастающим раздражением.

— Тебе, кажется, холодно — отлично, — заявил Ястреб. — Сейчас станет жарко. Я из тебя душу вытрясу, все косточки переломаю, сделаю отбивную из твоей аппетитной кругленькой попки…

— Ах вот как! — взвизгнула она, внезапно бросаясь к нему. — Самодовольный дикарь! Да как ты смеешь?!

Скайлар обрушила град ударов, действительно ощутимых, на обнаженную грудь Ястреба.

— Сам неси свою воду, если тебе так нужно! А я больше и пальцем не пошевельну! Все! Хватит!

Она снова ударила его кулаками по груди, гордо развернулась и пошла прочь. Ястреб, закипая от злости, несколько мгновений смотрел ей в спину. А когда дошел до точки кипения, плохо соображая, что делает, бросился следом. Вцепился железной рукой в волосы. Скайлар вскрикнула. Он схватил ее за плечи и развернул лицом к себе. Опустился на одно колено, намереваясь перекинуть через него жену, чтобы удобнее было хлестать, но она отступила и со всего маху упала на землю.

— Не смей! Слышишь, не смей! — кричала она.

Но он не стал ее слушать. Платье из оленьей кожи взлетело вверх. Руки упали на обнаженную плоть.

Она с силой укусила его за колено.

Чтобы разжать сильные зубы, Ястребу пришлось сбросить Скайлар на землю, и он тут же опустился на нее всем своим весом, иначе она вполне могла бы вырваться и убежать. Скайлар задыхалась от ярости, глаза вспыхивали, точно молнии, пальцы больно, хотя и не до крови, впивались ему в руки. Ястреб обхватил тонкие запястья, чуть приподнялся, глядя сверху вниз, и вдруг с изумлением почувствовал, что, кроме злости, ярости и желания проучить ее, в нем разгорается страсть. Неуправляемая. Жаркая.

— Негодяй! — вопила она, вырываясь, тянулась к его плечам, рукам, груди с намерением расцарапать. Слезы бессилия катились по щекам, дотянуться до Ястреба не было никакой возможности. Скайлар смахнула слезинки, и в тот же миг губы Ястреба оказались в опасной близости от ее губ. Она ответила с пылкостью, поразившей и его, и ее саму. Но едва оторвалась на миг, хрипло прошептала: — Я убью тебя!

— Только после того, как я расправлюсь с тобой, — парировал он.

— Еще будешь на коленях вымаливать у меня прощение, — не сдавалась Скайлар. А губы тем временем скользили по загорелой шее, груди, жадно покрывая их поцелуями. А руки! О Боже! Пальчики игриво пробегались по стройным бедрам!

Ястреб схватил ее руки и прижал к земле, не давая вырваться. Казалось, звезды над ними пляшут, кружат в бешеном круговороте. Скайлар билась и металась под ним до тех пор, пока отдельные точечки звезд не превратились в сплошной яркий звездный дождь…

Придя в себя, Скайлар раскрыла глаза, перед ней плыл туман. Ястреб чувствовал себя отвратительно. Глупец! Он все еще был зол на нее, и тем не менее…

Внезапно за спиной раздался хруст ветки, тихонько зашелестела трава. Слишком близко.

Черт бы ее побрал! Нужно было быть внимательнее! С быстротой молнии он вскочил на ноги, успев одернуть платье жены. Обернулся, вглядываясь в темноту, стараясь уловить малейший шорох, понять, откуда следует ждать опасности. Она тяжело дышала, спрятавшись за широкой спиной и опасливо выглядывая из-за плеча. Ястреб повернулся как раз в тот момент, когда, желая предупредить его, Скайлар начала кричать. Но было уже поздно. Что-то тяжелое обрушилось на его затылок.

Пронзительный крик несчастной оборвался, как только сильные пальцы зажали ей рот и нос. Скайлар видела, что напавших несколько. Мрачные тени кружили в темноте. Она начала яростно отбиваться, пытаясь освободиться и разглядеть, что с Ястребом. Но темнота и жуткие тени сходились вокруг нее кольцом. Тот, кто держал ее, совсем не думал о том, что ей нечем дышать, что она вполне может задохнуться. Дурнота подкатила к горлу, все вокруг завертелось с бешеной скоростью, звезды начали меркнуть…

Нет! Она не имеет права терять сознание. Ястреб! Скайлар развернулась и увидела тело мужа, распростертое на земле. Со всей силы впилась зубами в зажавшую ее рот руку. Обидчик разжал пальцы. Воспользовавшись этим, Скайлар завизжала во всю силу своих легких.

Другая рука, еще более жестокая и беспощадная, впилась в ее рот. В поле зрения появилось чье-то лицо. Темные глаза, смуглая кожа, лоб перерезан шрамом. — Еще звук, и я сверну тебе шею.

Английская речь. Он говорил по-английски! Но выглядел как кроу. Или нет? Какое-то неуловимое отличие она все же заметила, хотя недостаточно хорошо разбиралась, чем отличаются друг от друга индейцы разных племен.

Тот, кто держал ее, встряхнул и поставил пленницу на землю. Ни секунды не медля, она собрала последние остатки сил и ткнула локтем ему в ребра. Индеец резко выпустил воздух и на мгновение разжал руки. Скайлар бросилась вперед, к Ястребу, узнать, что с ним. Но едва коснулась его, как была тут же оттащена назад. Рука зверски вцепилась ей в горло. И все же ей удалось разглядеть, что грудь Ястреба двигается, что он дышит. Резко прозвучало приказание. Это были индейцы. Но не сиу! Кто-то схватил ее за волосы, откинув голову назад так, что перед глазами теперь стояли звезды, и зашептал на ухо:

— Один звук, и я проткну тебе горло ножом в том самом месте, где сейчас мои пальцы. Разрежу вену, пульсирующую у меня перед глазами. Буду смотреть, как кровь медленно заливает тебе грудь…

Скайлар была уверена, что рано или поздно так оно и будет. Но не сейчас, это уж точно. Мужчин было несколько, она пыталась сосчитать. Четыре… пять… шесть.

Индеец разжал левую руку, сжимавшую горло пленницы, когда дотащил ее до лошади. Правая рука по-прежнему зажимала ей рот. К ним подбежал другой индеец и помог сесть на лошадь. Прошло всего несколько секунд, а они уже мчались прочь от лагеря, так что ветер свистел в ушах.

Гонка продолжалась минут двадцать. Когда остановились, к ним присоединился еще один индеец. Слов его Скайлар разобрать не могла, но увидела жесты — он хотел, чтобы ее связали. Другие отказались, бросая беспокойные взгляды назад. Они спешили. Что ж, правильно. Когда в лагере поймут, что на нее и Ястреба напали, что ее…

О Господи! А придет ли кто-нибудь ей на помощь? Кто-нибудь из тех мужчин, которых она накормила переперченной похлебкой, ради якобы того, чтобы унизить собственного мужа? А если Ястреб погиб, станет ли кто-нибудь что-то делать для нее? И сможет ли она избавиться от боли потери?