Габриэле д'Аннунцио - Торжество смерти

— Осторожно! — закричала Ипполита, подбегая. Собака лаяла под оливковыми деревьями.

— Джиорджио! Ты слышишь? Уйди оттуда!

Площадка выдавалась острым мысом над пустынной массой черных скал, у которой спокойное море еле-еле колебалось со слабым плеском, баюкая в волнах отражение звезд.

— Джиорджио! Джиорджио!

— Не бойся, — сказал он хриплым голосом. — Подойди поближе. Погляди, как рыбаки с факелами ловят рыбу…

— Нет, нет, я боюсь головокружения.

— Иди, я поддержу тебя.

— Нет, нет…

Ее, по-видимому, поразил необычайный тон Джиорджио, и чувство безотчетного страха овладело ею.

Он подошел к ней с протянутыми руками, быстро схватил ее за руки, протащил на небольшое расстояние и вдруг сжал в объятиях, стараясь наклонить ее над пропастью.

— Нет, нет, нет…

Она с яростью противилась ему, вырвалась из его рук и отскочила назад, дрожа и задыхаясь от страха.

— Ты с ума сошел? — закричала она изо всей силы.

Но видя, что он, не говоря ни слова, снова бросается на нее, и чувствуя, что он с еще большей силой хватает и влечет ее к опасности, Ипполита поняла все, точно при свете яркой зловещей вспышки, наполнявшей ее душу ужасом.

— Нет, нет, Джиорджио! Оставь меня! Оставь меня! Еще одну минуту! Послушай! Одну минуту! Я хочу сказать тебе…

Она молила его, обезумев от ужаса и вырываясь из его рук. Она все еще надеялась удержать и разжалобить его.

— Одну минуту. Послушай! Я люблю тебя! Прости мне!

Она бормотала в отчаянии бессвязные слова, чувствуя, что гибнет, теряет под ногами почву, и видя смерть перед собой.

— Убийца! — зарычала она, чувствуя, что ее хватают за волосы, и падая побежденная на землю на краю пропасти.

Собака лаяла на этих борющихся людей.

Это была краткая и ожесточенная борьба, точно между непримиримыми врагами, которые таили до сего времени в глубине души величайшую ненависть.

И они вместе полетели в объятия смерти.

Сентябрь 1889 — март 1894.