Патриция Поттер - Вне закона

— У меня будет достаточно времени, если не придется волноваться за вас двоих, — ответил Лобо.

Брэди кивнул и повел Уиллоу прочь.

У нее замерло сердце, когда Лобо зажег фитиль и перепрыгнул через откос, не бегом, но быстро двигаясь крупным шагом, пока не оказался рядом с ней.

Прошло несколько секунд, потом еще, и она ощутила беспокойство Лобо. Он сделал движение вперед, когда взрыв разорвал воздух, рассыпая во все стороны землю и камни.

Глава 23

Трое смотрели, как земля разошлась, и поток воды ворвался в канаву.

Уиллоу повернулась к Лобо и увидела, что по его лицу расплывается улыбка. Он опасался, что сухая земля сразу впитает воду, но ровный поток, извиваясь, струился к ранчо.

— Получилось! — воскликнула Уиллоу, ее глаза вспыхнули, как озаренное солнцем небо. Лобо посмотрел на Брэди.

— Нам это удалось, — поправил он. Уиллоу взглянула в ту же сторону.

— Спасибо, — сказала она Брэди, в чьих карих глазах светилось удовлетворение. — Спасибо вам.

Преисполнившись восторга, она схватила Лобо за руку. Он отвел руку назад, притягивая ее к себе, и поцеловал.

Поцелуй был чудесно крепким и страстным, и она вернула поцелуй, не в силах противиться его подъему и чувству победы. Наслаждаясь им, она забыла обо всем, даже о присутствии Брэди.

С желанием только чувствовать она закрыла глаза. Его тело, теперь знакомое, но все еще волшебно захватывающее, слилось с ее телом. Она чувствовала, как все ее существо сплавляется с ним, пока, наконец, больше не могла бы сказать, где он и где она. Чувства так смешались и перепутались, что у нее на глаза навернулись слезы.

Уиллоу взглянула на него, на светящиеся зелено-голубые глаза, на губы, сложенные в непривычную улыбку. Ее прелесть, та редкость, что делала улыбку такой бесценной, были захватывающи, и Уиллоу не могла оторвать от нее глаз. У нее сжало горло от силы его притяжения, жизненности его тела, и она глядела на него с выражением неприкрытого желания.

Сзади раздалось покашливание, и Лобо замер. Оба вспомнили о существовании Брэди. Оторвавшись, друг от друга, они повернулись к нему. Хотя вид у Брэди был не совсем неодобрительный, тем не менее, он выглядел мрачно.

— Думаю, нам надо не забывать про Алекса. Хотя бы кто-то из его людей мог услышать взрыв.

Свет в глазах Лобо потух, и Уиллоу показалось, что зашло солнце. Он кивнул.

— Они быстро найдут запруду, особенно потому, что этим утром у них должно быть мало воды. Проводите Уиллоу обратно. Я останусь у запруды и посмотрю, чтобы никто ее не трогал. Хотя бы на несколько часов, чтобы до огорода дошло достаточно воды. Если будут незваные гости, выстрелите два раза подряд. Я сделаю то же самое.

Брэди кивнул. Лобо все еще держал руку Уиллоу. Теперь он отпустил ее.

— Идите с Брэди.

— Но…

— Нет, Уиллоу. Это мы будем делать, как я скажу.

В его глазах снова была ледяная решимость, лицо опять стало непроницаемым, губы мрачно сжались. На мгновение она тронула ладонью его щеку, не желая терять только что разделяемую ими близость.

— Вы будете осторожны?

— Я всегда осторожен, леди, — ответил он. На этот раз такое обращение она восприняла как ласку и приняла как драгоценное слово, которое раньше ненавидела.

Подъехал Брэди, и она села к нему на седло, но обернулась, чтобы еще раз взглянуть на Лобо. Он стоял, наблюдая за ними, небрежно прислонившись к дереву, но то, что крылось за небрежностью позы, выдавала сосредоточенность взгляда настолько ярких сине-зеленых глаз, что их свет она видела на расстоянии в несколько ярдов. И ее охватил ужас, страх того, что она может больше никогда его не увидеть, и как будто его достигла волна сомнения, потому что он вдруг выпрямился и улыбнулся яркой ободряющей улыбкой.

Она смотрела, пока он не скрылся за деревьями, и крепче ухватилась за Брэди.

— С ним ничего не случится, — сказал Брэди.

В его голосе звучала незнакомая нотка, и она старалась распознать ее. После этого поцелуя он наверняка понял, как много было между ней и человеком, которого Брэди презирал.

Уиллоу знала, что ей должно было быть стыдно. Она никогда бы не поверила, что отдаст себя, свое тело вне брака. Но соединение с Лобо казалось единственно верным.

Она раньше усомнилась в этом, и, возможно, еще усомнится, но сейчас сомнения исчезли, после того как он снова ее спас, как улыбался такой яркой улыбкой при успехе задуманного им.

— Вы не одобряете все это? — спросила она. Они ехали вдоль канавы, в которой журчала вода.

— Я думаю, она дойдет до огорода, — сказал Брэди, пытаясь сменить предмет разговора.

Но Уиллоу не собиралась отступать.

— Вы не одобряете, верно?

Он повернулся и посмотрел на нее.

— Это не мое дело одобрять или не одобрять. У меня нет права ни на то, ни на другое.

— Вы мой друг, и у вас на все есть право.

— Уиллоу, не задавайте вопросы, на которые я не могу ответить.

— Вы ведь изменили свое мнение о нем, верно? — Это скорее был не вопрос, а утверждение.

— Возможно.

— Брэди! — в раздражении воскликнула она.

Брэди молчал. Он не знал, что сказать. Он действительно изменил свое мнение о Лобо, но этот человек все еще доставлял неприятности, и всегда будет их доставлять. Он не представлял, каким образом Лобо мог бы или захотел остаться, и отчаянно боялся, что сердце Уиллоу разорвется. Он слишком хорошо знал боль потери, а Лобо был явным одиночкой, и его прошлое — совсем неважно, почему оно таким было — предопределяло будущее. Этого ничто не могло изменить.

К собственному удивлению, он почувствовал сострадание, и не только к Уиллоу, но и к наемнику. Брэди заметил краткий незащищенный взгляд, когда Лобо обнял Уиллоу. У него почти не было сомнений, что наемник любит Уиллоу.

Будь он проклят. Будь проклят Лобо за то, что он есть, и слава Господу за это. Но для Уиллоу он все равно был отравой.

Брэди вздохнул с облегчением, когда они доехали до дома. Он помог Уиллоу спешиться, и она посмотрела на него с тем нежным, умоляющим и все же упрямым выражением, которое он так часто видел.

Если они переживут следующие несколько дней, то после отъезда Лобо ей понадобится кто-нибудь. Его охватило новое ощущение полезности. Что же именно заботило его, задался он вопросом — то убийство или гибель семьи… потеря всего, что придавало смысл его жизни.

Так вот, теперь у него был новый смысл жизни. Уиллоу. Чэд. Близнецы. Салли Сью. Эстелла. Милая Эстелла, в конце концов, ставшая приходить в себя. И Лобо. Его заботило даже, что случится с Лобо! Это открытие ошарашило его больше всего.

Уиллоу все еще смотрела на него. Ему хотелось солгать, сказать, что он одобряет, как она изменила Лобо и он изменил ее, и все они дальше будут жить счастливо. Но он не думал, что это возможно, и не мог лгать ей. Он знал, что волк Лобо не мог жить в цивилизованном мире Уиллоу Джордж Тэйлор.