Элизабет Бойл - Кое-что о любви

– Вот досада, – проворчала та, глядя на приближающийся к ним экипаж.

– Кто это? – спросила Эммелин.

– Герцогиня Шевертон.

Эммелин вжалась в сиденье и мысленно горячо взмолилась, чтобы кучер Седжуиков отвёз их как можно дальше отсюда.

– Женевьева? – герцогиня приветствовала леди Седжуик. – Это вы, и в городе? Я ужасно сердита на Седжуика. О, вчера вечером мы виделись с ним, и он ни словом не обмолвился о вас. Вероятно, он догадался, что я сделала бы утром в первую очередь.

– Ваша светлость, как приятно снова видеть вас. – Баронесса изобразила самую восторженную улыбку. – Вы не должны сердиться на моего дорогого Алекса, потому что я прибыла вчера вечером без предупреждения.

– Вы приехали в город, чтобы познакомиться с его женой. – Герцогиня заглянула в коляску. – Это она?

Леди Седжуик толкнула свою спутницу локтем, чтобы та села прямо, и Эммелин повиновалась, хотя и неохотно.

После того как дамы были представлены друг другу, герцогиня дала Эммелин несколько советов относительно выбора мастеров для отделки дома. Очевидно, герцогиня знала все о переустройстве особняка Седжуиков и, как соседка, считала своим долгом, более того, обязанностью убедиться, что работа выполнена безукоризненно и соответствует требованиям, принятым в этой части Мейфэра.

Ни леди Седжуик, ни Эммелин не успели запротестовать, как её светлость пригласила их на чай в три часа, а затем велела кучеру ехать дальше.

– Однако молодая жена Седжуика совсем не такая, какой я её себе представляла, – шумно выдохнув, сказала герцогиня Шевертон, не обращаясь ни к кому конкретно.

Поскольку слуги привыкли к странным высказываниям своей хозяйки, никто не отреагировал на её слова, за исключением лакея на запятках. Он был новеньким и поэтому посчитал, что должен поддержать разговор.

– Разве она не слишком стара, чтобы выйти замуж за барона Седжуика?

– Вы что-то сказали? – Герцогиня недоуменно взглянула на парня.

Он совсем недолго служил у неё и не знал, что это ещё один из вопросов, который не требовал ответа.

– Я сказал, ваша светлость, что леди выглядит слишком старой, чтобы быть женой Седжуика. Я слышал, что он молодой франт.

– Пожилая леди – его бабушка, а его жена – та, другая, – ответила ему герцогиня, решив, что ей непременно следует поговорить с Гейтхиллом об этом лакее, которого наняли в её отсутствие.

– О нет, – у парня хватило наглости покачать головой, – это не его жена, а горничная его жены. Правда, при дневном свете она выглядит намного лучше, чем…

– Что за вздор вы несёте? – Повернувшись, герцогиня холодно посмотрела на него.

– Эта женщина не жена лорда Седжуика, а горничная его жены, – настаивал лакей.

– Откуда вам это известно?

– Прошлой ночью она была в «Королевском уголке». Я узнал её по кольцу на пальце. Она обобрала всех нас, жульничая при игре в пармиель, вот так.

– В пармиель? – переспросила герцогиня, бросив взгляд на карету Седжуика. – Она играет в пармиель?

– О, как профессиональный шулер, – ответил он, и в его голосе проскользнула досада.

Герцогиня Шевертон была просто ошеломлена, у неё открылся рот, и она, чтобы не упасть, схватилась рукой за бортик экипажа.

– Ваша светлость, с вами все в порядке? – Кучер осторожно оглянулся на неё через плечо.

– Роджер, разворачивайте экипаж и сейчас же отвезите меня на Ганновер-сквер к особняку барона Седжуика.

Почти все утро Седжуик простоял у холостяцкого жилища маркиза Темплтона, дожидаясь возвращения Элтона.

Он не смог догнать ни Элтона, ни Хьюберта и, не имея ни малейшего представления о том, куда они могли направиться, решил, что ему лучше всего пойти в то место, где кучер и одновременно камердинер маркиза непременно появится.

– Седжуик? – раздался с порога насмешливый голос. – Что вы здесь делаете? Не говорите мне, что ваша любимая жена выгнала вас и теперь вы вынуждены искать новое жилище. – Маркиз вышел на крыльцо. – Должен предупредить вас, мой особняк хорош, но от экономки почти постоянно несёт чесноком и уксусом. – Он помахал Седжуику, приглашая его подняться по ступенькам. – К тому же я уверен, вы пришли навестить Элтона, а не меня. Я ждал вашего появления после приёма у леди Оксли, поэтому могу предположить, что вы наконец узнали правду.

Седжуик совершенно не мог понять этого странного типа. Иногда Темплтон был любимым шутом великосветского общества, а иногда поражал своими глубокими наблюдениями, и невозможно было угадать, кто он на самом деле.

– Я был ошарашен – это самое подходящее слово, – говорил Темплтон. – Ваша жена… В общем, вы сами знаете, раз вы здесь.

– Моя жена? – прищурившись, промолвил Алекс.

– Значит, вы не знаете, и это просто, так сказать, разведка. – Темплтон пристально посмотрел на Седжуика. – Ваш инстинкт достоин похвалы, сэр. Пожалуй, мне следует представить вас своему другу. Его зовут Пимм, и он всегда выискивает остроумных и сообразительных людей.

В эту минуту послышалось цоканье копыт, и маркиз оглянулся.

– Отлично, вот и сам Элтон. Посмотрим, что он скажет о вашем приходе. Я поспорил с ним, что вы появитесь не раньше чем завтра. Итак, как видите, я проиграл этому человеку крону, но не напоминайте ему об этом, потому что в настоящий момент у меня за душой нет ни фартинга, и я опять ему задолжал.

Остановив экипаж у дома, Элтон спрыгнул вниз и, мимоходом поклонившись своему хозяину, со спокойной уверенностью встретился взглядом с Алексом.

– Вы пришли из-за Кнопки.

– Итак, вы её знаете, – утвердительно кивнув, сказал Алекс, – знаете, кто она.

– Разумеется, знаю. – Элтон сплюнул на мостовую. – Она моя дочь.

Из всего, что Алекс ожидал услышать, это было самое невероятное. И он оказался круглым дураком, полагая, что у Эммелин больше не осталось секретов. По всему его виду было ясно, что он захвачен врасплох.

– Проклятие, Элтон, – выругался Темплтон, – нельзя же вот так все выкладывать людям, словно палить из пушки. В тот вечер вы так же обошлись со мной, и я чуть не выпал из кареты. Пойдёмте в дом, Седжуик, и чего-нибудь выпьем. Похоже, вам это сейчас необходимо. А кроме того, не думаю, что вам хотелось бы, чтобы история вашей жены обсуждалась на улице, хотя и в таком тесном кругу.

Алекс кивнул и последовал за Темплтоном, а Элтон замкнул шествие.

Оказавшись внутри особняка маркиза, Алекс был поражён его спартанским, почти военным убранством. На одной стене висела карта Англии, а к противоположной кнопками была приколота карта Франции. Едва ли кто-нибудь мог предположить, что у будущего герцога Сетчфидда такое скромное жилище.

– Вы отец Эммелин? – спросил Алекс у Элтона, когда Темплтон налил всем троим вина.